Рюрик
Шрифт:
— Только у нас есть одно условие, — предупредил Волич. — Ты, князь Вадим, должен прибыть к Белозеру без войска короля Эрика, только со своей дружиной. Наших с тобой объединённых сил вполне хватит, чтобы справиться с варягами.
— А почему это я должен прийти к вам без своего союзника короля Эрика? — удивился Вадим. — Что это ещё за условие такое?
— Дело в том, что наши люди не поддержат нас, если ты приведёшь норманнов, — пояснил Волич. — Уж очень сильно горожане Белозера натерпелись от варягов всяких бед. Они не хотят больше никаких иноземных «защитников». А ты князь славянский, свой. Да и ещё такой
Вадим пристально посмотрел на Волича и сказал:
— Ладно, я согласен с вашим условием. Тем более что и я хочу, чтобы славяне сами правили на своих землях. Но учти, князь Волич, если ты попытаешься меня обмануть, то твой воевода умрёт лютой смертью. Я не посмотрю, что он славянин.
— Ни то ты говоришь, князь Вадим, — с укором произнёс Волич. — Никто не собирается тебя обманывать. Нам надо научиться, больше доверять друг другу. Иначе, нами скоро будут править иноземцы. Да и воевода Дюжич не самоубийца. Он прекрасно понимает, на что идёт, оставаясь у тебя заложником. Ну, так что, по рукам, князь Вадим? Можно считать, что мы договорились?
— Погоди, князь, не спеши, — остановил его Вадим. — У меня тоже есть одно условие к вам. В обмен на мою помощь вам, я хочу, чтобы вы дали мне своё слово, что поможете мне вернуть мой дом в Новгороде и стать Правителем всех славянских городов и земель.
Князь Волич и воевода Дюжич переглянулись с удивлением, а Дюжич даже закряхтел от столь неожиданного условия князя Вадима.
— Я всё равно стану Правителем городов и земель славянских, — продолжил говорить Вадим, — поможете вы мне в этом или нет. Если вы откажитесь мне помочь в этом, то я это сделаю с помощью норманнов. Но за это мне придётся отдать им часть наших городов и земель. А мне бы не хотелось этого делать. А вот, если мне поможете вы, то все наши земли и города останутся славянскими. И вы будете ими управлять, конечно, под моим контролем.
Волич и Дюжич продолжали молчать.
— Вы же только что сами говорили, что нам надо доверять друг другу, иначе нами будут управлять иноземцы, — продолжал уговаривать их Вадим. — Я же не иноземец. Уж лучше я буду Великим Князем, чем какой-нибудь варяг или норманн.
Князь Волич нервно дёрнул головой и сказал:
— Может, ты и прав. Пора нам своего Великого Князя ставить над всеми нашими городами и землями. Ну, что же, не знаю, поддержат ли нас другие князья и воеводы, а я согласен поддержать тебя князь Вадим.
— Я тоже согласен поддержать тебя князь Вадим, — согласился Дюжич.
— Ну, тогда считайте, что мы с вами договорились, — радостно подытожил Вадим. — Я согласен с вашим планом, и буду со своей дружиной в Белозере. А с королём Эриком, я сам договорюсь. Он всё время хотел получить город Чуд в своё владение. Вот я его ему и отдам.
Князь Волич и воевода Дюжич недовольно поморщились.
— Временно, конечно, — тут же добавил Вадим. — Я думаю, что он будет доволен, что приобретёт город, и при этом ему не надо будет воевать. Ведь, никому не хочется кровь свою проливать. А ты, князь Волич, смотри, чтобы варяги не узнали о нашем договоре, иначе ничего не получится.
— Ну, это само собой, разумеется, — заверил Вадима Волич. — Мы уже позаботились
37. Странное предложение
Норманнский король Эрик Непобедимый выехал на холм и остановился. Перед ним открывалась панорама северной природы. Казалось, что может быть особенного в ней, в этой природе севера, отличного от того, что есть в других местах на Земле? Те же деревья, те же равнины и возвышенности. Но всё же что-то делает её суровой и даже грозной. Скорее всего, это её северное небо. Оно так насыщено серо-синими тонами, и свинцовые тучи так низко нависают над землёй, почти соприкасаясь с ней, что от такого вида веет холодом и грустью.
Впереди, почти у самого горизонта, показался город. Это был Чуд, который Эрик уже неоднократно пытался захватить, но все его старания до этого были напрасными. Славянский город никак не хотел покориться норманнскому королю. К Эрику подъехал воевода Фронбрасс и спросил:
— Какие будут распоряжения, Ваше Величество? Вот он Чуд, уже хорошо виден.
Король вздохнул и ответил:
— Да, Чуд. Неужели в этот раз я захвачу его, и даже без боя? Разбивайте лагерь возле города. А я поеду, повидаюсь с моим союзником, князем Вадимом.
— Сколько воинов Вы возьмёте себе в сопровождение? — поинтересовался Фронбрасс.
— Ни сколько, — спокойно ответил Эрик. — Норманнскому королю не надо сопровождение, когда он разговаривает со славянским князем, который называет себя его союзником. Впрочем, ты поедешь со мной. Возможно, мне надо будет отдать тебе кое-какое распоряжение.
Фронбрасс склонил голову в знак согласия и произнёс:
— Как будет угодно Вашему Величеству.
Норманнское войско разбило свой лагерь возле того места, где располагалась дружина князя Вадима. Славянские и норманнские воины с интересом поглядывали друг на друга. Многие из них уже были знакомы по предыдущим битвам. Только тогда они находились во враждующих армиях, а теперь были союзниками. Официально они все знали об этом, а вот осознать, и тем более смириться с таким положением вещей, воины не могли никак.
— Это что же получается? Мы теперь будем вместе с норманнами драться против наших же братьев? — с возмущением в голосе спрашивал молодой дружинник у воина старше средних лет по имени Дрон.
Старый воин отложил в сторону кольчугу, которую он чинил до этого, и с грустным голосом сказал:
— Раз князь велел, значит будем.
— Да как же это можно, чтобы с врагами своих бить? — никак не мог успокоиться молодой дружинник.
— Можно, — уверенно ответил Дрон. — Бить своих, конечно, не приятно, но раз князь велит, значит так нужно. Ты молодой ещё у нас в дружине. Вот послужишь с моё у князя, ещё и не такое увидишь. Ты лучше займись делом, проверь своё оружие, кольчугу. Слышал, что сказал воевода, завтра выступаем.