Сердца Лукоморов
Шрифт:
– Ты хочешь стать жареной девочкой?
– удивилась Главная Царевна. Тогда, пожалуйста, становись, а я, пожалуй, нырну в тину, что-то слишком жарко тут становится. Не люблю я этого. Очень не люблю.
И собралась нырнуть. Камыш затрещал от огня совсем рядышком, и я закричала испуганно, забоялась, что Лягушка ускачет, и останусь я одна:
– Подожди! Не убегай! Я согласна!
И тут же превратилась в Лягушку, и очень даже вовремя, только и успели мы нырнуть и забиться в толстый слой ила, как над головами у нас с воем пронёсся огонь, от которого вода в болотце
Марья-Царевна замолчала на мгновение, сникла и притихла, вспоминая забытые страхи.
– Что дальше с тобой было?
– осторожно спросил Черномор.
– Дальше я была Лягушкой. И добралась до Царя Тимофея, и была возле до самой его гибели, надеялась дать знак о себе, но не удалось. И следом за Иваном Болотным Царевичем я скакала. Видела сама, как его в Волка Колдун обратил. Вот потому и могу ручаться за него.
Глава девятнадцатая
С Чёртом в обнимку
– Поручиться и я могу за кого угодно!
– разочарованно протянул скоморох.
– Рассказываете вы оба ладно, что Царевич, что Царевна, да как проверить, правду ли оба говорите? Что, если вы друг дружку покрываете? За того ли вы себя выдаете?
– Да, - согласился, задумчиво поскрипев палицей в затылке Черномор. Это точно. Как проверить? Может, у вас круговая порука? Я вот доверил бы. Или не доверил бы.
– Какая у двоих может быть круговая порука?
– желая разрешить бесполезные споры, усмехнулся я.
– Они же не могут в круг встать.
– Круговая порука, это дело серьёзное, - из-под густых бровей пристально посмотрел на меня Черномор.
– Говорят, выражение это от казаков пошло, казаки важные дела решали "на кругу", на общем собрании казачьего войска. А на кругу потому, что казачьи шатры кругом ставились, чтобы можно было в любой момент круговую оборону занять. И собирались казаки в круг, а посередине войсковые старшины стояли. Если нужно было за кого-то поручиться, ручалось за казака всё общество, весь круг. Вот откуда и пошло это, "круговая порука".
– Так-то оно, может, и так, - помотал головой Буян.
– Да только не совсем. Круговая порука действовала по простому принципу - "один за всех, все за одного", и понятие это на Руси давно известно было. Ярослав Мудрый ещё в одиннадцатом веке в первом Русском своде законов "Русская правда", упоминал о круговой поруке. Тогда жили общинами, особенно в сёлах и деревнях. И вся община, всё общество, отвечали друг за друга. Ясно?
– Это мне ясно, - кивнул я.
– А вот чем отличается село от деревни? Есть какая-то разница, или это одно и то же?
– Сам ты одно и то же!
– вывернулся Яшка.
– Деревня - это деревня, а в селе церковь стояла. Если есть церковь, значит село. Нет церкви деревня. Церковь ставилась на общинные деньги, и стоило строительство не дешёво, хотя и строили всем миром. Вот потому поставить церковь могли там, где люди имели какой-то достаток, да и народу было побольше. Потому и говорили про бедное поселение, "деревня деревней". А вот кто за существа эти всё поручится?
Я понял, что мы начинаем ходить по кругу. И
– А какая нам, собственно, разница?
– Ну, ты знаешь что?!
– даже на скамейку с ногами вскочил разволновавшийся скоморох.
– Как ты говорить такое можешь! Мне знаешь, какая разница?! Знаешь, какая разница?! Мне в этом деле такая большущая и огромная разница...
Он задохнулся словами, отчаянно замахал руками, и задумался, возможно впервые в жизни не находя нужных слов.
– Мне очень даже большущая разница!
– торжественно выпалил Яшка, чувствуя, что пауза затянулась.
– Поточней ты сказать не можешь?
– ласково спросил я.
– Я что-то недопонимаю.
– Учиться хорошенько у хороших людей нужно было, тогда понимал бы, огрызнулся скоморох.
– Не получилось, - вздохнул я.
– Не у тех учился. Тебя в нужный момент рядом не оказалось.
– Ты знаешь чего?
– начал злиться Яшка, поняв, что его разыгрывают. Ты говори толком, что сказать желаешь.
– Сиди ты смирно, - пробасил Медведь.
– Мне без разницы, кто такой на самом деле Иван - Болотный Царевич и кто такая Марья - Лесная Царевна. Мне важно завет выполнить, а мы на пустые разговоры время тратим. Я сколько лет в трактире просидел, ждал, когда все соберутся. Теперь я готов не то, что с Оборотнем идти на поиски, я за Ларцом с самим Чёртом козлоногим в обнимку пойду! Слово даю!
В подтверждение он грохнул кулаком по столу, да так сильно, что у дубового стола ножки, как спички подломились. И в тот же момент из-под меня выпрыгнула скамейка, взбрыкнула в воздухе деревянными ножками, как копытами, омерзительно рассмеялась и проскрипела:
– Уррра! Слово дадено! Слово дадено!
Мы растерянно смотрели, как перед Медведем закрутилось веретено, которое, когда остановило мелькающее кружение, оказалось печально знакомым мне существом, похожим на варежку, с шерстяным лицом, длинным носом и ушами с огромными, хлопающими по плечам мочками.
Существо осмотрело нас быстрыми маленькими, красными, как угольки, злыми глазками и вспрыгнуло на колени к растерянному Медведю, обняв его за могучую шею тоненькой лапой с длинными пальцами, на которых загибались громадные когти.
– Ты что, сдурело, что ли?!
– закричал пришедший в себя от такой дерзости Медведь, сбросив с колен нахальное существо.
Существо, не ожидавшее грубого обращения, полетело вверх тормашками в угол, задрав копыта.
– Анчутка беспятый! Анчутка беспятый!
– закричал скоморох Яшка, показывая на эти копытца.
Так вот что, оказывается, означало, когда бабушка, рассердившись, называла меня "анчуткой беспятым". Это она меня чёртом называла! У чёрта же копыта, значит, пяток у него быть не может!
– Ну и что, что беспятый?
– поднимаясь с пола фыркнул Чёрт. Пааадумаииишь! Зато с копытцами!
И хвастливо пристукнул по утоптанному полу копытцами.
– Ты чего это сюда припёрся, козлоногий?!
– полез к нему через стол Черномор, но от волнения наступил сам себе на бороду и упал, выронив из рук палицу.