Семь Толстых Ткачей
Шрифт:
Сотни мировых каналов, причем даже такие авторитетные как NBC, или CNN, пустили репортажи вне очереди. И только очень маленькая группка людей на планете знала, какая работа проделана Толстыми Ткачами.
Все началось неделю назад. Студии Голливуда трудились в экстренном режиме. Так они не пахали, даже когда снимали высадку первого человека на луне. Киношники сняли примерно сто пятьдесят коротких роликов, и задействовали около тысячи актеров. Для каждой страны, тщательно подбирался сценарий развития, для Латвии, в частности, сняли вариант: "Расовая ненависть". Но это далеко не все, что сделали Семь Толстых Ткачей. Все же, великие писатели решили бить не столько образами, но словом. И поэтому сейчас, в сотнях типографий печатали книги. Тиражи потрясали, как и размах написанного.
На экране мелькали лица с кровоподтеками, солдаты Латвийской армии с резиновыми дубинками и огнестрельным оружием. Диктор второго канала говорил с, плохо скрываемой, ненавистью:
— Со времен фашистской Германии, со времен Освенцима, мы не видели такого. Все мировые каналы подтвердили — правительство Латвии, объявило нахождение на территории Латвии граждан Российской Федерации, и бывших граждан СССР, вне закона. Все русскоязычное население признано врагами народа, и солдатам дан приказ о заключении их под стражу. В случае сопротивления, солдатам Латвии дано разрешение на уничтожение. Хотя президент Латвии, вместе с парламентом и правительством дал опровержение, эти кадры говорят сами за себя. Смотрите уважаемые телезрители, жители России! Смотрите, что сейчас происходит на улицах Риги. На этих кадрах отлично виден и министр обороны Латвии, и солдаты Латвии. Перед домом правительства только что, без суда и следствия, расстреляли сто граждан России.
На экране появился строй автоматчиков, а напротив выстроились грязные окровавленные люди, сбившееся в стадо, словно старые книги на полках. Из строя солдат вышел премьер министр Латвии и министр обороны (высшая проба компьютерной графики — произведено компанией Мирамакс). Премьер министр начал речь, синхронно с ним, переводчик сообщил телезрителям России:
— Вы грязные свиньи! Проклятые оккупанты, приехавшие сюда из своей вонючей страны, чтобы принести к нам свою вонь. Но этому не бывать! Сегодня великий день! День мщения за долгие годы советского рабства. Сегодня бывшие рабы, наконец, воздадут своим бывшим тюремщикам. Умрите! Открыть огонь!
Солдаты нажали на крючки. Прежде чем прервать картинку, по этическим соображениям, зрителям дали насладиться фонтанами искусственной крови.
— Президент России уже выдвинул ноту протеста правительству Латвии, — продолжил ведущий, — а посол Латвии в России, уже выдворен из страны. Кроме того, наш посол в Латвии, вместе с семьей, в эти минуты садится в самолет. Это один из признаков надвигающийся войны.
Картинка сменилась, и на экране появился президент России.
— Это страшный день в истории наших совместных отношений, — говорил мужчина с огромным галстуком. — Но мы не потерпим и не удовлетворимся притворными извинениями. Наши войска уже выдвинуты к границе с Латвией. Белорусское и Украинское правительства подержали наше негодование, и предложили в помощь свои военные силы. Я только что говорил с канцлером Германии и получил подтверждение. — Евросоюз блокировал все границы с Латвией, а ее статус на время заморожен. Ни одна страна в мире не примет самолет из этой, якобы бывшей братской страны. Все мы видим чего стоят ее слова о сотрудничестве, которых было не так уж и много…
Президент говорил еще долго, латыши баррикадировались в домах, правительство просило поддержки у Европы, искренне не понимая, что происходит, а Семь Толстых Ткачей потирали руки.
— Все идет по плану? — спросил Шалит.
— Да, — ответил Вольт. — Долго теперь они будут отмываться…
— Меня это совершенно не интересует. Что с книгами?
— Прошло только три часа, — вмешался в разговор Гнолт, — но могу с гордостью сказать: первые, еще тепленькие, легли на полки книжных лавок Нью-Йорка.
— У меня тоже все нормально, — сказал Марит. — А еще я им там такую инфляцию устрою…
— Не забываем цель! — рявкнул Шалит. — Плевать я хотел на эту Латвию, нам надо добраться до писателя!
