Щуки в море
Шрифт:
«Встать нужно напротив своей стихии, я чувствую», — поняла юная фея, подняв глаза на витраж с деревом. Дерево, словно отзываясь, слегка зашелестело листьями — храм Стихий признал Лесную Сестру.
— Сестрёнка, — теперь в голосе чувствовалась неподдельная заботливость, — расскажи всё! Мне открыты твои мысли и твоя память, но не твоя воля. Проговори всё сама — какого совета ты хочешь?
— Мой отец убил первую любовь моего мужа, — решительно выдохнула Даша. — Я хочу вернуть её! Я должна…
— И ты можешь! —
— Да я понимаю, — вздохнула фея. — А она хоть вырастет в ту Олю?
— Она будет не «той», а «тем», и это главное! Тем, кем могла бы стать та девушка.
— Я верну её! — Даша гордо выпрямилась.
— Ты готова пожертвовать не только даром Лесной Сестры, но и всей своей жизнью? Ведь дети — не твоё, и ты прекрасно это понимаешь.
— Да!
— Что ж… Сними цепочку и кольцо и положи между камней на постаменте.
— А обратно-то в свой мир я как попаду?
— Не беспокойся, — снятое Дашей золото налилось мягким светом и исчезло. — Сестрёнка, неужели ты думаешь, что отказываешься от своего служения? Напротив, то, что ты хочешь сделать — это и есть служение феи! Не пресловутые «розовые пяточки» — так, кажется, у вас говорят? — а опять же воссоздание миров. Да, так воссоздавать их не приходилось ещё ни одной Лесной Сестре… и вряд ли придётся. Но ты — сможешь! Не слагай с себя регалии — наоборот, возьми и не снимай! — обручальное кольцо и цепочка вновь возникли посреди камней.
Даша осторожно взяла с постамента свои регалии. «Нет, не с постамента — с алтаря!» — поняла она. Небольшой демантоид на цепочке теперь обрамлял чеканный узор в виде веток рябины с крошечными красными камешками-ягодками, и такой же узор светился внутри кольца, будто проступая из глубины розоватого золота.
— Красные? Но я же Лесная Сестра…
— И останешься ей! Камень феи, как видишь, никуда не делся. Но вам подобают ещё и регалии хаолисль, и пока ты будешь носить только их. Потом опять наденешь зелёные самоцветы. Да ты внимательно посмотри!
— Ой, действительно… — Даша не сразу заметила на алтаре маленькие серёжки — тоже веточки рябины с красными камешками.
* * *
— Ты что, сложила регалии? Теперь — просто хаолисль? — Леренна была готова расплакаться.
— Не сложила. Хотела, да, — успокоила её Даша. — Я уже настроилась пойти до конца, но мне вернули камень феи Земли, — она показала цепочку.
— Невероятно… Лесная Сестра и одновременно хаолисль? И у тебя могут быть дети?
— Не «дети», а одна и только одна дочь. Кое-чем пожертвовать всё-таки придётся, конечно.
— Даша, ты что, какие жертвы? Да оба ордена наших миров помогут! Это же такое чудо — дочь Лесной Сестры, потомственная
— Которой пока нет вообще-то, — Даша загадочно улыбнулась. — Ладно, об этом не сейчас. Я какое-то время не смогу появляться на Тарлаоне, так что расскажи пока о ваших политических раскладах — буду восьмым Наполеоном! Мы Первые ученицы или кто?
— Точно! — рассмеялась Леренна. — Первые ученицы — они всегда немного политики, как-то и я незаметно для самой себя оказалась советником Нисталя, и ты. И с другими миретами приходилось иметь дело.
— С какими именно?
— Прежде всего с Михланисом, это двоюродный брат Нисталя. Княжество называется Мадирель, оно далеко на севере, в верховьях Фалонты, — фея достала карту. — Делить им с нашим князем, как ты понимаешь, нечего, а вот торгуют активно. В Мадиреле леса много, у нас-то степь в основном, зато в Ниметаре железо хорошее. Плохо только, что по Фалонте не спустишься — видишь, горы нарисованы? Вот здесь, где река прорывается через горы, очень высокий водопад. Приходится кружным путём, по Тапалере, а она быстрая, против течения на вёслах не поднимешься. Лес-то они нам без проблем сплавляют, а обратно на метеланах возят куски железа, из которых потом уже в Мадиреле куют что надо.
— Заготовки?
— По-русски это так называется? Буду знать, спасибо!
— Кстати, Лера, я заметила, что имена всех князей начинаются на ту же букву, что и их княжества, — заметила Даша. — Ваша традиция?
— Да, именно традиция. Не только князей, но и княгинь с княжичами. Считается, что правитель принадлежит своей стране, понимаешь? И миретан, когда уходит в тарансиль, может назвать новое княжество как хочет, но сам после этого тоже обязан изменить имя.
— А княгини? Тоже меняют?
— Конечно. Нашу княгиню в детстве звали Арлисса, но она стала миретль Нарлиной. То есть сначала, естественно, миредисль, Нисталь тогда был наследным княжичем. Чтобы сразу в княгини — это только через тарансиль.
— Лера, а что с ближайшими соседями?
— С северо-востока плоскогорье, видишь? Гремонское нагорье, формально это миретар Гремон, но мирет Гарлас, собственно, не правитель страны, а просто вождь одного из горных кланов. Гремоном можно не интересоваться, горы много людей не прокормят, и ремёсел там почти никаких.
— А полезные ископаемые? Руды всякие?
— Железа мало. Серебро есть, но они не добывают. Может быть, есть и ещё что-то полезное, да только при нашей… забыла слово… экомонии?
— Экономике?
— Да, точно. В общем, почти все ваши «полезные ископаемые» для нас пока бесполезные. Или добыть слишком трудно, или применить негде. Даже нефть, из-за которой на Земле все ссорятся, и то не нужна.
— А уголь?
— Уголь вот начали добывать, в основном в Фетерине, это соседнее княжество, через Тапалеру. Вот с Фетерином тоже торговля активная и почти дружба, мирет Фарлит даже дочь за Нисемуна отдаёт.