Щёнок
Шрифт:
– Да, мадам, - малыш рискнул посмотреть на собеседницу, но почти сразу же перевел взгляд на свои сверкающие ботинки. Впервые он стал обладателем новой обуви и одежды, начисто лишенной потертостей, дырок, пятен и прочих «украшений».
Женщина сделала шаг вперед, мальчик отодвинулся, продолжая при этом удерживать стул между ними, словно создавая барьер. Несколько долгих секунд она молчала, внимательно изучая лицо ребенка, и Гарри очень не понравился подобный взгляд.
–
– неожиданно спросила мадам Коллин.
– Простите?
Гарри, не отрывая взгляда от ботинок, невольно сжался, прекрасно узнав этот тон. Вполне очевидно, избежать неприятностей не удастся, и будет только хуже, если он станет грубить. Должно быть, дядя Вернон как-то узнал и о том, что Гарри находится здесь, и о том, что он поведал о жизни в семье родственников и жестоких наказаниях, которым подвергался. Конечно, дядя знал! Вот только кто мог ему рассказать все это? Неужели отец?! Или мадам Коллин?
Женщина вновь шагнула к мальчику. Очень хотелось убежать подальше, спрятаться так, чтобы его никто не нашел. Вот только от страха, сковавшего тело, ребенок не мог пошевелиться. А еще Гарри прекрасно знал, что если побежит, то ситуация только ухудшится. Эту истину он вынес из собственного печального опыта. Но мадам Коллин не ударила его, она лишь осторожно коснулась щеки малыша, на которой красовался синяк. Этот след от меткого удара Дадли все еще побаливал, но уже не так, как раньше. Внезапно пальцы женщины перебежали на шею мальчика, и он резко дернулся в сторону.
– Что случилось, Гарри? Я заметила только сейчас: все твое лицо в синяках... И что это за шрам на шее? Кто это сделал с тобой?
– Я упал, - не моргнув глазом соврал мальчик. Это был единственный ответ, который обычно устраивал дядю Вернона.
– Ты упал? Гарри, но это...
– Почему вы допрашиваете моего сына?
– раздался холодный голос. У двери, ведущей в столовую, стояли отец Гарри и Даппин, нервно теребящая собственные пальцы.
– Профессор Снейп!
– мадам Коллин резко развернулась, а Гарри облегченно вздохнул. – Я и не думала допрашивать его. Но эти отметины свидетельствуют о...
– Это касается только меня и моего сына, - лицо Снейпа оставалось совершенно спокойным, но черные глаза метали молнии.
– Я был бы весьма признателен, если бы вы в дальнейшем перестали караулить моего сына, чтобы допросить, пока я занят другими делами.
– Здоровье и безопасность детей - моя забота!
Северус снова открыл рот, чтобы возразить по этому поводу, но был перебит директором.
– Энид, мы обсудим это чуть позже. Не сейчас.
Гарри
– Хорошо, господин директор. Смею надеяться, вы ответите на все мои вопросы.
Дамблдор улыбнулся и едва заметно кивнул.
– Похоже обед уже готов и дожидается только нас.
Дружески подтолкнув мастера Зелий, Дамблдор важно прошествовал к накрытому столу и занял один из стульев. Гарри, наблюдая за нахмуренным лицом отца, интуитивно чувствовал: происходит что-то не очень хорошее. Но вот Снейп, галантно предложив стул мадам Коллин, помог ей удобно устроиться рядом с улыбающимся директором, а мгновение спустя уже сам присоединился к гостям.
– Все пахнет просто чудесно!
– радостно изрек Дамблдор, и Гарри мысленно согласился с его оценкой. Возможно, если мальчик будет вести себя очень тихо, ему позволят остаться в комнате, пока взрослые едят, и тогда можно было бы наслаждаться восхитительными ароматами приготовленных угощений. Малыш сжался в комочек и, желая стать совсем незаметным, спрятался за спинкой своего стула, надеясь, что взрослые, увлекшиеся едой, о нем даже не вспомнят. Но в тот же момент директор посмотрел поверх своих очков-половинок прямо на грустного мальчика.
– А ты почему не садишься, Гарри? Мы можем уже начинать праздновать создание новой семьи.
Но вместо того чтобы сесть, малыш перевел взгляд на своего отца.
– Вы позволите мне остаться?
– дрожащим голосом спросил Гарри, затаив расцветающую в душе надежду. И хотя его отец сильно побледнел и выглядел так, словно его ударили, он коротко кивнул.
– Спасибо, сэр!
– радостно прошептал малыш и забрался на свой стул. Даппин придвинула его поближе, и лицо голодного мальчика оказалось на одном уровне с краем стола. Он видел лишь фрагменты стоящей на столе посуды, еду от глаз ребенка скрывали хрупкие стенки блюд и чаш. Но зато у него была собственная тарелка!
Неожиданно стул начал трястись, а потом и вовсе поднялся в воздух. Теперь край стола был на уровне груди малыша, и он мог видеть все кулинарные творения Даппин. Распахнув глаза, мальчик изумленно рассматривал содержимое каждого блюда, а потом перевел взгляд на своего отца, который в этот момент поспешно убрал в рукав мантии что-то похожее на длинный черный карандаш. Что же произошло? Как самый обычный стул мог вырасти в одно мгновение? Удивленный ребенок сильно закусил губу и уставился на свою тарелку. Отец разрешил Гарри задавать вопросы, но мальчик знал, что ни в коем случае не стоит говорить о ненормальных вещах. Ожидая привычного крика, малыш сжался в комочек. Но никто не закричал.