Щупальца веры

Конде Николас

Самое необычное в этой статуе было то, что материалом для нее послужило эбеновое дерево. Она была совершенно черной, что выходило за рамки принятого изображения вудуистских богов в образах христианских святых. Одна условность маскировки была решительно отброшена. Черный лик делал статую похожей на африканского идола, облаченного в черную мантию скорбящей мадонны.

Странный набор из трех предметов лежал на полке, выступающей из шкафа на уровне ступней мадонны. Чаша с водой, яйцо и на блюдце — сигара, кончик которой длиной в четверть дюйма превратился

в серебристо-серый пепел: сигара была раскурена. Кэл не удержался и прочитал надпись на бумажной полоске, все еще окружавшей один конец сигары, — это была самая лучшая кубинская сигара марки «Монтекристо», стоившая несколько долларов.

— Это самые обычные приношения, — сказал Оскар, заметив, что взгляд Кэла остановился на полке. — В праздничные дни или тогда, когда у богов испрашивают особых милостей, могут быть принесены более изысканные дары. Но каждый день неукоснительно по крайней мере эти три предмета должны быть принесены в качестве благодарственного приношения.

— А почему именно эти? — спросил Кэл.

Оскар подошел и стал рядом с Кэлом.

— Они сами за себя говорят. Вода для утоления жажды, яйцо — утолить голод, а сигара, — он пожал плечами, — для удовольствия.

— Вы имеете в виду, что ей нравится курить импортные гаванские сигары? — насмешливым тоном заметил Кэл.

— Мы верим, что богам действительно не чужды земные вкусы, — ответил Оскар. — Любимые цвета, кушанья, одежда. Конечно, сигара это только символ, выражающий нашу готовность удовлетворить эти желания. В данном случае, кстати, более уместный символ, чем вы думаете. Это божество, — он взглянул на статую, — мужского пола.

— Но ведь статуя изображает…

— Да, это действительно изображение святой Варвары. Но в Сантерии половые различия несущественны. В этом смысле, можно сказать, мы скорее современны, нежели архаичны. Святая-женщина может представлять божество мужского пола. Это один из тех богов, которых мы называем Семь Африканских Владык, — Шанго, бог-покровитель Аше.

Кэл снова ощутил, как трудно ему принять сосуществование этих странных идей и такой повседневной, привычной обстановки, безжизненная статуя женщины — мужчины — святой — бога, принимающая подношения пищи, питья и контрабандных сигар.

Наконец Оскар повел его в подвал здания.

Кэл все никак не мог понять, откуда же Оскар черпает деньги на содержание заведения подобных масштабов, и здесь он нашел по крайней мере частичный ответ на свой вопрос.

Вся площадь подвальных помещений была переоборудована в мастерские, в которых изготавливали самые различные предметы, используемые в практике Сантерии. За выстроившимися в длинные ряды столами сидели юноши, нанизывающие цветные бусы, наполняющие травами склянки, а также работающие с формами для изготовления восковых свечей и гипсовых фигурок святых всех цветов и размеров. Продукции этого «надомного производства» продавалась оптом поставщикам товара в bot'anicas. Еще одним источником финансовых поступлений были пожертвования частных лиц.

Конечно, подумал Кэл, нетрудно

было бы отнестись к этому бизнесу скептически — заподозрить Оскара в том, что он обогащается, манипулируя впечатлительными юношами. Но Кэл уже успел достаточно хорошо узнать, что такое barrio, чтобы не сомневаться в том, что эти подростки, сумевшие вопреки всему выжить здесь, были не настолько просты, чтобы их можно было водить за нос. Обстановка в мастерской была благостная. Из репродукторов доносилась знакомая мелодия. Некоторые из работающих оживленно переговаривались друг с другом.

За большим столом несколько девушек собирали в пучки яркие перья и закрепляли их в отверстиях деревянных ручек. Кэл вспомнил, что миссис Руис пользовалась такой метелкой из перьев, убирая его квартиру.

— Эти метелки — предметы культа? — поинтересовался Кэл. Все было возможно там, где священным символом могла служить сигара.

— Строго говоря, нет, — ответил Оскар. — Но чистота чрезвычайно важна в религии, и есть много особых обычаев, связанных с тем, как мы убираем свои дома и содержим в чистоте себя самих.

Кэл подумал о миссис Руис, чистившей квартиру в ту ночь, когда он вернулся от Тори.

Они было принялись идти дальше, но Оскар вдруг резко остановился и пристально посмотрел на одну из девушек, собирающих метелки из перьев.

— Тереза! — строгим тоном окликнул он ее.

Девушка подняла голову, и все остальные внезапно притихли. Оскар, не спуская с девушки глаз, резко сказал ей что-то по-испански. Девушка ответила извиняющимся тоном, но то, что она ответила, разъярило Оскара еще больше. Подойдя к краю стола, он грубо схватил девушку за руку, вытащил ее из-за рабочего места и поволок в угол.

Мастерская замерла в молчании, пока Оскар не крикнул что-то сидящим за верстаками, приказывая возобновить работу. Подростки послушно вернулись к своим занятиям.

Кэл наблюдал за Оскаром и девушкой, стоя в другом углу помещения. Она была совсем юной, на вид лет четырнадцать или пятнадцать, и очень привлекательной. Ее большие темные глаза смотрели на Оскара со страхом и мольбой. Что она могла сделать такого, что привело его в бешенство?

Теперь, заглушаемый шумом мастерской, свистящий звук оскаровой брани, произносимой шепотом, доносился, как струя вырывающегося наружу горячего пара. Девушка стояла перед Оскаром с поникшей головой, вся сжавшись от стыда.

Наконец Оскар иссяк, и его сердитый шепот прекратился. Девушка подняла руки вверх и завела их назад. Расстегнув цепочку, которую носила' на шее, она сняла ее и уронила в требовательно протянутую ладонь Оскара. Гневный Оскар немедленно уступил место доброжелательному воспитателю; он протянул руку и погладил девушку по голове жестом любви и прощения, а затем, подталкивая сзади, проводил ее на рабочее место.

Поднимаясь по ступенькам на первый этаж, Оскар молчал. Кэл посмотрел на него и увидел, что его брови насуплены, губы сжаты в недовольной гримасе. Руку с зажатой в ней цепочкой девушки он сунул в карман.