Щучка
Шрифт:
– Тю, какие люди!
Костя кашлянул.
– Люська, ты?
Маша стояла, открыв рот, и в недоумении разглядывала знакомого Кости.
– Я, – просто ответил парень.
– Маш, это Люсьен.
– Очень приятно. Имя у вас такое…э-э…запоминающееся.
Парень хмыкнул, а Костя снова взял Машу за руку.
– Нам пора.
Маша пару раз оглянулась, заметив, что Люсьен смотрит в их сторону, и хотела даже помахать, но не стала этого делать, потому что Костя буквально тащил её в сторону дома, словно хотел как можно быстрее покинуть рощу.
– Кость, мне больно, –
– Извини, Мань, – Костя выдавил из себя улыбку, – нервничаю.
– Почему? – Маша легко коснулась щеки Кости и заглянула в его глаза. – Из-за этой встречи? С Люськой? Господи, это ж надо так назвать ребёнка… Вот я назову по-простому, но со смыслом. Первого – Сашей. Или первую…
– Как моего отца, – кивнул Костя и улыбнулся во весь рот, так, что появились ямочки на обеих щеках.
Чем ближе они подходили к дому, тем явственнее Маша чувствовала, как трясутся у неё поджилки. Не помогало ни глубокое дыхание, ни тёплое крепкое пожатие ладони Кости.
Во дворе стоял мощный джип, а рядом с ним – мать Кости. Маша видела её на фотографии в квартире Цапельского. Женщина была в длинном цветастом платье, тёмных очках и в элегантных туфлях на высоком каблуке. Длинные локоны цвета «морозный каштан» волнами лежали на её плечах.
– Ма, привет! А где Аркадий?
– Живот прихватило, побежал в дом. А всё потому, что лопает всякую дрянь. Перед отъездом гамбургер сожрал, как будто дома холодильник пустой.
– У тебя там только ростки пшеницы. – Костя подтолкнул Машу чуть вперёд и положил ей руки на плечи. – Знакомься, это Маша. Моя девушка. А это моя мама, Дарья Михайловна.
Дарья приспустила очки и поверх них взглянула на Машу. Глаза у неё были необычного цвета – фиалкового. Почти такие же, как у Элизабет Тейлор.
– Дашенька, душенька! – Аркадий бежал от дома, перебирая короткими ножками и потирая полные ладошки. – Константин, привет! Сударыня, – подмигнул Маше. – Дашенька, что же ты не идёшь в дом? Я вещи сейчас перетаскаю.
Дарья вытащила тонкую сигарету и закурила, разглядывая окна дома.
– Ноги не идут, Кока. Как представлю, что увижу старую перечницу, хочется сесть обратно в машину и свалить.
– Душенька, ну ты чего? – Аркадий засуетился, открывая багажник и вытаскивая сумки. – Софья Дмитриевна так добра к нам… Тебя всегда рады видеть!
Не ответив, Дарья отбросила сигарету и зашагала к дому, морщась, когда каблуки попадали меж каменной кладки дорожки.
Маша вздохнула – попробуй понять этих родственников – понравилась она им или нет…
В незакрытые ворота въехал ещё один автомобиль – жемчужно-серый «вольво». Встав в один ряд с джипом, сверкнул на солнце стёклами.
– А вот и дядя Жорж с Натали… – Костя помахал им рукой и спросил Машу, словно почувствовав её настроение. – Мань, ты, главное, не переживай. Они нормальные люди. Просто с трудом привыкают к новым лицам. Потерпи немного.
Маша кивнула – потерпеть можно, но уж очень не хотелось снова ловить на себе высокомерные взгляды.
Импозантный мужчина с орлиным профилем и его спутница – полноватая блондинка с бледным и каким-то рыхлым лицом –
– Костик, милый, рады встрече! Почему ты к нам не заходишь? Галочка постоянно спрашивает о тебе. Ты не передумал? Моё предложение о работе в силе. Неужели ещё не надоело дышать древесной стружкой?
Костя пожал руку дяде Жоржу. Машу, казалось, никто из них не заметил. Но Костя был настойчив. Он опять назвал Машу своей девушкой, и Натали, наконец, коротко кивнула, а Жорж скользнул по ней напряжённым взглядом.
– Очень рад, – холодно поздоровался он.
Когда закончился обмен любезностями, Жорж с Натали направились в дом, а Маша не выдержала и спросила:
– Кость, ты уверен, что я должна здесь быть?
– Более чем, – Костя сжал зубы.
– А кто такая Галочка? – не отставала Маша.
– Моя невеста, по мнению семьи.
Маша охнула, округлив глаза.
– Пойдём, – Костя крепко ухватил её за локоть и потащил за собой.
– Пожалуйста, только не делай скоропалительных выводов, хорошо? – Костя шипел в спину Маше, когда она почти бегом поднималась по лестнице.
– Костя, а что я должна думать?! – Маша еле дождалась, пока за ними захлопнулась дверь. – У тебя, что, правда есть невеста?
– Конечно же нет! – Костя приложил ухо к двери и прислушался. – Я сейчас тебе кратенько обрисую всё… – он сел на кровать и похлопал по месту рядом с собой. Но Маша осталась стоять, нахмурив брови и чувствуя, как горят её щёки. – Дядя Жорж – троюродный племянник моего деда. Из всего рода Цапельских по мужской линии остались только мы с ним.
– А как же Чарльз? – усмехнулась Маша.
– Какой Чарльз? – растерялся Цапельский.
– Английский принц, Костя… Я не понимаю, о чём ты мне сейчас толкуешь – род, мужская линия… Скажи ещё, династия…
– Смешно, Машунь! Я всё понимаю. Но… – Костя заёрзал, – дело в завещании.
Маша ждала.
– Это огромное состояние, Мань. И оно должно принадлежать только прямым потомкам Цапельских. Галочка хорошая, – Костя пожал плечами. – У Жоржа с Натали других детей не получилось… У Софы родился мой отец, а я появился, когда ему было под пятьдесят. Тётя Серафима так и не вышла замуж. Получается, что я единственный прямой наследник, и желание Жоржа, чтобы мы поженились, вполне понятно… Он адвокат, у него своя контора, и он наверняка в курсе всех тонкостей наследования. Разумеется, он хочет, чтобы деньги остались в семье…
– И поэтому готов подложить под тебя свою дочь? А она что думает об этом?
– Да Галка мелкая ещё, только школу закончила. – Отмахнулся он.
– Знаешь, что?! – Маша упёрла руки в бока.
– Подожди, Рощина, послушай! – Костя встал и попытался обнять её. – Я люблю тебя, Мань! Честно, никогда не думал, что вот так со мной случится, чтобы с первого взгляда… Всю жизнь мне вдалбливали, что я должен учиться и работать ради семьи. Но я знаю, что меня любят. И тебя тоже полюбят. Ты же идеальная, и семья у тебя хорошая, правильная! Такая – настоящая. И детей мы родим. Я готов отказаться от всего, и от наследства, кстати, тоже. Только ты не отказывайся от меня, ладно? И верь.