Сачлы (Книга 2)
Шрифт:
Ребятишки кричали вдогонку:
– Товарищ райком, приезжайте к нам на праздник Октября! Ждем вас, товарищ райком!
Демиров, придержав коня, обернулся. Лицо его сияло:
– Постараюсь приехать, ребята! Думаю, что выполню вашу просьбу! Но и у меня есть просьба к вам! Помогите взрослым в их работе - в поле, на гумне, на огородах! Перенесите свои игры на десяток дней вперед!
– Обещаем, обещаем!
– хором кричали ребята.
– Будем работать! Обещаем! Только приезжайте!...
Спустя несколько минут Демиров и Мюршюд-оглу выехали на небольшую площадь в центре
– Я хотел бы увидеть секретаря партячейки. Где он может быть сейчас?
Мюршюд-оглу ответил с вежливой улыбкой:
– Как говорится, на ловца и зверь бежит, товарищ райком. Вон стоит наш Махмуд!
– Он махнул рукой в сторону правления.
– Беседует с доктором из Баку.
Галифе-Махмуд уже бежал навстречу гостю. Взял под уздцы лошадь, помог спешиться.
– Добро пожаловать, товарищ секретарь!
– Здравствуйте, здравствуйте!
Галифе-Махмуд был порядком взволнован этим неожиданным приездом секретаря райкома. На то были свои причины. Не так давно на одном из бюро райкома Махмуд отчитывался перед районным партактивом о работе своей партячейки. После всестороннего обсуждения, по предложению Демирова, бюро райкома расценило деятельность Махмуда как неудовлетворительную. Незадачливый секретарь партячейки был немало обескуражен этой оценкой, однако духом окончательно не пал. После окончания бюро подошел к Демирову, сказал:
– Товарищ секретарь, большевик не должен бояться критики в свой адрес! Штаб учит - мы учимся! Вы призываете нас оживить партийно-массовую работу - и мы оживим ее! Однако, товарищ Демиров, и перед моим штабом, и перед моей совестью я не могу не сказать правды... Эти хозяйственные дела не дают нам возможности заниматься партийно-массовой работой, не доходят у нас до нее руки! Колхозом занимайся, бригадой занимайся, звеном занимайся, амбаром занимайся, учетом занимайся- голова кругом идет!...
– Хозяйственными делами должен заниматься в первую очередь председатель колхоза, - заметил спокойно Демиров.
– А разве я не несу ответственность за колхоз?
– спросил Махмуд, недоуменно хлопая глазами.
– Несете.
Махмуд почувствовал себя окончательно сбитым с толку.
– Как же вас понимать тогда, товарищ секретарь?
– А вот так и понимайте, товарищ Махмудов. Колхозный партактив, правильно организуя политическую и воспитательную работу в деревне, должен способствовать укреплению колхоза, успехам его хозяйства, должен способствовать организации труда колхозников. Местная парторганизация должна возглавить борьбу с классовым врагом - кулаком. Ее задача - ни на чае, ни на минуту не терять большевистской бдительности! Местная парторганизация несет ответственность за работу политкружков, за систематический выпуск стенной газеты, за критику и самокритику на колхозных и партийных собраниях, за подписку и своевременную доставку в колхоз газет и журналов. Она ответственна за рост благосостояния колхоза вообще и каждого колхозника в отдельности, ответственна за культурный рост колхозников...
– То есть мы -отвечаем
– подытожил Махмуд.
– Да, за все!
– Но как же нам тогда добиться удовлетворительной оценки своей работы?... Обижаете вы нас, товарищ Демиров!
– Работать надо лучше, товарищ Махмудов! Больше души вкладывайте в свою работу! Овладевайте подлинно большевистским методом работы!
Махмудов потупился, затем неожиданно попросил:
– В таком случае, товарищ райком, направьте меня на парт-учебу в Баку!... Направьте, очень вас прошу!...
– Не могу обещать вам этого, - сказал Демиров. Подумав немного, уточнил: Об учебе будем говорить после завершения уборочных работ, осенью, в ноябре.
Внезапное появление Демирова в Дашкесанлы взволновало Галифе-Махмуда. "Только бы не было открытого партийного собрания!...
– думал он.
– Опозорит меня Демиров на всю деревню! Стенная газета не выходила с мая месяца, то есть с тех пор как учителя ушли в отпуск. Я не обеспечил... Библиотека закрыта, так как учительница Наджиба-ханум уехала в деревню Бюльбюли к своему отцу. Опять я не обеспечил... Политкружок не функционирует из-за отсутствия Рашида-муаллима, директора школы, который отбыл в Баку на курсы по повышению квалификации. И тут я не обеспечил..."
Страх все больше и больше овладевал душой Галифе-Махмуда. Когда Демиров спешился, он спросил:
– Куда прикажете привязать вашего коня, товарищ райком? Хороший у вас жеребчик!...
– Да хотя бы вот к этому дереву.
– Он, наверное, голодный... С дороги... Не покормить ли
его?
Чувствуя, что Махмуд не рвется хвастать своими успехами, Демиров улыбнулся. Кивнул согласно:
– Можно и покормить. Думаю, горный воздух повышает аппетит не только у людей!... Сено небось есть в деревне? Как раз молотьба... Мой Халлы не откажется.
Махмудов привязал лошадь к осине у крыльца правления колхоза и молча направился в сторону гумна.
– Куда вы, товарищ Махмудов?
– окликнул его Демиров.
– Уже бросаете меня?...
– Хочу принести немного соломки, - ответил парторг.
– Для лошадки вашей, для Халлы...
– Успеется, - сказал Демиров.
– Заглянем сперва в партийную комнату, побеседуем. А лошадей покормит Мюршюд-оглу.
– Покормлю, покормлю!
– с готовностью откликнулся зав-фермой.
Галифе-Махмуд волновался и не сразу сумел открыть ключом дверь красной комнаты, которая находилась в- том же доме, где и правление колхоза. Переступив порог, Демиров поморщился:
– Неуютно у вас здесь, товарищ Махмудов!
– Бросил взгляд на большую карту, висевшую справа на стене: - Карту, я вижу, вы отдали в распоряжение пауков вся в паутине. Нехорошо!
Галифе-Махмуд сделал удивленное лицо, сокрушенно покачал головой:
– Действительно нехорошо, товарищ секретарь... Дел столько - голова кругом идет!
– Если не ошибаюсь, это - карта мира?
– спросил Демиров.
– Совершенно верно, товарищ райком. Эту карту повесил наш учитель географии... Но он давно уехал, поэтому карта в таком виде...
– Махмуд сделал попытку оправдаться.