Сэр Троглодит 2

Башун Виталий Михайлович

Через несколько часов, когда лес подступил к самому тракту и хвост каравана скрылся за поворотом, дорогу нам преградили десять человек. Девять в форме гвардейцев барона Тафки и Леокарт с рукой на перевязи. Почти полный десяток воинов. Вероятно, один остался с лошадьми. Все – парни нашего возраста и чуть постарше. Выделялся только один седой ветеран, стоявший справа от Леокарта.

У меня появился повод для самобичевания, поскольку я позволил себе расслабиться и не почувствовал угрозы. Трудно, конечно, двигаясь за такой массой людей и животных, уловить приближение еще одной небольшой группы, к тому же не несущей угрозы каравану, но вполне возможно.

На мой взгляд,

барон не мог послать этот отряд, чтобы втихую рассчитаться с нами. Для этого он, во-первых, должен был послать больше людей, десяток не гарантирует победу над барсом, во-вторых, отряд действовал бы иначе. Во всяком случае, я, замыслив подобную расправу, расстрелял бы неугодных из засады, а потом добил раненых, если бы это понадобилось. Так что, скорее всего, наша встреча – тайная инициатива сынка. Втихаря подбил молодых авантюристов рассчитаться с обидчиками и выехал, чтобы якобы в очередной раз покутить да расслабиться, а людей, дескать, взял для охраны, так как ранен и драться может только левой рукой. Единственный, кто не вписывался в эту картину,– седой ветеран. Он на безголового авантюриста был не похож.

Мой друг, завидев компанию, остановился и положил ладонь на рукоять шпаги, глядя сузившимися глазами на Леокарта. Тот криво усмехнулся и сказал:

– Успокойся, Ромис. Так низко я еще не пал, чтобы нападать вдесятером на победителя в честной дуэли. Нас интересует твой дружок. Наставник говорит, что он явно не барс. Не похож – это раз. Знак клана ему за деньги мог подделать любой сильный маг, а в Вармоке не оказалось ни одного барса, чтобы проверить и порвать самозванца – это два. Он долго разбирался с моими приятелями, а барс проткнул бы их за полминуты – это три.

Сынок барона вопросительно посмотрел на седого, и тот медленно кивнул, пристально глядя на меня.

– Мы совершили столь дальний путь с единственной целью. Не соблаговолит ли достопочтенный сэ-эр… – ехидно протянул Леокарт.

– Дит,– помог я ему немного.

– …сэр Дит… э-э-э…

– Просто Дит.

– …сэр «просто Дит» провести один тренировочный бой с моим наставником?

– Соблаговолит,– ответил я спокойно.– Нельзя отказать людям, проделавшим столь долгий путь ради одного урока.

Я вежливо слегка поклонился, аккуратно положил вещи и плащ на траву под кустик и обнажил шпагу. Седой также скинул плащ на руки одному из гвардейцев, вынул шпагу из ножен и встал напротив меня.

Вдруг из-за поворота, куда только что свернули последние повозки каравана, раздались крики, звон стали и пара выстрелов из пистоля. Мы насторожились, и Леокарт знаком указал одному из гвардейцев сбегать проверить, что происходит. Все застыли в ожидании.

Через несколько минут воин вернулся и доложил о нападении разбойников на караван.

Леокарт хмуро посмотрел на нас и сказал:

– Предлагаю отложить бой, пока мы не разберемся с этой швалью.– Не дожидаясь ответа, он развернулся и скомандовал: – За мной!

Отряд слаженно побежал к месту боя, на ходу перестраиваясь для защиты господина. Ромис кинулся следом.

– Постой. Ты куда? – крикнул я ему.

– Там же разбойники,– приостановился он, недоумевая.– Надо помочь!

– Разбойникам?

– Тьфу, – сплюнул он. – Охране каравана конечно же!

– А тебе за это платят?

Ромис сделал пару глубоких вдохов и более спокойно ответил:

– Мне плевать на торгаша, но разбойников не люблю. Считаю, чем меньше их будет, тем лучше. Ты как хочешь, а я пошел.

