Щуки в море

Ворон Ярослав Васильевич

— Земле и народу реку! Для сына своего, миредиса Малетина, прошу в жёны миретанль Нарелимму, дочь Нисталя! — месинтарский князь низко поклонился, и то же сделал вставший справа от него Малетин.

— Земле и народу реку! — повторил торжественное обращение Нисталь. — Отдаю дочь мою, миретанль Нарелимму, в жёны миредису Малетину, сыну Мотенора! — сама свадьба, конечно, будет только года через два, но договор был заключён, и они с Нарелиммой тоже поклонились. Потом девочка отбросила капюшон плаща и…

— Хаолисль! — вновь ликующе взревели собравшиеся горожане.

Невероятно — сразу и дочь, и невестка их князя… Значит, орден Лесных Сестёр теперь не отстраняется от княжеских дел, а тоже выступает на стороне Ниметара и его союзников!

— А жрецы, похоже, недовольны, — тихо заметил Мотенор, восхищённо глядя на Нисталя. — Феи-то твои повлиятельнее их будут! Ну ты хитрец, куда мне до тебя! Я, получается, сватал для Малетина не кого-нибудь, а хаолисль, а узнал об этом только после сватовства? Какая красота… — он с интересом рассматривал искрящиеся золотистые камешки в ушах слегка смутившейся Нарелиммы.

— Беру пример со свата! — отшутился Нисталь, делая знак распорядителю, уже готовому протрубить в рог.

Княжеское трёхстолье! Первый стол — вот он, на помосте, и за ним рассаживаются только правители со своими жёнами и детьми. Во главе, конечно, Нисемун с Нетраной, рядом Фарлит, и Нарелимма, и Мотенор с Малетином, и миретль Нарлина с десятилетним Наралехом, и еле успевший Михланис с младшим сыном, и тапалонский князь Таоль. И два служителя избранных богов, потому что трёхстолье-то — свадебное! Хозяину подобало садиться последним — на почётное место справа от Нисемуна. Для приближённых и приглашённых предназначался второй стол, а «третьим столом» именовалось всё остальное торжище, где веселились простые горожане.

«Конечно, и Паланира стоило пригласить, и Даррию, пожалуй, тоже», — размышлял Нисталь. — «Но для этого ещё не время. Не то чтобы всё это было такой уж страшной тайной, да только пойдут дурацкие слухи в народе», — он перемигнулся с сидевшими за вторым столом Леренной и Юлей и неожиданно заметил, что расположившиеся рядом друг с другом Таоль и Михланис, судя по их виду, перепутали свадьбу с похоронами.

«Ладно, веселимся! Но завтра у нас совет, и нужно заранее выяснить, в чём дело. Даром, что ли, с Мотенором породнился?» — мысленно отметил для себя князь.

* * *

— Вы готовые? Инесса появит вечер, — Манелисса оказалась на Земле в первый раз, если не считать появления у гнома, и от волнения начала говорить по-русски в духе «моя твоя понимай».

— Всегда готовы! — улыбнулась Ната. — Лисси, а Лера с Юлей где, на свадьбе?

— Да. Ренни просила благодарить, зеркало невеста любила, — подарок Нетране от Лесных Сестёр заказывали в мастерской, понятно, землянки.

— Я так рада! Хочешь, в город выйдем? Покажу тебе Москву.

— Не сегодня, — испуганно отстранилась Манелисса. — Плохо знаю ваш язык, и занята много. Нужно собрать весь орден.

— Да, точно, и мне тоже! Но сначала я к вам на минутку — дам Инессе свой камень выбрать, — Ната взяла шкатулку с зелёными самоцветами.

* * *

Парадное

облачение Лесной Сестры вообще-то обязательно полагалось только Ане, посвящавшей свою первую ученицу, но какая женщина не воспользуется поводом нарядиться? Сразу в нескольких домах страдали лихорадкой утюги, озабоченно гудели фены, и кошки обиженно поджимали бы оттоптанные хвосты… если бы кто-то из суетившихся женщин держал кошек.

Впрочем, в одном из этих домов утюг — разнообразия для — скользил не по платью, а по новой мужской рубашке. Алексей, будучи Спутником, тоже долженствовал принять участие во встрече тарлаонской девочки, и влюблённая Даша старательно разглаживала для него тонкую белоснежную ткань.

«Для него? Для себя, если честно», — думала фея. — «Какой мужчина по собственному желанию влезет в смокинг да ещё будет с наслаждением «совершать крутильные колебания перед зеркалом», как Артур выражается? Ну и правильно, мы их любим не за это! Но хочется иногда такой вот аксессуар — красиво одетого кавалера. Для женщины вообще-то всё — аксессуар», — Даша слегка улыбнулась. — «Регалии Лесной Сестры я пока надеть не могу, вот и упросила Лёшика стать моим украшением. И Аня с Кристиной, как узнали, тоже загорелись примерить смокинги на своих кавалеров, и даже для Виктора с Лёней взяли напрокат».

— Лена! — позвала она, уменьшив нагрев утюга. — Давай платье ученицы, поглажу.

— Даш, ну неудобно, что я, сама не могу? — девочка перехватила утюг и занялась своим платьем.

* * *

— Все на месте? — заглянула слегка хмельная Леренна. — Ой! Совсем из головы вылетело, что у вас Средоточие Стихиалей, а не орден Лесных Сестёр! Инесса-то обнажённой появится.

— А если ей одежду отсюда передать? — сообразила Ната. — Моя куртка ведь тогда осталась на мне, исчезло только платье.

— Это когда вы становились Стихиалями? Можно попробовать, — иномирная фея взяла домашнее платье Наты. — Становитесь пока в круг.

— Полные маги и феи — в круг, ученики и Спутники — за ними? — уточнил Виктор.

— Да, правильно. И подождите пару минут, — Леренна исчезла.

— Становимся, пан Пекарчик… то есть лорд Бейкер[9]! — Артур взял за руку Леонида, который действительно выглядел маленьким лордом на светском рауте.

— Ага, пан Малиновский! — отшутился мальчик, протягивая другую руку подошедшей Ане. — А почему дамы без перчаток?

— Перчатки — это когда совсем уж высший свет. Но тогда и нам полагались бы фраки, а не смокинги, — девять магов и фей тем временем замкнули круг, а остальные шестеро положили руки на плечи своих проводников по магическим лабиринтам. Небольшая заминка вышла лишь с Белкой, но в итоге и она, весело хохоча, повисла на шее у наставницы.

— Ну и? — нарушила молчание Лариса, когда через полминуты ничего не произошло. — Может быть, заклинание нужно?

— Точно! — поддержал Страж Вихрей. — Я как раз знаю одно, — он начал с замогильным подвыванием декламировать, стараясь не рассмеяться: