Семизвездное небо

Фазли Герай

– Куда ты так торопишься, сосед, ведь мы еще не кончили разговор!

– Разве не кончили? Вы еще что-то хотите сказать?

Шахназ постаралась за веселым, беззаботным смехом скрыть волнение.

– Почему ты такой непонятливый, сосед?
– Теперь она хотела вот так, смеясь, проникнуть сквозь эту заколдованную дверь, второй раз встретившуюся на ее жизненном пути.
– Разве ты не видишь, не понимаешь, что я хочу быть твоей женой?..

Айхану показалось, что у Шахназ началась истерика и она не знает, что делать.

– Да, да... и не смейся надо мной таким горьким смехом. Завтра я насильно потащу тебя в загс. Другого выхода у меня нет...
–

Она говорила так, будто ей исполнилось семнадцать лет, причем завтра она пойдет на Бабадаг собирать малину и возьмет с собой Айхана. А смысл ее смеха в этом: Шахназ хочет убедить его, что и в этом возрасте ходят по малину. И ничего постыдного в этом нет.
– С тобой надо действительно действовать только так, иначе с тобой не справиться.

Но Айхан больше не видел ее и не слышал. Новый вихрь мыслей обрушился на него. Прикрыв рукой шрам на губе, он хотел не только понять смысл этих слов - хотел узнать причину такой откровенности. Что же все-таки это означает? Почему Шахназ избрала этот тон? В чем смысл такой горькой шутки, такой смехотворной, даже пошловатой откровенности?

– Да, да, с тобой можно разговаривать только таким языком, мой непонятливый. Когда я говорю тебе, что ты благороден, благожелателен, правдив, храбр, ты бежишь от меня. Видно, с тобой нельзя говорить серьезно о самых серьезных вещах?.. Я права? И долго ты будешь молчать? Я жду твоего ответа...

– Моего ответа?
– наконец смог выговорить он.
– А какой в нем прок? Шрам на губе его дрогнул в легкой усмешке.
– Вы ведь все решили без меня и за меня. Вы хотите силой потащить меня в загс?

– Да, потащу силой, если не пойдешь, призову на помощь доктора Салиму, Мардана.

– В таком случае и я... найду себе сообщника...

– Нет можешь быть спокоен, во всем Чеменли не найдется ни одного человека, который придет тебе на помощь в этом вопросе.

– Найдется, хоть один, да найдется... Я... я... позову на помощь Рамзи Ильясоглу.
– На этот раз губа его задрожала в язвительной усмешке.

Шахназ это почувствовала, и у нее будто что-то оборвалось в сердце. Но показывать это было никак нельзя.

– Вот видишь, и судьба на моей стороне.
– Она с ласковой, прежней улыбкой посмотрела на Айхана.
– Человек, которого ты хочешь позвать на помощь, сейчас сам нуждается в помощи. Только он мог бы отнять тебя у меня, но он, как видишь, не в силах это сделать.

– Шахназ-ханум!

– Довольно так меня называть. Хватит!
– Эти слова она произнесла с детской непосредственностью и, взяв Айхана под руку, тихонько пошла рядом. Может, теперь мы наконец поговорим серьезно? Так мы идем домой?

– Шахназ-ханум, я ничего не понимаю. Объясните, что все это значит.

– Я ровно два года не могу тебе втолковать...

– Вы что, хотите опозорить меня перед всем светом?

– Нет, я просто не хочу быть неблагодарной, я хочу отплатить тебе за то счастье, которое ты мне даришь в течение двух лет.
– Внезапно Шахназ заговорила так трогательно, в той своей обычной манере, которая приводила всегда в трепет сердце Айхана.
– Хоть я этого вовсе недостойна, но...

– Шахназ-ханум, довольно... пожалейте меня.

– Я сказала, не говори больше со мной подобным образом!

– А как же мне говорить?

– Вот так, с юмором, раскованно. Больше этого никто мне не сможет запретить. И тебе нечего надо мной издеваться. С этого дня я буду веселой. Это и будет тот голос моего сердца, который ты освободил из заточения. Спасибо тебе за это.

