Сегун. Книга 2
Шрифт:
– Спасибо. Это было бы большой честью для меня.
«Оборонявшиеся» отошли в свои лагеря на дальней стороне холма. Пять сотен стрелков ожидали внизу, около дороги, которая взбегала вверх по склону, а потом спускалась к деревне. Они разделились на отряды, перед которыми встали Оми и Нага, оба уже с мечами.
– Ябу-сама?
– Да, Андзин-сан?
– Прекрасно, не так ли?
– Да, хорошо.
– Спасибо, Ябу-сама. Я довольствуюсь.
Марико непроизвольно
– Я доволен.
– Ах, извините. Я доволен.
Дзодзэн отвел Ябу в сторону:
– Всему этому вас научил Андзин-сан?
– Нет, – солгал Ябу, – но так воюют все чужеземцы. Он только учит наших людей заряжать мушкеты и стрелять из них.
– Почему не сделать, как советует Нага-сан? Вы теперь знаете все, что надо? Зачем дожидаться, пока это чужое знание распространится дальше? Оно хуже чумы. Очень опасно, Ябу-сама. Нага-сан был прав: крестьяне в два счета обучатся воевать таким манером. Избавьтесь от чужеземца немедленно!
– Если господин Исидо хочет его голову, пусть только скажет мне об этом.
– Я прошу. Сейчас! – В голосе Дзодзэна снова зазвучали резкие ноты. – Я говорю от его имени.
– Я подумаю над этим, Дзодзэн-сан.
– И также от его имени я прошу, чтобы все ружья были немедленно отобраны у стрелков.
Ябу нахмурился, потом переключил внимание на отряды, вооруженные мушкетами. Они приближались к холму; что-то нелепое чудилось в этих прямых, аккуратных рядах, но только потому, что такой порядок движения был внове для японцев. В пятидесяти шагах они остановились. Подошли только Оми и Нага. Они поприветствовали старших.
– Для первого случая все было хорошо, – одобрил Ябу.
– Благодарю вас, господин, – ответил Оми. Он немного хромал, синяки проступали на его лице, перепачканном грязью и пороховой копотью.
Дзодзэн изрек:
– В настоящей битве ваши войска должны носить мечи, Ябу-сан, правда? Что такое самурай без мечей? В конце концов, у них ведь могут выйти все огневые припасы, не так ли?
– Мечи помешают им при наступлении и отступлении. О, они будут носить мечи, как обычно, чтобы избежать всяких неожиданностей, но перед первым же наступлением снимут их.
– Самураю не обойтись без меча. В настоящей битве. Так или иначе, я рад, что вы никогда не будете вести наступление подобным образом и… – Дзодзэн хотел добавить «и прибегать к столь грязным, недостойным методам ведения войны», но вместо этого присовокупил: – Иначе мы все будем вынуждены отказаться от мечей.
– Может, и откажемся, Дзодзэн-сан, когда пойдем на настоящую войну.
– Вы откажетесь от вашего клинка Мурасамы? Или от подарка Торанаги?
– Чтобы победить – да. Но не иначе.
– Тогда вам придется удирать во все лопатки, если заест замок или отсыреет порох. –
– Оми-сан! Покажи! – распорядился он.
Оми отдал приказ. Тотчас же его люди выхватили короткие штыки-ножи из неприметных ножен, подвешенных к поясам сзади, и вставили в гнезда на дулах мушкетов.
– Вперед!
Самураи тут же издали свой боевой клич: «Касиги-и-и!» Лес обнаженной стали замер в шаге от военачальников. Дзодзэн и его люди нервно рассмеялись перед лицом внезапной угрозы.
– Хорошо, очень хорошо, – похвалил Дзодзэн, подошел и потрогал штык, весьма острый. – Может быть, вы и правы, Ябу-сама. Давайте надеяться, что их не придется испробовать в бою.
– Оми-сан! – окликнул Ябу. – Построй своих людей. Дзодзэн-сан собирается провести смотр. Потом возвращайтесь в лагерь. Марико-сан, Андзин-сан, следуйте за мной! – Широкими шагами он двинулся вниз по склону через ряды самураев. Его помощники, Блэкторн и Марико, последовали за ним.
– Постройте их на дороге. Отомкните штыки!
Половина воинов тут же исполнила приказание, развернулась и зашагала вниз по склону. Нага и его двести пятьдесят самураев остались где стояли, все еще держа ружья с примкнутыми штыками наперевес.
Дзодзэн рассвирепел:
– Что здесь происходит?
– Я считаю ваши оскорбления недопустимыми, – прошипел Нага.
– Вздор! Я не оскорблял вас или кого-нибудь еще. Оскорбление нанесено мне, которому угрожают штыками. Ябу-сама!
Ябу повернул назад. Теперь он стоял по другую сторону от людей Торанаги.
– Нага-сан, – холодно начал он, – что все это значит?
– Я не могу простить этому человеку поношений, чернящих моего отца и меня.
– Этот человек под нашей защитой. Вы не можете сводить с ним счеты сейчас! Он прислан сюда Советом регентов!
– Прошу прощения, Ябу-сама, но это наше дело – Дзодзэн-сан и мое.
– Нет. Вы подчиняетесь моим приказам. Я приказываю вам и вашим людям вернуться в лагерь.
Ни один человек не двинулся. Начался дождь.
– Прошу прощения, Ябу-сан, но это наше дело. Что бы ни случилось, я освобождаю вас от ответственности за мои действия и действия моих людей.
За спиной Наги один из людей Дзодзэна выхватил меч и замахнулся, но залп из двадцати мушкетов тут же снес ему голову. Двадцать стрелявших встали на колено и принялись перезаряжать ружья. Второй ряд приготовился стрелять.
– Кто приказал зарядить мушкеты пулями? – взревел Ябу.
– Я, Ёси Нага-но Торанага!
– Нага-сан! Я приказываю вам отпустить с миром Нэбару Дзодзэна и его людей. Отправляйтесь в лагерь и не покидайте его, пока я не получу распоряжений господина Торанаги на ваш счет!