Серая Площадь
Шрифт:
– Вон какая грива у льва, – подумала как-то она, – золотая, шелковистая, а у меня что? Синяя слоящаяся чешуя, да не более. – Затем Энви обронила злой взгляд на ленивого козлика Лаза, который очередной день решил прожить ничего не делая, просто греясь в лучах солнца.
– Почему я не могу так пролежать весь день? – Снова позавидовала змея, – несправедливо это всё – Лаз ничего не делает, но яблоня ему всё равно подаёт свои плоды, а дуб – жёлуди.
Годы уходили, а ненависть и зависть змейки Энви оставались. И в одну звёздную ночь Энви решилась на отчаянный шаг. Ей взбрела
– Я настрою их друг против друга, – решила коварная змея. В один из тёплых вечеров она приползла под тень высокого дуба, где мирно спал козёл.
– Лаз, а Лаз, лев ищет тебя повсюду. Он очень зол и сердит на тебя, – козёл Лаз лениво открыл свои заспанные глаза.
– Как же так, Энви? Что я сделал ему? Всем давно известно, что мне нет дела до мирских забот, у меня нет сил покидать наше поле и что день и ночь я провожу под старым дубом.
Змея ему отвечала:
– Милый друг, я лишь предупреждаю тебя. Лев зол и сердит. Он думает, что ты украл его яблоко.
Козлик встрепенулся, но не стал ничего делать:
– Пускай сам приходит, и мы разберёмся, кто прав, а кто виноват, как старые друзья.
Змейка уползла в тёмную пещеру, где лев обычно обитал после заката.
– Прайд! – Настойчиво позвала его змея. Она всё сильнее вожделела настроить друзей друг против друга.
– Змея, ты ли это, старая подруга! – Лев оскалил пасть, чтобы показать свои острые, как сабля, клыки.
– Какие у тебя острые и красивые клыки! – поддельно восхитилась змея.
– Я рад, что тебе они нравятся. Мне приходится ежедневно ими заниматься, чтобы они не утрачивали своей остроты и красоты, – гордо заявил лев. Змея притворно вздохнула и ядовито прошипела:
– Милый друг, козёл просит тебя к нему подойти. Он требует, чтобы ты вернул то, что у него украл! – Змея отползла в сторону.
– Но я ничего не брал у него! – Удивился лев.
– А он говорит, что брал. Яблоко, которое он оставил на опушке.
Лев не смог оставить клевету в стороне. Ночью он пришёл к козлу, а тот, в свою очередь, уже поджидал его, лениво озираясь по сторонам.
Никто не знает точно, как так случилось, что двое лучших друзей поссорились из-за яблока, которого, по сути своей, и не существовало. Разгневанные чужой клеветой друзья вцепились друг другу в глотки. Льву удалось прокусить шею козлу, а тот успел нанести смертельный удар копытом в голову своему другу. Смерть настигла обоих, а змея Энви, обрадованная своей победой, уползла прочь…
– И где мораль этой сказки? – после короткого рассказа Магнуса спросил Эрик. – Змея, виновница всех несчастий, осталась жива. Или есть продолжение легенды?
– Есть, оно рассказывает историю змеи, которая не смогла стерпеть свою вину. Угнетённая и истощенная собственными угрызениями Энви осуждала себя за содеянное и неустанно молилась, чтобы мёртвые друзья простили её за зависть и несдержанную ненависть. Обезумевшая змея решила навеки закрепить их дружбу со львом и козлом, отрубив голову козлу, она
– Я знаю, что укус змеи для нас неизлечим, а пламя, которое извергает лев, настолько ледяное, что способно заморозить насмерть.
– Удар копыт смертелен. Да-да, я слышал этот рассказ. Адам – хозяин этого изувера, верно?
– Ещё одна загадка для меня. Анорамонд, – устало протянул Эрик и слабо улыбнулся, – этот день мне навсегда запомнится как худший день моей жизни.
– Прости, нехорошо с моей стороны отрывать больного от отдыха. Я зайду к тебе позже, – Магнус потрепал мальчика по волосам, – доброй ночи.
Эрик закрыл опухшие веки. Он подумал, что прожитый день не позволит ему уснуть. А если и позволит, то замучает ужасными кошмарами в лице Мандериуса и отвратительного чудовища – химеры. «Интересно, как там Питер? Мистер Лендер и Эбигейл? – подумал Эрик, – нет, сегодня я точно не усну».
Тем не менее, когда он вновь открыл глаза (как ему показалось, это произошло всего через несколько минут после того, как он подумал о друзьях), на улице уже было светло – янтарное солнце приветливо встречало мальчика и новый день, пробиваясь через широкие щели между гнилыми досками, ласково щекотал щёки и ноздри. На удивление Эрику не снились ни химера, ни Мандериус, ни таинственный Анорамонд Адам. Ему приснился прекрасный сон, где всё было по-старому: дом, заполненный счастьем и пропахший сладким запахом выпечки, – без призраков, монстров и злых волшебников.
Но блаженное наваждение быстро спало, когда Эрик наткнулся на измождённое лицо отца пострадавшей девочки. Алоис сидел на стуле и не моргая смотрел в одну точку – на свою крохотную дочь. Ребёнок выглядел лучше, но по-прежнему нуждался в помощи. Эрик догадался, что, пока он ловил сладкие сновидения, доктор Магнус неустанно работал – исцелял девочку всю ночь, потому что ожогов стало в десятки раз меньше, а глубокие раны затянулись.
– Доброе утро, – в палату прошёл Магнус. – Я рад, что тебе удалось немного поспать.
Отец девочки встревоженно вскочил, а Эрик присел. Его голова кружилась и трещала так, будто вот-вот взорвётся вдребезги. Магнус подошёл сначала к взъерошенному Алоису, и только после короткой беседы про здоровый сон и лекарства доктор повернулся к Эрику.
– Давай я посмотрю твоё плечо и руку, – Магнус осторожно прикоснулся к месту, где ещё вчера была рана. Затем он заботливо осмотрел остальные поражённые участки и, довольный своей работой, скрестил руки на груди, – похоже, что ты в полном порядке. Но, если у тебя что-то болит, ты мне прямо скажи. А так, в принципе, ты готов к выписке. Эбигейл и твои друзья сидят у меня в кабинете, так что можешь присоединиться к ним, как только приведёшь себя в порядок.