— Все готово, — сказал Болт. — Его новая книга уже гуляет по интернету.
— А бумажная версия?
— А как же! Всюду, даже в самой Латвии.
— Что
— Тип-топ. Мои ребята его уже сломали, он там сам ничего написать не сможет. Кроме того, все форумы, чаты и вновь созданные сайты тщательно просматриваются, и если он объявится, мы его тут же заблокируем.
— Когда выпускать его обращение? — спросил Вольт.
— Как только русские войска пересекут границу, и прольется первая кровь.
Это случилось через пять часов. Вслед за сообщением, о первых жертвах среди мирного населения, на все мировые каналы доставили еще одну видеозапись. Теперь на экранах миллионы людей увидели лицо Димы. И только Чан, внимательно следивший за разгорающимся конфликтом, мог сказать: на записи кто угодно, но только не Дима.
— Я хочу попросить у вас прощения, — сказал мужчина, чье фото вот уже семь месяцев ходило по интернету. вместе с сенсационными книгами. Эту запись сделали в личной телестудии Вольта, на лучших компьютерах Болта. — У меня и в мыслях не было, что произойдет нечто подобное. Я должен признаться — все что вы видели с экрана телевизоров неправда. Я хотел сделать, нечто вроде рекламной акции, для своей новой книги "Латышский конфликт", и даже не заподозрил, что все воспримут запись всерьез. Я прошу прощения у тех, кто пострадал от военных действий. В последние два дня я не смотрел телевизор, и не мог отреагировать раньше. Еще раз простите…
Запись прервалась, на экране появился телеведущий.
— Ну как вам эта "Война миров", — спросил он у народа России. — А меж тем, только для нашего государства, начатая военная компания, обошлась примерно в миллиард долларов. Я уж не говорю о жителях Латвии. Представляю, что они пережили за последние двенадцать часов. Президент России уже попросил прощение за эту огромную ошибку. Семьям погибших будет выплачена компенсация, хотя как можно компенсировать такое? А как же сам шутник? Или, великий маркетолог. Надо сказать, своего он добился. Новая книга "Латышский конфликт" разошлась по планете с невиданной скоростью, я уж не говорю об интернете. И, наверное, деньги вырученные автором ему очень пригодятся, ибо правительство России и Латвии предъявило Дмитрию Морозову иск, на два миллиарда долларов, а так же выдвинуло обвинения в клевете и пособничестве убийству. По конфиденциальной информации, которая пришла к нам из очень достоверных источников, господин Морозов сейчас находится как раз в Латвии. Что же, о подробностях мы узнаем завтра, а сейчас новости спорта…
Вечером того же дня, Дмитрия Морозова арестовали, и попытались заключить в латвийскую тюрьму. Он воспринял это очень спокойно, но полицейская машина не добралась до изолятора. Наутро ее нашли, неподалеку от белорусской границы. В кузове лежали пять трупов полицейских. Трем Дима свернул шею, у одного вырвал сердце, последнего забил до смерти. Правоохранительные органы по всему миру, объявили Диму убийцей, а правительство Латвии объявило за поимку, или голову, писателя миллион долларов награды. Толстые Ткачи свернули деятельность, решив, что теперь устранение Димы — дело времени. Он больше не казался им опасным. Они, быть может, решили начать новую войну, если бы узнали, насколько они неправы.
Дима
Убийство пятерых людей, не оставило в душе Димы никакого осадка. Наверное, он удивился бы собственному поведению, если бы не разучился удивляться. Не поразило его и то, что всего за один день, Семь Толстых Ткачей обратили против него всех жителей планеты Земля. Это всего лишь показало ему их силу, но Дима и до этого понимал — противник серьезен. Но это еще так, цветочки. Толстяки разозлились, но не применили всей власти, всего влияния.
Хотя, казалось бы, почему они его просто не убили? Но ведь тогда, его книги получили бы дополнительную популярность. Впрочем, получат они их и теперь, но ненадолго. Когда шумиха утихнет, книги признают слабыми, или найдут в них примеры расовой ненависти, или еще чего-нибудь, но придумают. Так или иначе, спустя какое-то время, их прекратят продавать и распространять в интернете, а потом просто забудут. Этого Дима ждал. А если честно, на это рассчитывал.