Самоучитель для бога
Шрифт:
отбежал в сторону и сделал вид, что уже давно находится здесь и к троллейбусу никакого отношения не имеет.
Прошел проходную, и вот уже знакомая, тысячу раз исхоженная главная аллея. Радио надрывается гимном завода. Егор скрипнул зубами и прибавил шаг. «Ненавижу! Посадить бы авторов текста и музыки в пустую комнату и крутить им этот гимн несколько суток подряд!»
Какое-то время шел, развивая в мыслях эту тему. Потом спохватился. Ведь у него теперь новые возможности. Их нужно использовать! Сосредоточился, на уши легли прозрачные наушники, не пропускающие звук. Егор огляделся. Вокруг, словно в немом кино, бегут люди, разевают беззвучно рты. Ветви тополей качаются
Егор вновь представил ручку громкости и принялся осторожно ее крутить. Звуки послушно проявились, набрали силу, объем. Вместе с ними прорезался и гимн: «Смело вперед! Родимый завод!..»
Егор скривился — тьфу ты! Гимн тут же исчез, словно отрубило. Егор недоуменно глянул на громкоговорители. Неужели работники радио сжалились над заводчанами? Но нет! Прохожие по-прежнему морщатся. На грани слышимости Егор узнал знакомую мелодию и понял: он может фильтровать звуки по желанию! Он едва не запрыгал от восторга.
Егор зашагал по аллее, наслаждаясь тишиной. Устранив главную причину раздражения, он, как водится, тут же впал в мечтательное состояние. Мысли потекли вялые, ленивые. Вот бы стать директором завода! Егор представил, как заходит в огромный кабинет, садится в мягкое кожаное кресло. Он протягивает руку, нажимает на кнопку и говорит ленивым голосом:
— Анастасию ко мне, пожалуйста!..
Асфальт под ногой резко исчез. Сердце ухнуло вниз. Егор оступился, едва не упал. Замечтавшись, забыл про ступеньки. Вот всегда так! Только дойдешь до самого интересного, окружающий мир тут же напомнит о себе самым неприятным образом.
Егор огляделся — не видел ли кто его казус. Но нет, люди по-прежнему торопились на рабочие места. Далеко впереди Егор увидел девушку. Она, словно золотая жила в пустой породе, отличалась ото всех. Егор пригляделся — это же Алла!
Эх, жалко, далеко! На Аллу всегда смотрел с удовольствием. Она как магнит притягивала его взгляд. Когда видел ее, в голову лезли непозволительные мысли. И вот он уже не Настю вызывает к себе в кабинет, а Аллу. И совсем не для праздных разговоров…
Вдруг заметил, что почти вдвое прибавил шаг. Но Алла слишком далеко. Не догнать! Не бежать же за ней! И тут странная сила подхватила Егора и понесла вперед. Тополя вокруг мелькнули, словно борта в гонках «Формулы». Егор вскрикнул, взмахнул руками. Молниеносно пролетев расстояние до Аллы, он резко затормозил у… ее попы. Еще чуть-чуть — и воткнулся бы со всего размаху головой. Вот бы номер был! Егор испуганно замер. Что подумают люди?
Но случилось странное. Алла шагала как ни в чем не бывало. Словно и не пытался ее догнать сумасшедший Егор, несшийся со скоростью света. Что за чертовщина? Он будто шагал за Аллой, находясь на уровне ее пояса. У него было такое ощущение, что он смотрит на нее в мощный бинокль…
Егор замер. Неужели проблеск зрения?! Он зажмурил глаза, узкая юбочка, обтягивающая приятные ягодицы, исчезла. Осторожно приоткрыл один глаз. Аллея, тополя, люди бредут к рабочим местам, какая-то тетка удивленно озирается. Егор сделал вид, что у него развязался шнурок. Присел, осторожно глянул на Аллу. Та ушла еще дальше. Под коротенькой, обтягивающей юбочкой перекатываются два упругих шара. Тут же взгляд скользнул ниже. Какие славные у Аллы ножки! С такими ногами только в фотомодели идти! Стройные, загорелые. Само совершенство, а не ноги. Ни единого волоски — хоть стадо гусениц сажай, ни одна не зацепится!
