Сачлы (Книга 1)

Рагимов Сулейман

Главный инженер молча опустился в кресло, закинул ногу на ногу, закурил, видно, хотел показать Демирову свое полнейшее пренебрежение. Было Аллахкулибекову за пятьдесят, он уже погрузнел и неохотно отправлялся в дальние командировки... С Демировым он давно был на ножах и всерьез не принимал ни "Чай-йола", ни "Даг-йола".

Через минуту подошли еще инженеры, экономисты.

– У нас имеются два проекта строительства горных дорог, не так ли? сказал начальник, постучав карандашом по стакану и этим призывая собравшихся к вниманию.

– Собственно,

можно говорить об одном"' проекте, - вяло заметил главный инженер.
– Суть-то у них одна: сто пятьдесят километров шоссе в горах. Сто пятьдесят километров!..

– Разрешите, - Ахвердизаде вспыхнул, поднялся.

– Да что "разрешите"?
– продолжал развязным тоном главный инженер.
– Оба проекта, недоработанные, экономически не обоснованные, типичные курсовые работы студента. Нет, я против ничего не имею, то есть против студенческой практики. Приветствую!
– насмешливо поправился Аллахкулибеков.
– Но ведь мы, товарищи, работаем в государственном учреждении.

– Может быть, мы сначала обсудим, что сможем сделать для района в ближайшие годы?
– сказал Султанзаде.
– Тем более что действительно над обоими проектами еще надо поработать.

– Нет, давайте начнем с проектов, - неуступчиво сказал Демиров.
– Недочеты и даже ошибки в них имеются, не спорю, но ведь так бывает со всеми проектами. Принципиально надо решить вопрос: строим или не строим дорогу? А потом уж договоримся, по какому проекту, в какие сроки.

Он знал, что ему надо держаться сдержанно, иначе возникнут раздоры, поднимется мелочная перепалка и все дело закончится общими словами.

– Нельзя в одной руке удержать два арбуза, - заметил, начальник.
– Эдак ты и вовсе останешься без нашей помощи!

– Товарищ секретарь, мы призваны заниматься дорогами общереспубликанского значения.
– высокомерно заявил Аллахкулибеков.
– А ваша предполагаемая дорога - местного значения.

– Именно она-то и имеет республиканский характер!
– резко сказал Демиров.
– Будет дорога, и удельный вес горных районов сразу же возрастет в пятилетке.

Взгляды главного инженера и Демирова скрестились, как обнаженные клинки...

– Я не возражаю, - Султанзаде повел плечами, давая понять Таиру, что его несговорчивость принесет плохие результаты.

В это время Аллахкулибеков быстро соображал, как бы окончательно записать в протоколе заседания, что горная дорога всего лишь районного, чуть ли не сельсоветского значения. А если это так, то и пусть ею занимается райисполком.

Шахин Ахвердизаде приколол кнопками к прислоненной к стене доске профилированный проект дороги "Чай-йол" и рассказал собравшимся о своем замысле. Он не скрыл, что река во время ливней несет могучие потоки, а следовательно, придется дополнительно укреплять быки моста и строить заградительную дамбу. Нужно будет перекинуть через ущелья и овраги одиннадцать больших и малых мостов, проложить около тридцати железобетонных водостоков.

– Какова ж стоимость этой дороги?
– не выдержал Аллахкулибеков.

Его вопрос был самый опасный и для автора проекта и для Демирова; собственно,

потому он его и задал.

– Пятьдесят миллионов.

По кабинету прошел гул; присутствующие специалисты возмущенно перешептывались, качали головой, хмыкали. К таким огромным затратам здесь еще не привыкли...

– А сколько ж селений охватит дорога?
– спросил кто-то из сидевших сзади Демирова инженеров.

– Двадцать.

– А сколько всего деревень в районе?

– Около сорока.

– Значит, полрайона?

– Так получается, - сказал Ахвердизаде упавшим голосом: он видел, что эти цифры произвели на собравшихся скверное впечатление.

Аллахкулибеков почувствовал под ногами крепкую почву.

– Раз и навсегда надо похоронить этот фантастический проект, автору выразить благодарность за смелость!
– сказал он раздраженно.
– Конечно, в третьей пятилетке положение изменится, денег прибавится, - вот тогда и обсудим проект заново!

– Есть же еще проект, - не выдержал Демиров.

– Не пойму, зачем спорить о сделке, которая никогда не состоится, ответил ему главный инженер.
– А вы, Шахин (Сокол - ред.), - обратился он к побледневшему Ахвердизаде, - только что вылупившийся из яйца соколенок! Не вам учить нас, стариков!

– Он ввел секретаря райкома в заблуждение, - хихикнул полнощекий инженер, единомышленник Аллахкулибекова.

– Шахин заломил папаху набекрень и гонится за дешевой славой!
– поддержал сосед.

– Предлагаю взять оба проекта за основу, серьезно над ними поработать и входить с предложениями в Совнарком, - сказал экономист Мамедов.
– Конечно, имея в виду план пятилетки.

– Ну, долгая песня!
– вспылил Демиров.
– Да мы же обещали вам, что крестьяне станут работать на стройке бесплатно, в порядке субботников. Целыми аулами пойдут! Значит, расходы на рабочую силу сократятся. И камень, гравий, щебенку бесплатно заготовят они же.

– Это гроши!..
– небрежно взмахнул рукой Аллахкулибеков.
– Вам, партийному работнику, уместно было бы посоветовать молодому специалисту Ахвердизаде, вчера пришедшему к нам со студенческой скамьи, не сеять бурю в сплоченном коллективе дорожных специалистов.

– Тише, тише!
– сказал Султанзаде.
– Просите слова для выступлений.

– И не сбивайте репликами с толку молодого специалиста, у которого светлое большое будущее, - с гневом сказал старик с висячими сиво-рыжими от курения усами.

Ахвердизаде так расстроился, что мог расплакаться в любой момент, словно ребенок. Эх, остаться бы в деревне чабаном, играть на тутэке и не знать никаких огорчений... Черт его понес в строительный институт! А как сладко было мечтать бессонными ночами, склонясь над проектом, что побегут в горах по ровному, словно стол, шоссе автомобили, автобусы, поползут тракторы, и канут в прошлое средневековые торговые караваны осликов с хурджунами, и врачи, учителя не будут уже страшиться забиваться в глухие темные аулы, где пока царят невежество, суеверия, религиозный фанатизм. Но Аллахкулибеков постарался тяжелым молотом перебить неокрепшие крылья соколенку!