Семь смертей
Шрифт:
После развода Надя вернулась в московскую квартиру, оставленную ей бабкой со стороны отца. А вскоре Плешникова написала заявление по собственному желанию. Заведующей в клинике в то время работала некая Маргарита Ивановна – вредная, завистливая и до жути чопорная особа. С Надеждой она постоянно была на ножах. Надька не переносила бабу органически, но с работы уходить не торопилась. А потом вдруг бац, и заявление на стол положила.
Через восемь месяцев Маргарита Ивановна была снята с должности, место
– Тебе повезло, что ты меня застала, я переезжаю.
– Меняешься?
– Нет, но жить здесь больше не буду. Теперь у меня новая квартира в центре.
– На какие средства, Надь?
– Неважно, а ты зачем здесь?
– Слушай, я ж тебя обрадовать приехала. Старую грымзу Маргариту сняли, вместо нее теперь Осипов сидит.
– И что дальше? – равнодушно пожала плечами Плешникова.
– Как что, Надь, возвращайся назад. Ты один из лучших хирургов, а нам специалистов не хватает.
Неожиданно Плешникова расхохоталась:
– Ну, Зойка, ты даешь! Чтобы я вернулась в эту помойку? Да ни в жизнь. Спасибо, сыта по горло.
– Ты, никак, на новое местечко устроилась?
– Можно и так сказать.
– А куда, Надь?
Обдав надменным взглядом Зою, Надя прочеканила:
– В скором времени открываю частную ветеринарную клинику.
Зоя Ринатовна выпала в осадок.
– Частную? Ты?!
– А что тебя так удивляет? Сама говоришь, что я отличный специалист, по-моему, все вполне резонно.
– Но ведь это какие деньжищи иметь надо.
– И они у меня есть.
– А...
– Зой, извини, я спешу.
– Да-да, конечно. – Зоя Ринатовна коснулась дверной ручки. – Надь, а может, в твоей клинике и для меня местечко найдется, а?
– Может быть, – уклончиво ответила Плешникова, выталкивая Зою на лестничную площадку.
– Тогда телефончик свой новый оставь.
– Это лишнее, – последовал ответ. – Я твой номер знаю. В случае чего сама позвоню.
Стоя перед закрытой дверью, Зоя Ринатовна никак не могла взять в толк, шутила Надежда или говорила чистую правду.
В итоге, придя к мысли, что Плешникова вешала ей лапшу на уши, Зоя Ринатовна окунулась в работу, забыв о той поездке. Но совсем недавно, включив вечером телевизор, Зоя обомлела. На экране она увидела Надю, которая, к слову сказать, выглядела на несколько порядков лучше чем раньше: ухоженная, с идеальным макияжем, прической, в дорогом костюме, Плешникова была воплощением стиля.
По всем законам подлости передача подошла к концу, Зоя Ринатовна только услышала последние слова ведущего: «У нас в гостях была Надежда Михайловна Плешникова, владелица частной
– Название клиники я запомнила, – сообщила Зоя Ринатовна Катарине. – И через пару дней, узнав, по какому адресу она находится, отправилась на встречу с Надькой. Думала, она местечко у себя под крылышком даст. Ага, как же, дала. Кукиш с маслом я получила.
– Плешникова вам отказала?
– Да она даже разговаривать со мной не захотела. Меня к ней не пустили. Я талдычу, мол, мне по личному вопросу к Надюхе надо, а они мне: Надежда Михайловна не принимает без предварительной записи. Ладно, оставила им свои координаты, просила, чтобы Надьке их передали с просьбой со мной связаться. И что вы думаете, ни ответа, ни привета. Конечно, зачем я ей теперь сдалась, она у нас богатая мадам, а я так, рентген кискам и песикам делаю в подмосковной лечебнице, в которой ремонта уже лет сорок не было.
– Зоя Ринатовна, где находится клиника Плешниковой?
Врач продиктовала адрес и сообщила название.
– Говорю вам, сдерут с вас там втридорога. Я ж видела эту клинику – шик, блеск, красота, как говорила моя покойная бабка. А в таких клиниках не цены, а настоящее самоубийство. Ну, если вам деньги девать некуда и вы готовы отдать за стерилизацию кошки целое состояние, то тогда, конечно. Хозяин – барин.
Поблагодарив Зою Ринатовну, Катарина поспешила откланяться.
– Если надумаете к нам кису привезти, всегда пожалуйста, – крикнула на прощание Зоя. – Мы с честных людей не дерем три шкуры, у нас совесть есть, не то что у некоторых нахалок, которые дружбой старой не дорожат и задирают нос, когда в кармане деньга большая появляется.
ГЛАВА 11
Когда звонок повторился, Розалия дала Наталье отмашку.
– Открывай!
Натка щелкнула замком, растянула рот до ушей и слегка поклонилась. Короче говоря, она сделала все в точности, как и учила Станиславовна.
Антон Сидоров, высокий загорелый брюнет с резкими чертами лица, одарил Наташку ответным кивком. А стоящий рядом с ним мальчик в черном костюме, белоснежной рубашке и темно-бордовом галстуке, теряясь и чувствуя себя явно не в своей тарелке, едва слышно поздоровался.
– Мы Сидоровы, – возвестил Антон. – У нас была договоренность с Розалией Станиславовной.
– Да-да, конечно, я предупреждена, проходите, пожалуйста. А ты, должно быть, Игорек? – Натка улыбнулась серьезному мальчугану и, решив проявить самодеятельность, подмигнула без разрешения свекрови.
– Я Игорь Антонович, – хорошо поставленным голосом ответил Сидоров-младший.
Натка растерялась.
– Ну, сын, – нервно усмехнулся Антон, – я думаю, на время тебе можно отбросить отчество. Здесь ты просто Игорь, договорились?