Семь смертей

Серебрякова Мила

– Я его не хотела, – говорила она сестре. – Поэтому он и умер. Я виновата! Виновата, Нинка, как поздно я это осознала.

* * *

Тем же вечером Катарина, вернувшись домой и закрывшись в спальне, пыталась разложить по полочкам имеющуюся информацию.

Все ниточки, ведущие к Фурмановой, оборвались. Валентина и Александр находятся вне зоны досягаемости, об их местонахождении не ведает даже родная тетка. Татьяна, о которой Ката не знала ровным счетом ничего, но чувствовала, что девушка могла бы

пролить свет на многие моменты, растворилась в воздухе. Борис с Асей на том свете.

Ну и как теперь передвигаться по этому темному лабиринту? У кого разжиться необходимыми сведениями?

Ночью Катарина вспомнила о первой супруге Плешникова. А что, это идея, тем более соседка Бориса утверждала, что некоторое время назад Надежда искала мужа и пришла в ярость, узнав о совершенном обмене. Даже адрес бывшего супруга попросила.

Не мешало бы с ней встретиться, вот только как найти Надю? По словам все той же соседки, Надежда работала в местной ветклинике и однажды стерилизовала соседскую кошку, из чего делаем вывод, что Плешникова – хирург.

Вот и появилась еще одна узкая тропинка, по которой Катарина незамедлительно отправится в самые ближайшие дни. Стоп! А почему, собственно, в ближайшие? Нет, надо ковать железо, пока оно горячо, и Ката нанесет визит в ветеринарную клинику уже завтра.

В квадратном холле лечебницы сильно пахло нашатырем. Прошествовав в узкий коридор с выкрашенными в синий цвет стенами и вышарканным линолеумом, Ката остановилась. Возле одного из кабинетов, на обитых зеленым дерматином скамейках, восседали трое: полный мужчина с персидским котом на руках, бабулька с белым пуделем и дама с морской свинкой. Не успела Катарина подойти к двери, как мужик встрепенулся.

– За мной будете, – выкрикнул он писклявым голосом, подавшись вперед.

– Мне не нужен врач, – поспешила заверить его Катарина.

– Тогда от двери отойди, – строго сказала бабуля. – Знаем мы вашего брата: на прием не нужно, а сама сейчас проскочишь. Эй, мужчина, подойдите ближе к двери, а то ведь прошмыгнет, чертовка. Я по глазам вижу, прошмыгнет.

Толстяк поспешил занять исходную позицию возле кабинета.

– Без очереди не пущу, – возвестил он.

Пожав плечами, Катарина пошла дальше по длинному коридору. В конце коридор резко сворачивал направо, и именно там Ката столкнулась с молодым парнем, облаченным в синий халат.

– Простите, где я могу найти Надежду Плешникову?

Парень прищурил близорукие глаза.

– А Надежда Михайловна здесь уже не работает.

– Как не работает?

– Уволилась Плешникова.

– И давно?

– Порядочно.

– А не подскажете, у кого я могу узнать ее координаты? Мне очень нужна Надежда Михайловна.

– Ничем не могу помочь, я не в курсе. Хотя спросите у Зои Ринатовны, по-моему, они продолжают общаться.

– Обязательно спрошу, если объясните, где ее найти.

– Идемте. – Парень пошел вперед, Ката семенила

за ним.

Остановившись у двери с табличкой «Рентгенографический кабинет», молодой человек пояснил:

– Мы пришли. Заходите.

Постучав, Катарина услышала низкое «Да-да, входите»и толкнула дверь.

Зоя Ринатовна, высокая брюнетка лет сорока, сидела за маленьким столиком, аккуратно внося записи в толстый журнал.

– Что у вас? – спросила она, не отрывая взгляд от записей.

– Меня направили к вам.

– Минутку. Животное пока положите на стол, сумки и пакеты – на стул у двери.

– У меня нет животного, я пришла одна.

Зоя Ринатовна подняла глаза:

– А кому рентген требуется?

– Никому. Понимаете, я искала Надежду Плешникову, а парень сказал, что она уволилась, и посоветовал переговорить с вами.

– Хм, а почему именно со мной?

– Не знаю, но он предположил, что вы общаетесь и можете знать ее координаты.

Зоя Ринатовна встала из-за стола и прошлась по кабинету.

– Могу я узнать, зачем вам понадобилась Надя?

– Пару лет назад Плешникова стерилизовала моих кошечек.

– И?

– У нас в семье пополнение, муж принес с работы годовалую кошку, ее нужно стерилизовать. Хотела договориться с Надеждой Михайловной.

– К сожалению, Надя здесь уже не работает.

– Я поняла, мне бы адрес ее узнать или телефон. Она оставляла свой телефончик, но я его посеяла.

– Не понимаю, а зачем вам Плешникова, у нас в лечебнице работают отличные специалисты. Стерилизуют вашу питомицу в лучшем виде. Обратитесь к Ольге Никоненко. Она врач высшей категории, хирург от бога.

– Нет, – мотнула головой Ката. – Я бы предпочла, чтобы Пусей занималась Плешникова. Зоя Ринатовна, если вы располагаете номером ее телефона, поделитесь, прошу вас.

Зоя Ринатовна села.

– И вы присаживайтесь, – обратилась она к Катке. – Телефон Плешниковой я дать могу, да только проку от этого не будет.

– Почему?

– Во-первых, она живет в другом месте, где именно, не знаю, а во-вторых, там, где Надя сейчас работает, цены, наверное, заоблачные. У нас вашу киску стерилизуют в несколько раз дешевле.

– А где работает Надежда Михайловна?

Зоя Ринатовна скривилась:

– Выбилась в люди Надька, что и говорить. Раньше была вся такая белая и пушистая, а теперь, почувствовав вкус денег, превратилась в мегеру. Со мной общаться не хочет, змеюка. А ведь дружили мы с Надькой, секретами делились. Правду говорят, богатый бедному не товарищ.

– Надежда Михайловна получила наследство? – допытывалась Ката.

– А черт ее знает, что она там получила. Сама голову ломаю, с каких пирогов Надька вверх взлетела. Сначала здесь недалеко с мужем жила, потом они с Борькой разбежались: он квартиру себе оставил, она иномарку дорогую получила.