Секундо. Книга 2
Шрифт:
Она нахмурилась и отвернулась. Ей не нравился принц, не нравился король, не нравилась вся эта подловатая борьба за престол, и единственное, чего она хотела — очутиться отсюда как можно дальше.
Король безнадежным жестом провел ладонями по лицу. Нехотя сел за стол, вынул бумагу с королевскими вензелями и размашистым почерком принялся писать. Написав, подал лист сыну и глухо спросил:
— Доволен?
Торрен внимательно и не спеша прочел все написанное отцом.
— Пока да. Сейчас я начну принимать дела королевства, менять твоих ставленников и
Король вынужден был склонить в знак согласия седеющую голову. Не так он представлял себе конец своего правления, но что-либо изменить было не в его силах. С ненавистью взглянув на молча стоящую подле принца Амирель, хмуро попросил:
— Я свою часть сделал. Теперь пусть она вылечит моего младшего сына.
Торрен подошел к дверям и громко приказал:
— Приведите Юриса!
Через несколько минут в кабинет ввели младшего принца. Он растерял весь свой лоск и вальяжность, был небрит и бледен. Увидев брата с Амирель, громко и четко произнес:
— Я мерзкий ублюдок! — и громко трижды прокукарекал.
Король потрясенно обхватил голову руками и рухнул в ближайшее кресло.
Глядя на Юриса, Амирель поморщилась. Она уже горько пожалела о своей несдержанности. Можно ведь было просто отправить его восвояси, как короля. Но она не сдержалась — и вот плачевный результат.
— Хватит! — она взмахнула рукой перед лицом принца. — Прекратите!
Тот вздрогнул и с содроганием уставился на девушку. Руки его жадно сжимались и разжимались, будто он хотел ее задушить.
— Вы все забыли! — резко приказала Амирель, пожалев его. — Вы никогда не говорили о себе, что вы мерзкий ублюдок!
Принц распрямился и с прежним превосходством посмотрел вокруг. Король, видя, с какой легкостью девка Торрена управляет окружающими, ужаснулся.
Он потерял трон и королевство.
Забрав отречение, наследник ушел, уводя с собой колдунью.
С содроганием посмотрев ему вслед, понурившийся король рассказал о случившемся младшему сыну.
— Я ходил и заявлял всем встречным, что я мерзкий ублюдок? — не поверил Юрис отцу. — Что за бред! Этого не может быть!
— Можешь спросить у стражников, если не веришь мне, — король тоже разозлился, слушая безапелляционный голос сына.
Юрис призадумался. Потом провел рукой по щеке, укололся о небритую щетину и выругался.
— Хорошо, пусть эта колдунья может все. Но есть же какой-то предел ее возможностям? Или нет?
Король зашипел, как от острой боли. Вопрос был на редкость болезненным. В самом деле, можно ли ее как-то остановить?
— Пойдем к королеве. Уверен, она сможет посоветовать нам что-то нужное.
Ее величество сидела в своем будуаре в утреннем туалете цвета бледной зари, оттенявшем ее нежную
Оставшись без ненужных ушей, внимательно выслушала мужа, выпрямившись и расправив плечи.
— Вот мы и дождались исполнения пророчества, мой дорогой, — прозвучали печальные слова. — Я много раз просила тебя не ссориться со старшим сыном. А теперь что ж? Остается только выполнить его требования.
Леран Двенадцатый в полнейшем недоумении выпучил глаза.
— Но, Роветта, ты столько сил положила, чтобы Юрис стал королем. А я только пытался по мере возможности тебе в этом помочь.
Королева безнадежно сжала перед собой руки.
— Ваше величество! — одно это официальное обращение заставило напрячься и короля, и принца. — Я вам уже сотню раз говорила и повторяю снова: я никакого отношения к покушениям на наследника престола не имею!
— Да, но я всегда думал, что тебе просто неприятно об этом говорить, — растерялся Леран.
— Конечно, мне неприятно об этом говорить. Ведь Торрен — брат моего сына. И мне очень жаль, что ему с раннего детства пришлось пережить столько горя. Но, клянусь, я никогда и ничего не делала ему во вред! Более того, если б я была уверена, что смогу обезопасить его жизнь, я бы с удовольствием взяла бы его к себе. По крайней мере, тогда бы он не наслушался от своих родственников по матери обо мне всяких гадостей, и мы с ним жили бы в мире.
Потрясенный король не знал, что и думать.
— Но кто-то же устраивал все эти покушения! Кто-то, кто хорошо знал порядки и в родовом замке герцога Мальорского, и здесь, во дворце!
Королева молчала, прикрыв глаза тонкой белой рукой. Принц и король переглянулись и одновременно выдохнули:
— Герцогиня Аметти! Это ее рук дело!
Королева все так же продолжала молчать, не убирая ладоней с глаз и не отвечая на слова мужа и сына.
— Теперь мне понятно твое молчание, дорогая, — со вздохом признал Леран. — Жаль, что я не прислушался к твоим словам раньше. Недаром ты была против этого вердикта.
— Во дворце все считают, что передать власть мне — это идея королевы, — Юрис скорбно развел руками. — И вряд ли теперь удастся кого-либо переубедить.
— Зачем? — королева отняла руки от лица и грустно улыбнулась. — Я знаю, обо мне все думают: я настоящее исчадье ада. Отравила королеву, пыталась уничтожить пасынка, чтоб утвердить на престоле своего сына. Хотя единственная моя мечта — жить спокойно вместе со своей семьей в тихом красивом месте.
— Тогда Торрен преподнес тебе эту мечту на блюдечке. Но рад ли этому наш сын? — и король посмотрел на Юриса в ожидании ответа.
Тот думал недолго.
— Я согласен. Меня всегда угнетала ответственность, накладываемая властью. Королем быть я не хочу. Куда приятнее оставаться просто ненаследным принцем. — И бравурно объявил: — Возможности те же, а ответственности никакой.