Семь кругов
Шрифт:
4
Компас
Эшли щелкнула замками вместительного кейса, откинула крышку и осторожно извлекла предмет, который напоминал старомодные песочные часы, если не считать, что стеклянная колба между верхним и нижним основаниями была четырехугольной и не суживалась к середине. Четыре деревянных стержня в фут длиной, по одному на каждом углу, окружали хрупкую конструкцию, и одна из стеклянных стенок колбы имела маленькие петельки, означавшие, что это дверца.
Затем она извлекла черный цилиндр
— Это Аполло? Штука наверху больше смахивает на… — начал было Уолтер.
— На волосатую хоккейную шайбу? — прервала Эшли.
Уолтер фыркнул.
Эшли сняла бусинки.
— Я нанизала их, чтобы казалось, будто это игрушка и не возникало ненужных вопросов. Так спокойнее. Витые проволочки — это антенны, которые служат, чтобы принимать и передавать данные. — Эшли вытащила из кейса два набора наушников и один протянула Уолтеру. — Надень их. Связь беспроволочная, так что подключать их никуда не надо.
Эшли надела наушники, щелкнула тумблером на боку шайбы, издавшей еле слышное урчание, затем ткнула пальцем себе в челюсть:
— Ты здесь?
— Конечно здесь, — ответил Уолтер.
— Тс-с-с. Не ты. Карен, — прошептала Эшли.
В наушниках Уолтера раздался хрипловатый голос:
— Прости. Я была на кухне, делала завтрак.
— Ты говоришь с Карен через эту хай-тек шайбу? — изумился Уолтер.
— Карен, как меня слышно? — продолжала тем временем Эшли.
— Многовато статики, но выйди на шестерку. Вот так, неплохо.
— Я предполагала, что будет статика. Думаю, мы на высоте примерно тридцать семь тысяч футов. Не сомневаюсь, на земле Аполло будет работать куда надежнее. Итак, ты готова к испытанию?
— Вижу, что ты включилась, — снова донесся голос Карен.
От верхнего основания полыхнул луч, осветивший внутренность стеклянной колбы. Луч был странный, искрящийся, плотный и зеленоватый, словно изумрудный туман. Через несколько секунд искры застыли, опустившись на дно хрустальной клетки мерцающим зеленым снегом. Частицы, теряя свою нефритовую окраску, закрутились на дне, как вода, уходящая в воронку, и наконец образовали маленький диск.
Свечение исчезло, а на дне распустился белый бутон размером с запонку.
— Карен, ты использовала синюю кнопку? — спросила Эшли.
— Да, синюю. Как в последний раз.
Эшли сжала губы.
— Должно быть, отказал декодер спектра.
— Может быть. Сейчас спрошу у Ларри.
— Ларри? — пробормотал Уолтер, но Эшли не обратила на него внимания.
— Да, — снова возникла Карен. — Ларри говорит, что дело в декодере, а не в кодировании.
— Ни в коем случае. Утром я все проверила. Дай-ка Ларри. — Эшли
— Ты гений, Эшли, — забулькал электронный голос. — Может быть, сама разберешься?
— Не хитри со мной, Ларри.
— Я запрограммирован тобой. Если ты не веришь тому, что я говорю тебе, ты сама себя называешь вруньей.
Эшли хлопнула себя по лбу.
— И как только меня угораздило вставить логический блок в плату ИИ?
Уолтер ухмыльнулся. Он подумал, что Ларри классный хохмач.
— ИИ? Искусственный интеллект?
— Ага. — Эшли открыла стеклянную дверцу. — Ларри почти настоящая личность. Порой он действует мне на нервы.
— Говорящий компьютер, у которого психологические проблемы? Как в популярных дешевых НФ-киношках?
— Вот именно. А откуда, по-твоему, я подцепила эту идею? — Эшли щелкнула тумблером, раздался хруст и появилось легкое облачко блестящей пыльцы. — О нет! Должно быть, отказала защита от помех!
— Прошу прощения. — Из прохода на них смотрела стюардесса, окруженная взрослыми пассажирами и детьми.
— Да? — улыбнулась Эшли.
Стюардесса улыбнулась в ответ:
— Кое-кто из наших пассажиров увидел, как вы занимаетесь с этой игрушкой. Полет долгий, и они поинтересовались, не могли бы вы объяснить им, как она работает, и, может быть, дать им поиграть.
Эшли откашлялась:
— Она работает на энергии антиматерии, двигатель основан на вращении тахионов. Она очень интересная, но чтобы пользоваться ею, вы должны много знать. Мне придется прочесть вам по крайней мере двухчасовую лекцию по квантовой физике и теории антиматерии, после чего вы сдадите мне подробный письменный экзамен. — Она осмотрела зевак. — Итак, кто готов?
Толпа начала рассасываться. Остался только маленький старичок, от которого несло дешевыми сигарами.
— Свою докторскую диссертацию по теории антиматерии я написал довольно давно, поэтому с удовольствием освежу память.
Уолтер пригласил старичка занять его место и, коварно улыбнувшись Эшли, пошел по проходу. Сейчас ее лицо напоминало красную кнопку пожарной тревоги.
— Развейся, — сказал он и приветственно помахал рукой. — А я пойду поищу другой комикс.
Наняв в Йовиле машину с водителем, Билли, Бонни и профессор Гамильтон преодолели короткое расстояние до Кэдберри-Касл. Ехать было удобно, но спокойствия они не испытывали. Водитель, затянутый в кожу человек на седьмом десятке, оспаривал каждое утверждение профессора, касалось ли оно соотношения английского фунта и евро, или роста налогов в Лондоне, или значения королевской семьи для нации. Он тараторил на кокни, профессор же отвечал ему со спокойным достоинством выпускника Оксфорда.