Сага о Харальде Мореходе
Шрифт:
Я сразу лишился чувств, а когда очнулся, битва уже закончилась. Туземцы с нашей помощью перебили всех разбойников, кроме восьмерых, удравших на корабле. Золото, благодарение Господу, хранилось у разбойников не
Вскоре после битвы обнаружилось одно досадное обстоятельство, огорчившее меня едва ли не больше, чем потеря руки. Среди убитых разбойников не оказалось Ниалла, Аэда и Син. Не видели их также и среди тех, кто уплыл на корабле. Это означало, что три опаснейших мерзавца скрываются где-то в лесу, возможно совсем рядом, и продолжают замышлять против нас подлости. Мысли об этом мучили меня сильнее боли в руке, и я немедленно велел передать туземцам приметы беглецов и убедительную просьбу найти их и убить.
Уже на тетий день мне принесли голову Аэда, а на четвертый я получил известие о смерти Ниалла. Таким образом, туземцы дважды настигали разбойников, и оба раза Син удавалось уйти. Вероятно, преследователи по простоте своей думали, что главное – расправиться с мужчинами, а женщина не представляет
После битвы прошло уже четыре месяца, а Син до сих пор не поймана. Рана моя зажила, но я по-прежнему не могу спать спокойно. Более половины братьев уплыли на восток, в Ирландию, с вестями о новой стране и с деньгами для покупки необходимых товаров и кораблей. В Большой Ирландии со мной осталось двенадцать монахов. Мы днем и ночью несем караул, но кому как не мне знать, что Син способна пройти сквозь любые препятствия, особенно если препятствия эти суть живые люди. Подозреваю, что рано или поздно она объявится здесь, чтобы отомстить за убитых сородичей и за Ниалла, который, по-видимому, был ей особенно дорог. Стыдно признаться, но я боюсь этой женщины. Думаю, она с самого начала замышляла убить меня, и именно это имела в виду, обещая дать мне нечто вдобавок к золоту Клонмакферта. Кажется, я наконец догадался, что это за добавок. Имя ему – смерть.
Временно оставляю свои записки. Последние строки я допишу, когда Син будет поймана и убита. Если же...
конец