Сделка
Шрифт:
Она положила трубку на рычаги и попробовала засмеяться. В самом деле, это просто комично. Что там напридумала Надя? Что у них снова роман? Нет, и не может быть никакого романа. А что, что может быть?
Ира в который раз задумалась, что будет дальше. Как наркоман без дозы, она уже не могла обходиться без Саши. И при этом прекрасно понимала, что будущего у их отношений как не было, так и нет. А ведь впереди только страдания. Возможно, ее присутствие на самих съемках и не понадобится, значит, расставание уже скоро. Выйдет фильм, но станет ли она его смотреть?
Неважно. Сейчас у
***
Садик в сентябре открылся, но Ира по – прежнему брала Кирюшку собой. Ей было очень тоскливо, да и Кирюшка просился. К тому же, присутствие сына придавало ей уверенности.
Ирине поневоле нравилось, как серьезно Брюсов общается с мальчиком. Казалось, он взялся очаровать малыша, и это у него вполне получалось. Он никогда не оставлял без внимания Кирюшкины реплики, всегда отвечал на любые вопросы. Любил повторять смешные выражения, которых у Кирюхи было в изобилии. Малыш ему нравился, а может, просто хотелось собственного ребенка – возраст-то подходящий для сознательного отцовства.
Они действительно на один день выехали за город – она с Кирюшкой, Михайленко и Брюсов, недалеко, километров восемьдесят от Москвы. Выбрали место для съемок, поговорили с администрацией поселка. А потом погуляли. После сухого лета осень в этом году наступила рано. И сейчас, в начале сентября, листья с деревьев уже вовсю сыпались на дорожки разноцветными сухими лоскутиками.
Кирюшке нравилось ходить по листве, загребая ее ботинками, «чтобы шуршало». Сашка взял его за руку, и они ушли далеко вперед. Ира задумчиво смотрела им вслед. Мальчик, обделенный мужским воспитанием, говорил теперь только о дяде Саше. «Дядя Саша рассказал мне это, показал мне то, возьмет меня туда-то…» У них даже завелись собственные секреты. А к чему это все? Для чего Брюсову понадобилось приручать ребенка, о котором потом забудет и думать? Наверное, придется поговорить с Александром. Но как сказать, чтобы он правильно понял? Еще решит, что она вредничает, а ведь ничего плохого Саша вроде не делает…
Повод для разговора представился на обратном пути. Ира оставила машину дома – так далеко ехать с ребенком за город она боялась. В ту сторону ее прихватил Михайленко, а обратно Кирюшка, конечно, захотел с дядей Сашей. К середине дороги малыш стал клевать носом, ему подложили подушку, а Ира перебралась на переднее сиденье.
– Старкова недавно видел, – заметил Брюсов. – Он очень удивился, услышав, чем мы занимаемся. Привет тебе передал.
– А как там Оля?
– Оля немножко располнела. Теперь осваивает всевозможные диеты. Увидела бы тебя – обзавидовалась. Она танцевать снова рвется. После такого-то перерыва…
– А Петька как – отпускает ее?
Брюсов усмехнулся.
– Петька требует второго. И вообще, сказал мне по секрету, что полненькая Ольга возбуждает его больше. Вот только она и слушать ничего не хочет.
– Молодец Петька, – грустно произнесла Ира.
Он бросил на нее взгляд, но ничего не сказал.
– Кстати, по поводу детей… – решительно начала она. – Саш, ты только не обижайся, пойми меня правильно…
Саша молчал, и Ира испугалась – как бы он не подумал, что она на что-то намекает.
– А что у тебя случилось с тем парнем? Отцом Кирюшки? – спросил вдруг он.
– Да ничего не случилось, – Ира отвернулась к окну. – Не сошлись характерами.
– Он помогает вам?
– Конечно.
– Кирюшка говорит, что почти его не видит.
– Это я виновата.
– Мстишь за свои обиды?
– Что? А, нет… Какие обиды, нет, – она даже засмеялась. – У нас все по-другому. Просто… Диме вредно к нам часто приходить. Так уж вышло, что в этой истории я – полная стерва. Но даже ради Кирюшки…
Да нет, не стоило объяснять Брюсову нюансы ее отношений с Димкой – это означало вырулить на опасную тему. Но Саша, если что и понял, то промолчал. Тогда она решила, что тоже может кое о чем спросить, и произнесла небрежно:
– А у тебя что произошло с Олесей Ясеньковой? Вы были красивая пара.
– Ну, ты, наверное, поняла уже… Лиза меня освободила – и ее железному терпению настал долгожданный конец. И мне так захотелось показать Сухомлиным козью морду – мол, я только на тебе, дорогая, и не хотел жениться. А вот на другой – пожалуйста.
– Месть по-мужски! Мелко плаваете, Александр Борисович…
– Ну, что поделать… Сильнее ты во мне уже не разочаруешься, – он горько усмехнулся.
– Кстати, и для меня урок, – добавила Ирина, не сдержавшись.
Фраза про женитьбу больно задела ее самолюбие.
– Не переворачивай, причем тут ты? – встрепенулся он. – Если я на ком и хотел жениться, то…
Ну вот… Копнули! Нельзя позволять ему думать, что она переживает.
– Прекрати, Саш, – быстро перебила его Ира, – я просто так. Все понимаю. Про имидж я уже наслушалась, сейчас меня это больше не волнует. Так что Олеся?
Кажется, он тоже пожалел, что свернул с их нового стиля общения. Поэтому продолжил уже спокойно:
– Ну, казалось, что-то может получиться. Она дала мне чувство свободы, а я ей – путевку в жизнь. Разбежались мирно, оказалось, что по отдельности нам ничуть не хуже, чем вместе.
– Понятно…
Остаток пути провели практически молча, только изредка обсуждая нюансы предстоящих съемок. До них, правда, было еще далековато. Приехали очень поздно. Ира решила малыша не будить, повесила сумку на плечо и аккуратно вытащила Кирюшку – он даже не проснулся. Брюсов подхватил ребенка из ее рук:
– Давай, донесу его.
Они поднялись на этаж, зашли в квартиру. Сашка огляделся по сторонам. Наверное, вспомнил, как жил здесь, и сам теперь этому удивлялся. Теперь Ира не сомневалась, что Брюсов давно ее не любит. «Ну что такое полгода, проведенные с какой-то Смальковой, в его интересной биографии», – снова подумала она. – Попробовал было устроить вечер воспоминаний, не вышло – ну и не надо…»
От этой мысли больно кольнуло где-то внутри. Ира включила свет, и они, потихоньку раздев мальчика, вместе уложили его в кроватку.