Семьи.net (сборник)
Шрифт:
Место, предложенное охранником, действительно оказалось удачным — высокое, открытое, ровное. Отсюда был виден почти весь парк, и реку хорошо было видно, и небо. Азей нашел свободную лавочку, попросил соседей придержать местечко для его больного сына. Незнакомые женщины улыбнулись ему как родному:
— Конечно, возвращайтесь, садитесь.
Он поспешил назад.
Уже темнело. На аллее включились фонари, на тротуаре вытянулись тени. Навстречу шли люди — из света в полумрак и опять на свет — многие с детьми
Он так задумался, что не заметил идущего навстречу малыша, наткнулся на него и сбил с ног. Ребенок заплакал — так знакомо, что у Азея сердце сжалось.
— Извини меня, пожалуйста, — он присел перед малышом, заглянул в его личико — и опешил.
— Дивей? А где мама? Как ты сюда попал?!
Ребенок, кажется, испугался его.
— Ну что ты, — Азей хотел его обнять, но вдруг заметил кое-что странное.
— А что это за одежда на тебе, малыш? Ты когда переоделся?
Над ними встал кто-то.
— Отойдите, пожалуйста, или я позову полицию.
Незнакомая пожилая женщина, поджав губы, строго смотрела на Азея.
— Вы все не так поняли, — смущенный мужчина поднялся, отряхнул колени. Чопорная дама тут же отодвинула его, встала между ним и ребенком.
— Эстон, малыш, этот дядя тебя обидел?
— Что? — теперь Азей возмутился. — Какой Эстон?! Это мой Дивей!
Ребенок обнял ноги женщины. Он явно был напуган.
— Постойте… Эстон? Это какое-то недоразумение… — Азей растерялся. — Этот мальчик так похож на моего сына… Просто удивительно. Как две капли…
— Уходите, — сухо сказала женщина. — Вы пугаете ребенка.
— Да, конечно… — Азей попятился, не сводя глаз с малыша. — Извините.
Сходство было поразительное. Если бы у Дивея был брат-близнец, то он, наверное, выглядел бы именно так.
— Подождите! Сколько лет вашему малышу?!
Но женщина не удостоила незнакомца ответом. Она уходила, дергая ребенка за руку каждый раз, когда тот пытался оглянуться.
— Старая стерва, — буркнул кто-то за спиной Азея. — Боюсь ее больше, чем хозяек. А ребенку шесть. Как раз сегодня исполнилось…
Эстон жил в богатой семье. Его родители занимались архитектурой и дизайном, но это было дело для души. Основной же доход семья получала, эксплуатируя капиталы своих дальновидных предков — лет сто назад они удачно вложились в несколько компаний, занимающихся производством продуктов питания, а потом деньги начали делать деньги. Теперь вроде и Динолэнд какой-то частью принадлежал этому семейству — потому для Эстона все двери здесь были открыты.
— У него здесь даже собственная беседка есть, откуда он смотрит лазерное представление.
Все это рассказал Азею словоохотливый Сонан Ротич — темнокожий водитель, сорок пять лет работающий на семью Фейт.
— Эстон Фейт — самый счастливый ребенок в городе, — ухмыляясь, добавил Сонан. — Только он об
— А эта женщина — его бабушка?
— Нянька, — Сонан помотал головой и фыркнул. — Она в семье всего-то шесть лет, а ведет себя, словно всем заправляет.
— Получается, она появилась сразу, как родился ребенок?
— Родился? — Сонан опять фыркнул. — Можно, конечно, и так сказать. Только Лара и Хлоя его не рожали. Во-первых, у Лары по женской части проблемы. А Хлоя рожать отказалась — она как бы мужик. А во-вторых, рожать самому сейчас не модно. Ну, в таких семьях… Понимаешь?
Азей кивнул.
— Его усыновили, — сказал он.
— Да. Выложили кучу бабок за это. Они сами подбирали пару по анкетам Фонда. Выбрали каких-то неудачников из третьего мира, оплатили их лечение. Прошло какое-то время, и — вуаля! — в семье появился новорожденный Эстон!.. Эй, парень! Эй! Ты куда?!
Темнокожий Сонан вскинул руку, словно хотел поймать убегающего прочь собеседника.
— Вот чудак…
Азей, ничего не слыша, не разбирая дороги, несся по аллее — из света в тень, из тени в свет. Люди шарахались от него, словно от хищного динозавра, ищущего в ночи добычу.
Высоко в небе скрестились лучи лазеров, в черную речную гладь вонзились лучи прожекторов — шоу начиналось.
Азей ударился о машину, распахнул дверь.
Испуганная жена смотрела на него.
— Ты носила двойню! — Он сам не понимал, вопрос это или утверждение. — Ты носила двойню!
Она что-то говорила ему, он не слышал.
— Ты носила двойню! Они всегда нам врали! Ничего не показывали!
Жена закричала, ударила его в грудь кулаками. У нее было некрасивое напряженное лицо.
— Они лечили нас, чтобы использовать! Ты понимаешь?! Ты слышишь?!
Он вдруг понял — прочитал по губам, — что она кричит ему то же самое: «Ты слышишь?! Слышишь?!»
Он словно очнулся, отстранился. Заметил слезы на ее глазах.
Милена колотила его, била изо всех сил:
— Где ты был?! Слышишь?! Где ты был?!
Он обмер. Спросил чуть слышно:
— Где Дивей? — и тут же увидел его.
Бледный малыш лежал на заднем диване. Голова его была запрокинута. Тонкая прозрачная рука свисала до пола, залитого рвотой.
— Где ты был… — Милена упала на колени, а он все смотрел и смотрел на малыша — на своего несчастного, замученного бесполезными лекарствами ребенка, который мог бы еще жить и жить, если бы Фонд или какие-нибудь Фейты поделились крохотной частью своего состояния…
Рот малыша открылся.
Дивей захрипел, судорожно пытаясь вдохнуть. Пальчики его сжались, рука дернулась…
Эта была агония. Сколько она могла продолжаться?!
— Стой здесь! — рявнул Азей жене. Он вытащил ребенка из машины, обернул его попавшим под руку полотенцем и бросился бежать — назад, во тьму, туда, где сейчас веселилась толпа, восторженными криками встречая поднимающихся из воды лазерных динозавров и приближающийся звездопад.