Сегун. Книга 2
Шрифт:
– Извините. Сиката га най, нэ? – вежливо промолвила Марико, предоставив гостье стенать и плакать, но не забывая подливать ей саке.
«Сколько же на самом деле стоит контракт? – спрашивала она себя. – Пять тысяч коку безумно много. Впрочем, все зависит от того, насколько страстно желает выкупа мужчина. Но кто он? Конечно, не сам господин Торанага. Для кого покупают контракт? Для Оми? Возможно. Но зачем Торанага примешал сюда Андзин-сан?» – гадала Марико…
– Вы согласны, Андзин-сан? – спросила она его с нервным смехом среди пьяного галдежа военачальников.
– Вы
– Да. Кику-сан. Вам трудно будет отказаться. Я… мне приказано переводить.
– Приказано?
– О, я буду счастлива переводить для вас. Но, Андзин-сан, вы на самом деле не можете отказаться. Это было бы ужасно невежливо после стольких почестей, правда? – Она подшучивала над ним, не боясь его, такого гордого и восхищенного невероятным великодушием Торанаги. – Пожалуйста, соглашайтесь! Я никогда не заглядывала внутрь чайного домика. Мне самой не терпится побывать там, поговорить с настоящей госпожой из «мира ив».
– Что?
– О, так называют этих дам. Предполагается, что они грациозные и гибкие, как ивы. Иногда употребляют выражение «плавающий мир», потому что они прекрасны, как лилии, плавающие в озере. Ну давайте, Андзин-сан, соглашайтесь!
– А что скажет Бунтаро-сама?
– О, он знает, что я хлопочу для вас. По приказу господина Торанаги. Ну давайте! Пожалуйста! – Тут она перешла на латынь, радуясь, что никто, кроме них двоих, в Андзиро не говорит на этом языке: – Есть еще одна причина, о которой я скажу тебе позднее.
– Скажи сейчас!
– Позже. Но согласись с удовольствием. Потому что я прошу тебя.
– Ты… Как я могу отказать тебе?
– С удовольствием. Это должно быть с удовольствием. Обещай!
– Со смехом. Я обещаю. Попытаюсь, по крайней мере. Буду стараться изо всех сил. Ни за что другое поручиться не могу.
После этой шутливой перепалки она удалилась, чтобы обо всем договориться, и вот теперь Гёко стонала:
– Ох, я прямо в смятении при одной мысли о том, чтобы продать контракт моей красавицы. Да, спасибо, еще немного саке. Потом я действительно должна буду покинуть вас. – Она опрокинула в себя очередную порцию спиртного и устало протянула чашку, чтобы ее снова наполнили. – Давайте столкуемся на двух кобанах за вечер. Я уступаю только из желания сделать приятное госпоже ваших достоинств.
– Один. Если вы согласны, мы могли бы продолжить разговор о контракте сегодня вечером, в чайном домике. Извините, что тороплю, но время уходит, вы понимаете… – Марико неопределенно повела рукой в сторону комнаты, где собрались самураи. – Государственные дела… вы понимаете, Гёко-сан?
– О да, госпожа Тода, конечно. – Гёко начала вставать. – Полтора кобана за вечер, хорошо? Тогда давайте…
– Один.
– О-хо-хо, госпожа, что такое полкобана? Одна видимость. Стоит ли спорить из-за такой малости? – Гёко всхлипнула, благодаря богов за свою сообразительность и сохраняя притворную муку на лице. Полтора кобана втрое превосходили обычную плату. Но гораздо ценнее было то, что впервые услуги Кику-сан понадобились самым высокородным господам, настоящей знати – честь, которой Гёко домогалась давно, ради которой она охотно посоветовала бы своей подопечной вовсе не брать денег. – Клянусь всеми богами, госпожа
– Один кобан золотом, завтра. Идет?
Гёко подняла фарфоровую бутылочку и наполнила две чашки. Одну предложила Марико, другую осушила и тут же наполнила вновь.
– Один, – выпалила она, чуть не подавившись.
– Благодарю вас, вы так добры и так заботливы. Да, времена сейчас трудные. – Марико с удовольствием потягивала саке. – Андзин-сан и я скоро придем в чайный домик.
– А? Что вы сказали?
– Что Андзин-сан и я вскоре придем в чайный домик. Я буду переводить для него.
– Чужеземец? – задохнулась Кику.
– Чужеземец. И он будет здесь очень скоро, если мы его не остановим. С самой жестокой, самой скупой ведьмой, какую я только встречала на своем веку. Может, в прошлой жизни она была шлюхой пятнадцатого класса, которую имели в зад.
Несмотря на свой страх, Кику бурно рассмеялась:
– Ох, мама-сан, пожалуйста, не волнуйтесь так сильно! Она кажется такой приятной госпожой, и к тому же целый кобан – вы действительно провернули удачную сделку! Ну-ну, мы теряем время. Сначала немного саке, чтобы смягчить ваши душевные волнения. Ако, быстро, как колибри!
Ако исчезла.
– Да, гость – Андзин-сан. – Гёко снова закашлялась.
Кику и Хана, девочка, взятая в ученицы, обмахивали ее веерами. Малышка поднесла к носу хозяйки пучок душистых трав.
– Я думала, она старалась для господина Бунтаро – или самого господина Торанаги. Конечно, когда госпожа Тода назвала Андзин-сан, я сразу же спросила, почему этим занимается она, а не его наложница госпожа Фудзико, как требуют правила хорошего тона. Она объяснила только, что его госпожа очень страдает от ожогов, а ей приказал переговорить со мной сам господин Торанага.
– О! О, как я была бы счастлива служить самому великому даймё.
– Еще послужишь, дитя мое, если мы хорошенько пошевелим мозгами. Но чужеземец! Что подумают другие наши гости? Что они скажут? Конечно, я оставила дело нерешенным, сказала госпоже Тода, что не знаю, свободна ли ты, так что можно еще отказаться, никого не обидев.
– Что могут сказать другие гости? Это приказ господина Торанаги. Ничего не поделаешь, не так ли? – пролепетала Кику, скрывая страх.
– О, ты можешь легко отказаться. Но поторопись, Кику-тян. О-хо-хо, была бы я поумнее, сразу отказалась бы.
– Не беспокойтесь, Гёко-сама. Все будет хорошо. Но мы должны все взвесить. Это большой риск, не так ли?
– Да. Очень.
– Мы не сможем отказать гостю, если примем его.
– Да, я знаю.
– Посоветуйте мне что-нибудь.
– Не могу, Кику-тян. Я, чувствую, попала в ловушку ками. Тебе решать.
Кику сопоставила все минусы и плюсы:
– Давайте рискнем. Примем его. В конце концов, он самурай, хатамото, любимый вассал господина Торанаги. Не забывайте, что сказал прорицатель: я помогу вам стать богатой и известной на века. Я молюсь о том, чтобы мне выпала возможность хоть чем-то отплатить за вашу доброту.