Егор шумно сглотнул. Отчего-то трудно стало
Тут же одернул себя — ну-ка перестань! У тебя есть девушка, и негоже так заглядываться на других. В голове тут же мелькнула провокационная мысль. У Насти, конечно, тоже красивые ноги, но, на его взгляд, несколько полноватые… Дальше в голову полезло такое, что Егор покраснел.
«Не знал, что ты озабоченный такой, — укорил себя Егор. — Сейчас же перестань!» Егор честно попробовал оторваться от этого потрясающего зрелища и понял, что не может. Алла уходила все дальше, а глаза продолжали фиксировать ее ножки. Егор панически дернулся. Под ноги что-то попало, едва не упал. Такое ощущение, будто пытался идти с биноклем, приставленным к глазам.
Егор представил, как он выглядит сейчас со стороны. Наверное, как полноценный кадр для психиатрической клиники.
— Да оторви же ты глаза, в конце концов! — рявкнул он на себя и крепко зажмурился. Это помогло. Привлекательные ножки еще какое-то время мелькали перед внутренним взором, потом растворились в темноте. Тут же захлестнула волна сожаления. Эх, сфотографировать бы такую красоту — да на стенку. Над кроватью…
Егор рассердился на себя. Что за наваждение?! Открыл глаза. Тут же выяснилось, что зря. Взгляд его, оторвавшись от ножек, тут же прилип к спине. Волосы Аллы струятся по плечам, словно медовый водопад. Спина оголена до самой талии. Гладкие, изящные плечи и разрез во всю спину. Кожа матовая, загорелая. Полоски от купальника нет и в помине. Эх! Спереди бы поглядеть! И чтобы такой же вырез…
Тьфу, пропасть! Да что ты за извращенец такой!.. Хотя почему извращенец? Ты же не на мальчиков заглядываешься…
Алла остановилась, обернулась. К ней торопливо приближалась пожилая женщина. Алла ждала ее, обернувшись к Егору лицом. Он едва успел обрадоваться, что может видеть Аллу целиком, как влетел в ее кукольное личико. Огромные зеленые глаза, аристократичный нос, умело подведенные губы. Подсознание диктовало крупный план, и губы немедленно стали увеличиваться.
Алые губки приоткрылись, влажно блеснули белые зубы, потом по губам проскользнул розовый язычок. Егор чуть не застонал. Да что же она с ним делает?! Словно чувствует! Или настоящая женщина всегда ведет себя так, как будто на нее нацелены сотни объективов. Как таких на завод пускают?!
Егор тяжело вздохнул, одновременно трепеща от восторга. Изо всех сил сосредоточился и заставил себя думать о чем-нибудь… другом. Алла начала отдаляться, становиться маленькой, какой она и должна видеться с такого расстояния. Молодец, Егор! Можешь, если захочешь! Алла действительно как супермодель. И чего на заводе делает? Вон какая грудь… Не грудь, а два шара, едва прикрытые материей блузки. Нижнее белье отсутствовало. Пара верхних пуговок расстегнута, сквозь тонкую ткань проступают отчетливые бугорки. Напружинены — от холода или возбуждения.
Егор скрипнул зубами. Таким девицам нужно лепить штраф в размере средней заработной платы… директора. Как в таком одеянии охрана пропустила! Какая может быть работа, когда рядом такие сослуживицы… Вспомнил, что все еще стоит посреди аллеи, поспешно сунул руки в карманы.
Эй, эй… Стой! Ну во-от! Потрясающее зрелище заслонила костлявая спина пожилой женщины. Вот коза старая!
До отдела Егор добрел, пугливо глядя под ноги. В груди жарко, перед глазами обнаженная Алла. Сей час он даже на серую мышку готов наброситься. Так что лучше не проверять.