Сафари
Шрифт:
Так себе перспектива, согласен. Впечатленный описанной картиной Волчара погрузился в собственные мысли, перестав реагировать на внешние раздражители. Я отвернулся к стенке и попытался заснуть хоть ненадолго. Вроде получилось, потому что какое-то время я провел в странной полудреме, а потом резко вскочил, как от укола. Скосил глаза на часы. Ага, пора с Юциусом пообщаться. Игнат все так же пребывал в глубокой задумчивости, и тревожить я его не стал, потихоньку выбравшись из каюты.
Капитан Юциус обнаружился в резервной рубке. Он развалился в кресле и
— Присаживайтесь, Сан Саныч.
— Благодарствую, — не стал я отказываться. — Обнаружили что-нибудь интересное?
— Смотря что считать интересным, — отозвался тот. — Хотя бы примерно опишите круг интересов.
— Как они нас с сержантом вычислили? — озвучил я вопрос, мучавший меня уже несколько часов.
— Элементарно. У Борисова взрывом передатчик повредило и он начал в эфир код опознавательный выдавать. Они его обнаружили, когда принялись сканировать эфир после нападения. Запеленговали, и все. А дальше вы и сами знаете.
— Почему я тогда вызов не принял? — не поверил я.
— А вы эфир слушали? — парировал капитан. — Вот то-то и оно. Передатчик в пассивном режиме работал, не вызывал конкретного абонента, а просто орал на определенной частоте. Специально частоты перебирать не будешь, и не услышишь.
— Ммать! — ругнулся я. — Действительно, элементарно. Хорошо хоть, ракетой не накрыли по пеленгу.
— А вот это вряд ли, — не согласился с моей мыслью капитан. — Они вас в плен взять хотели очень сильно, поэтому лучших людей на перехват отправили. Этот ваш "афрофранцуз" — Франсис Соро — служил в Десанте, потом во французской колониальной пехоте. Профессионал высокого уровня, командовал охраной базы. Это он контратаку на радиолокационный модуль организовал. И на вас охотился с десятком рядовых боевиков.
— Будь у них хотя бы несколько человек с десантным снаряжением, раскатали бы они меня, однозначно! А так сам попался. Я его, кстати, живым взял, хотел побеседовать. Но при отступлении пришлось им как щитом воспользоваться. Не повезло ему, короче. Еще что-нибудь узнали интересного?
— Вроде бы ребятам на орбите удалось второй пункт управления уничтожить, — задумчиво выговорил капитан. — Стопроцентной гарантии не дам, но у покойного Соро были такие сведения. Правда, бот наш сбили, не дали уйти. Про базу на Мьеллнире ничего у него в мозгах нет.
— Вы меня конкретно успокоили, Пал Палыч! — все, можно вздохнуть с облегчением. С нашей стороны все условия для прибытия Флота созданы. — Еще бы с Базой-7 связаться…
— Пока никак, — огорчил меня собеседник. — Часов через пять можно будет всплыть и через Океанариум ретранслировать запрос.
— Ну что ж, в таком случае остается только ждать! — поднялся я из кресла. — Если узнаете еще что-нибудь важное, дайте знать.
— А вы куда сейчас, если не секрет?
— Медику пойду сдаваться, бок болит, сил нет…
Система
31 марта 2535 года, утро
Общение с медиком свелось к тщательному просвечиванию моего организма во всех возможных диапазонах, по результатам которого хамоватый навигатор вкатил мне пару инъекций, наложил утягивающую повязку и отправил спать. Я возражать против такого сценария не стал и вернулся в каюту. Против ожидания, Игната я здесь не обнаружил — видимо, додумал думку тяжкую и ушел, скорее всего, сейчас Сашке мозг компостирует. Оно и к лучшему — несколько часов относительно здорового сна не повредит. Я вдруг почувствовал дикую усталость и рухнул на лежанку, даже не озаботившись раздеванием. В сон провалился мгновенно — зараза-медик, видимо, успокаивающего кольнул.
Проснулся почти мгновенно. По крайней мере, в первый миг мне именно так и показалось. Через несколько секунд осознал, что из объятий Морфея меня буквально выдернул Игнат — он весьма экспрессивно тряс меня за плечо и приговаривал:
— Тарасов, подъем! Подъем, туда-сюда! Ну, медик, я тебе покажу — небольшая доза транквилизатора!
— Че случилось-то?.. — вяло отмахнулся я, продрав глаза. — Только прилег, уже будят!
— Хрена се, только прилег! — возмутился Волчара. — Уже пять часов продрых. Подъем, говорю! На дистанцию прямой связи вышли, сейчас будем с Океанариумом связываться. Часа полтора ходу всего осталось.
Я рывком сел и замотал головой, прогоняя сонную одурь. Взгляд на часы подтвердил правоту майора — чуть меньше пяти часов, но это не существенно. Обхлопал себя, убедился, что одет и при пистолете. Нехотя поднялся с кровати.
— Куда идти?
— В ходовую рубку, там сам кэп сейчас. Сказал, бегом, он долго ждать не будет.
— Ну, побежали тогда! — я нахлобучил на голову пилотку и вопросительно глянул на Игната: — Борисов как?
— Нормально, жить будет, — отозвался тот, выбираясь из каюты.
Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним. До места назначения добрались быстро и в этот раз препятствий чинить нам никто не стал. В ходовой рубке были заняты оба кресла — в одном расположился давешний навигатор-медик, во втором — капитан. Сейчас он сосредоточился на аппаратуре связи и на нас не обратил ровно никакого внимания. Его напарник окинул нас зверским взглядом, но промолчал. Мы с майором кое-как устроились в тесном закутке, облокотившись на переборки, и принялись ждать.
Капитан выводить звук на динамики не спешил, ерзал пальцами по сенсорному дисплею и сосредоточенно прислушивался к чему-то в наушниках. Лицо его, и без того сосредоточенное, приняло озабоченное выражение. Через несколько секунд он беззвучно матюкнулся, скинул беспроводную гарнитуру с головы и включил громкую связь. В первый момент я ничего не разобрал сквозь треск помех, потом слух вычленил размеренную скороговорку:
— Охотник-первый, прием! Заходит с запада, не упусти! Так, молодец! Уходи, уходи, млять! На хвост сел…