Он развернулся и побежал. Бросать друга в бою – последнее дело. Оставив вещи там, где они лежали, я побежал за всеми.

Бежал

и думал: ну кто ж так делает? Бежать толпой, словно крестьяне с дубинами за злой ведьмой, это верный путь к бессмысленным потерям. Если разбойники не законченные кретины, то наверняка оставили в лесу нескольких человек с луками и арбалетами. Сейчас стрелки помаленьку щелкают охрану, а стоит нам выбежать, и мы все станем для них лакомой мишенью. Стреляй в нашу сторону, не целясь, в кого-нибудь да попадешь. Однако я был не один такой умный – седой сумел остановить этот забег перед самым поворотом. Он отдал распоряжения, Леокарт не возражал, четверо гвардейцев нырнули в заросли справа, а пятеро – слева. Ромис недолго думая присоединился к четверке, я бросился вслед за ним. Догнать воинов для меня не составило труда – по лесу они передвигались немногим лучше Вернии. Сюда бы больше подошли королевские егеря, вот кто в лесу мало уступает барсам. Однако кого здесь не было, так это егерей.

Обогнав гвардейцев, я сделал им знак остановиться.

– Стоп, ребята, так не пойдет. Сделаем иначе – я бегу впереди и стараюсь разобраться со стрелками. Вы через пару минут – за мной, но тихо. Пусть помедленнее, но, главное, тихо. Если понадобится помощь, крикну. Всем все ясно? – Выждав несколько секунд, я скомандовал: – Действуем.

Один, видимо, старший, попытался отстоять право командовать, но я оскалился своей неотразимой улыбкой и пристально посмотрел ему в глаза. Борьба взглядов продолжалась недолго, не зря именно этого седой назначил старшим: парень проявил благоразумие и не стал нарываться. Действительно, кто меня такого красивого знает? Вдруг и впрямь барс? Обычно мало кто желает сцепиться с обиженной кошкой.

Дальше все было, как во время многочисленных тренировок по отработке действий против засад. Только в этот раз мне противостояли не мои товарищи барсы, а обычные разбойники. С такими уже приходилось сталкиваться. Чтобы стать барсом, надо было хлебнуть живой кровушки. Не в прямом смысле этого слова, мы же не вампиры. Нам было уже по семнадцать лет, когда старшины стали отправлять нас на задания против разбойничьих банд. В первый выход командовали отрядом, разумеется, наставники. В последующие – кто-нибудь из группы. Наставники обязательно шли с нами, но ни во что не вмешивались. Все примечали и по возвращении в поселок устраивали подробнейший разбор, тыкая носом в ошибки, как кутят в свою лужу. В роли командира отряда довелось побывать и мне. Как правило, известен был только район действия банды. Выследить и уничтожить – такова была наша задача.

Первый лучник, спрятавшись за деревом, что-то выцеливал на дороге, когда я бесшумно возник за его спиной и ударил кинжалом в надключичную ямку. Разбойник захрипел и плавно осел, поддерживаемый мною, на землю. Один есть. Звуки драки на дороге должны были бы заглушить его падение и без моей поддержки, но лучше не лениться и стараться делать, как учили. Чутье барса подсказало мне примерную позицию следующего стрелка. Надо признать – нашел далеко не сразу. Арбалетчик сидел на дереве метрах в тридцати от первого, цветом одежды сливаясь с деревом. Немного далековато для уверенного броска метательного ножа и ракурс неудобный. Приготовив нож, я сместился метров на десять ближе и на пять левее. Опасаясь, что под курткой у арбалетчика может быть кольчуга, я метнул нож, целясь в основание черепа. Два есть. Правда, шум, вызванный его падением с дерева, и треск сломавшегося арбалета, на который он упал, могли услышать подельники, но тут уж ничего не поделаешь. Добежать и подхватить его в свои объятия, как возлюбленную, прыгнувшую с балкона, я не успевал.