Айхан

понемногу приходил в себя. Поток ласковых слов начал пьянить его. Теперь он уже все понимал. Постигал смысл такой неожиданной атаки Шахназ. Вспомнил свое первое письмо, адресованное Шахназ, припомнил тогдашнее желание выразить свою любовь, отрицая ее, вспомнил и горький осадок. От этого детского поступка и он и Шахназ получили урок на всю жизнь. Неужели теперь Шахназ избрала самый короткий и самый верный путь для выражения своего чувства? Неужели все это правда?

Пройдя низом сада Эльдара, они спустились на аллею Айхана, которая вела к махалу Сенгер. Внезапно Шахназ виновато посмотрела на Айхана.

– Ой, чуть не забыла... Прости меня... Ведь мне надо повидать начальника милиции.
– Ее глаза, как и прежде, вели с ним разговор.
– Ты же знаешь, как я беспокоюсь за Мардана... И Салима...

– А разве я не беспокоюсь?
– непроизвольно вырвалось у Айхана.
– Может, мне тоже вернуться?

– Нет, ты иди домой и жди меня...
– Выпустив руку Айхана из своей руки, она отступила на шаг. Потом снова приблизилась к нему и осторожно поцеловала его шрам на губе.
– Вот так... теперь ты не станешь прикрывать его рукой, словно ребенок... Ну, я пошла... Если задержусь, не вздумай уснуть. У нас впереди еще столько скандалов.
– Ее смех, словно звук кеманчи дяди Мурсала, заполонил все ущелье Агчай.

Айхан, посмотрев вслед Шахназ, хотел что-то сказать, но было поздно. Она уже исчезла за ивовым шатром. "Ничего, вернется домой - скажу. Все скажу. Все, все расскажу о своей жизни, прошедшей без нее. День за днем. Хватит! Хватит!..
– Ее смех словно звучал в его груди.
– Я все ей расскажу. Все..."

Повторяя про себя эти слова, он зашагал вниз - к дому с верандой на шести опорах у входа в махал Сенгер.

"Что же я должен ей все-таки сказать? Что я не Айхан, а Эльдар? Почему я так уверен, что Шахназ не осудит меня, не протащит за ухо вверх по лестнице Эльдара? Не скажет, что видит во мне дьявола в новом обличье? Ведь она полюбила Айхана Мамедова, значит, я до конца дней своих должен остаться им. И не могу свернуть с дороги, указанной когда-то моим спасителем". Эта мысль его даже обрадовала. Айхан приближался к поворотной точке своей жизни. За перевалом его ждет новая, его третья жизнь... Правда, она будет относительно короткой, но зато более насыщенной, родившейся из слияния двух прежних жизней. А в ушах его все еще звенел смех Шахназ. Айхан был счастлив, что за эти два года он сумел найти путь к сердцу Шахназ. Этим он был обязан в первую очередь Айхану Мамедову, вернее, духу своего великого спасителя. Айхан Мамедов подарил ему многое. А самое главное, возложил на него самый тяжкий и одновременно самый легкий груз - не изменять самому себе.

Порой, когда дьявол, скрывающийся в самом дальнем уголке его сердца, пытался выползти наружу, на помощь всегда приходил Айхан. "Эй, не забывай, что тебя зовут Айхан Мамедов!" И он не забывал, нигде и никогда.

Аллея Айхана осталась позади. Впереди был дом с шестью опорами. Рядом родной дом, пока еще именуемый "виллой Айхана", не сегодня завтра он получит новое назначение: Музей боевой славы.

Мысли, словно караван облаков, тесня друг друга, унесли его в заоблачные дали. "Когда же придет Шахназ? Где же Эльдар? Ведь он давно должен быть дома. Не дожидается ли он Шахназ? Странно, оказывается, счастье ходит волнами. А волны то вздымаются ввысь, то низвергаются в пучину".