Счет
Шрифт:
– Все в порядке, пап, ты можешь рассказать нам. Пожалуйста, пусть у тебя найдется объяснение всему этому. Я хочу знать, что, черт возьми, здесь происходит.
– Я поставил неуд Дженнифер по тем курсам, которые преподавал, - сказал отец.
– Ах, да, - сказал Шеридан, растягивая звук, - я знал, что она провалилась по нескольким курсам.
– Почему?
– спросил я.
– Дженни хорошая ученица. Я удивлен ее провалу.
Я пытался сохранить голос спокойным, но начинал нервничать. Если у моего отца имелось всему хорошее объяснение, значит,
– Просто Дженнифер так и не смогла увлечься данным предметом, - сказал папа.
– К сожалению, это вполне нормально. В наши дни многие студенты хотят изучать Ближний Восток, но не все созданы для этого. Дженнифер возможно и была хорошей ученицей, но у нее возникли трудности с терминологией. Я настаиваю на использовании арабских терминов, потому что многие слова не имеют перевода на английский язык. Если учащийся не мог выучить терминологию, то быстро отставал, и наверстать упущенное было невозможно.
Отец не говорил по-арабски, но я знал, что он обязательно бы использовал оригинальные термины. Он рассказывал, что такие же проблемы возникали и с переводом китайского. В Китае есть такой термин как «гуань си», который не смогли перевести на английский язык, так как по произношению он похож на английское слово «взятка», но это было не совсем так. В арабском языке, скорее всего, тоже было полно аналогичных выражений.
У Дженни не могли возникнуть трудности с этим языком. Она изучала арабский язык много лет, и у нее были отличные оценки в школе. Дженни имела огромное преимущество перед другими студентами в классе. У Шеридана, по-видимому, были такие же мысли.
– Дженнифер изучала арабский язык в течение многих лет, - сказал он отцу.
Папа снова взял вилку и, когда Шеридан упомянул, что Дженни изучала арабский язык еще в школе, его пальцы сильнее сжали вилку и слегка задрожали.
– Ах, да, точно, - сказал он, и быстро положил еду в рот.
Он проглотил ее, сделав глоток вина, а затем схватил свой стакан с водой и снова сделал большой глоток.
– Она изучила египетский арабский. Они похожи, но египетский не соответствует современному арабскому языку, который я использовал на занятиях. Это все равно, что знать кантонский (прим.: кантонский - один из языков китайской языковой группы), а использовать китайские термины. Различия в диалектах, вероятно и были тем, что стало причиной путаницы, с которой она столкнулась.
– Ах, в этом есть смысл, - сказал Шеридан. Отец вздохнул с явным облегчением и ослабил хватку на вилке.
– Не беспокойся об этом. Дженнифер получила хорошую общую среднюю оценку, и это не твоя вина, что она провалилась по нескольким курсам. Я все еще раздражен тем, что она была груба с тобой сегодня вечером.
– Ничего страшного, - сказал папа.
Мне стало плохо, и в этот раз тошнота не имела ничего общего с моей терапией. Дженни знала современный арабский диалект, а не египетский. Отец лгал. Я был в этом уверен. Я видел отца таким раньше,
– Вероятно, она была совсем плоха, раз провалилась, - сказал я.
– Ты же не мог просто так поставить ей плохую оценку?
– Это не важно, Джексон, - сказал Шеридан.
– Давайте просто забудем об этом.
– Это важно, - сказал я.
– Так что же такого плохого было в ее докладе?
– Она сдала его с опозданием, - сказал папа.
– У меня не было другого выбора, кроме как поставить ей неудовлетворительную оценку. Такова политика университета.
Я поспорил бы на все свои деньги, что Дженни никогда в жизни не сдавала работу с опозданием.
– Я удивлен, что она ни разу не обратилась к тебе за помощью в рабочее время, - сказал я.
– Я тоже, - ответил папа.
– Но многие студенты нервничают в присутствии профессора.
За столом воцарилась тишина. Шеридан вернулся к ужину, который уже остыл, а мы с отцом смотрели друг на друга. Всего несколько часов назад я рассказывал ему за ужином о своей болезни, и он был тем же сильным мужчиной, который поддерживал меня всю жизнь. Сейчас же он казался мне незнакомцем.
– Она рассказала мне, - произнес я.
– Дженни рассказала мне все, что ты сделал.
– Сынок, я уверен, что бы она тебе ни рассказывала…
– Это правда, не так ли?
– Я не понимаю, о чем ты говоришь.
– Я видел сообщение, которое ты отправил, пригласив ее к себе домой.
Я не видел его, но ведь отец не знал об этом.
– Ты сказал, что она никогда не приходила к тебе в рабочее время, но ты лжешь.
– Что происходит?
– спросил Шеридан.
– Почему Дженнифер была у тебя дома?
– Так делают большинство профессоров, чтобы лучше узнать своих студентов. Я…
– Уходи, - приказал я.
– Сейчас же уходи и никогда не возвращайся.
– Джексон, все не так ужасно, как казалось. Это было просто…
– Уходи!
Я не мог смотреть на него. В мгновение ока отец превратился из героя в злодея. Сейчас он выглядел слабым и жалким, а не сильным и жизнерадостным.
Шеридан ничего не сказал. Он достаточно доверял мне, чтобы знать, что я не сделал бы делать чего-то столь решительного, не имея уважительной причины. Папа встал и схватил свои вещи. Я видел, как он воспользовался телефоном, чтобы вызвать такси.
– Не хочешь объяснить мне, что это было?
– спросил Шеридан.
– Нет, - ответил я.
– Не я должен рассказывать тебе об этом. Я должен пойти и поговорить с Дженни. Она, скорее всего, пошла к Аарону.
– Насчет тебя и Дженни… - начал Шеридан, прежде чем замолчать.
– Что насчет нас?
Если Шеридан догадался, что между нами что-то было, я не стал бы отрицать этого, но Дженни по-прежнему не хотела, чтобы он знал, и это была еще одной вещь, которая лучше прозвучит от нее.