Самхейн. Падение
Шрифт:
Мир неудержимо менялся. И, причём, далеко не в лучшую сторону.
Глава пятнадцатая. Страсти нового мира.
Ставрос уже третий день ничего не ел. Радость от видения неземного, божественного существа вскоре схлынула, и осталась лишь невыносимая горечь потери. Сколько у него было сыновей? Вождь минотавров давно уже сбился со счёта, когда живёшь не одну тысячу лет, память порой выкидывает с тобой весьма странные
Но одно Ставрос помнил отчётливо: он уже далеко не в первый раз теряет ребёнка. Так почему же в этот раз боль от потери особенно остра. Чем юный, отважный до безумия Думнус так уж сильно отличался от своих предшественников? Старый минотавр искал и не находил ответа.
– Вождь! Твои воины обеспокоены? С тобой всё в порядке?
– Немолодой могучий быкоглавец осторожно заглянул в шатёр своего предводителя и друга.
– Тебе не нужна помощь?
Таурен. Старый товарищ, проверенный временем и битвами плечом к плечу с проклятыми мэнграми, он не раз прикрывал своему вождю спину. Ему Ставрос мог доверить любое дело, зная, что могучий минотавр обязательно выполнит его. Или сложит голову, выполняя.
– Всё в порядке, Таурен. Я сейчас выйду к своим воинам.
– Это всё из-за Думнуса, да?
– Ставрос грустно улыбнулся. Старый пройдоха всегда знает, что у него на душе. Скрывать от него что-либо абсолютно бесполезно.
– Тебя не обманешь.... Скажи, как долго будет продолжаться всё это. Сколько ещё эти твари убьют наших сыновей, прежде чем мы наконец-то дадим им отпор!
– О чём ты, мы всегда стоим насмерть...
– Вот именно, стоим! А надо бить! Бить эту мразь на её же территории! Бить до тех пор, пока на земле не останется ни одного сиреневокожего урода!
– Ты хочешь... Нет, это безумие! Мы итак едва сдерживаем их натиск! А соваться в их леса.... Боюсь, воины не пойдут на такое, даже, несмотря на всё уважение к тебе.
– Да ты пойми, нас же просто истребляют! Ещё полтысячелетия назад нас было намного больше! Эта война нас вскоре совсем обескровит! И тогда нашей расе конец! А карликам всё нет числа! А ведь они воюют не только с нами! Сатиры тоже едва держаться....
– И всё же воины не пойдут...
– А ты? Ты пойдешь со мной?
Таурен на мгновение опустил голову, а когда поднял, его взгляд был, как всегда, решительным и твёрдым.
– Да. До самого конца.
– Спасибо, друг, я и не рассчитывал на другой ответ. А воинов я возьму на себя.... Много ли их собралось?
– Практически все здесь, мой вождь.
– Отлично. Передай им, что я хочу обратиться к ним с речью.
– Будет исполнено.
– Таурен уже было повернулся, чтобы уйти, но у самого порога вдруг остановился и, повернувшись к Ставросу, негромко промолвил.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
– И покинул шатёр.
Оставшись один, старый вождь устало опустил голову. Он не знал...
* * *
Дни
Казалось, про него забыли, и бывший небожитель уже начал подумывать о том, что его обрекли на вечное заточение в этой вонючей дыре, когда дверь в камеру неожиданно отворилась.
– Вот, наконец-то ты занимаешь подходящее тебе по статусу и уму положение!
– Насмешливо произнёс Бог Света.
– Как настроение?
– Твоими стараниями, лучше некуда.
– С презрением процедил Воронвэ.
– Что, пришёл насладиться победой?
– О какой победе ты говоришь?
– Удивлённо поднял бровь Имморталис.
– Над тобой что ли? Нет, вонючий червь, ты слишком мелок для меня! Вот Самхейн, это да! Настоящий противник!
– Да, только не про твою честь!
– Ошибаешься! Мне вполне по силам совладать с ним, и ты мне в этом поможешь.
– С чего это вдруг?
– С того, что если ты не согласишься мне помочь, твоя участь будет поистине ужасной!
– А сейчас разве не так?
– О, то, что ты испытываешь здесь, не пойдёт ни в какое сравнение с тем, что будет с тобой, когда мои умельцы возьмутся за тебя!
– Пугай кого другого, ублюдок! Я не боюсь твоих угроз!
– Это сейчас ты такой смелый - Пробормотал Имморталис, и, внезапно, приблизившись вплотную, ухватил бывшего бога за грудки, глядя последнему прямо в глаза.
– Подумай, к чему эти жертвы! Самхейн такой же враг тебе, как и мне! Помоги уничтожить его и умрёшь без боли и мучений!
– И в чём же будет заключаться моя помощь?
– Взойди на алтарь! Принеси себя в жертву Инфракосмосу, и тиран будет повержен!
– Инфракосмосу? А не та ли это сила, о которой нас предупреждал Самхейн, говоря, что её твари ни в коем случае не должны проникнуть в наш мир, или иначе он попросту погибнет?
– Это всё ложь! Зачем им уничтожать мир, в котором можно жить припеваючи? Всё это сказки, придуманные им для того, чтобы нам и в голову не пришло связаться с её адептами, ибо они единственные, кого он боится!
– Ты знаешь....
– Каким-то тихим странным голосом, от которого у Имморталиса невольно пробежали мурашки по коже, проговорил Воронвэ Самхейн, конечно, тиран и убийца, но в одном ему не откажешь. Он никогда и никого не боялся, в отличие от тебя.
– Заткнись, тварь!!! Я никого не боюсь!!!
– Правда!
– Каким то измученным, болезненным смехом рассмеялся Воронвэ.
– Видимо тот факт, что ты валялся перед Самхейном на полу, когда он избивал тебя ногами, как дворового пса, объясняется исключительно любовью...