Рыцари ада
Шрифт:
Алла Бойко подхватила молодого человека под руку. Иван не сопротивлялся. Его тело сотрясала крупная дрожь. Он мучительно застонал. И это был нечеловеческий звук.
— Ванечка, бедный мой мальчик (так она звала его в минуты близости за страсть подурачиться), что они с тобой сделали?! Пойдем, я отведу тебя в отель. Я здесь, с тобой. Теперь все будет хорошо.
Алла повела Ивана, он двигался, как автомат. Странная пара вышла из переулка и оказалась напротив гостиницы, которая раньше называлась «Интурист», а теперь стала называться «Ройял кроун», и в которой остановились как Алла Бойко, так и Андрей. Алла завела своего мертвенно-бледного
— Подожди здесь, — попросила она. — Я принесу тебе одежду. В таком виде тебя не пропустят.
Она покинула Ивана, пересекла улицу и скрылась в отделанном мрамором холле гостиницы. Она поднялась на лифте в свой номер. В шкафу висел купальный халат, который администрация отеля заботливо презентовала каждому постояльцу.
С халатом в руках Алла вышла из отеля, но улица была пуста.
— Ваня! — закричала она. — Иван?
В таком состоянии молодой человек не мог далеко уйти. Девушка побежала вниз по улице. Дверь одного из подъездов была открыта, при тусклом свете слабой электрической лампочки Алла различила забившегося в угол Ивана.
— Пойдем! — она помогла ему подняться и за руку вытащила на воздух. — Пойдем же, это не твой дом.
Иван последовал за ней безвольно, как пьяный. Его мутило от близости свежей крови, но он вел мучительную борьбу с собой, вернее, с тем чудовищным вторым Я, которое им овладело. В том же темном закоулке Алла сняла с него испачканную простыню и накинула халат. Позже, когда улица опустела, они прокрались к черному ходу отеля. В подвале размещался бассейн, поэтому постоялец в халате, поднимающийся вверх на лифте, не вызвал ни у кого интереса.
Заспанный лифтер все время тер осоловевшие глаза. Молодая женщина с кавалером не привлекли его внимания. Алла провела Ивана в свой номер. Он вновь издал мучительный стон. Алла включила свет.
— Ну, теперь все в порядке, Иван. Мы в безопасности.
Она обернулась и только сейчас смогла внимательно рассмотреть молодого человека. Ее поразили ужасные, посиневшие следы укусов на его шее, бледность, остекленевшие глаза. Иван стоял между Аллой и дверью в номер.
Это была небольшая, симпатично и удобно обставленная комната с бордовым ковром на полу, широкой, застеленной розовым бельем кроватью, окруженной белой меховой дорожкой. Облицованная черным кафелем ванна располагалась слева. Сами апартаменты были на десятом этаже. На здании напротив то и дело вспыхивала неоновая реклама.
— Что с тобой, Иван? Почему ты так на меня смотришь?
Иван уставился на высокую светловолосую девушку, как волк на ягненка перед тем, как перегрызть ему горло. Он глухо застонал. Где-то в его мертвом мозгу осталась капля любви к Алле и отвращение к безжалостному убийству. Но жажда была сильнее. Жажда свежей крови брала над ним верх.
— Что с тобой, Ваня?
Если бы он мог, он бы рассказал ей о безумном, неистовом голоде, который двигал им. Этот голод был наслан на него свыше. Чтобы просто понять, как это происходит, надо было отвергнуть идею Самого Господа Бога и признать верховенство Диавола над всем сущим миром. Люди, признавшие это и познавшие власть Сатаны, поклялись навеки служить ему, обретя взамен личное бессмертие. Служба их выражалась в том, что они завладевали тончайшей незримой и невесомой душевной эманацией (попросту, душой) посторонних людей и передавали ее в ведение нематериальных потусторонних сил. Те же, урча от вожделения, пытали и насиловали душу, заставляли
Мертвец, как завороженный, смотрел на тонкую шею женщины и пульсирующую сонную артерию. Он, пошатываясь, пошел к Алле.
— Иван! Иван! Остановись, Иван! Это же я, Алла. Очнись, Иван!
Холодные руки вцепились в стройное женское тело и повалили Аллу на кровать. Но это ничем не напоминало их обычные любовные игры. Молодая женщина увидела, как к ее шее потянулись оскаленные, испачканные кровью зубы.
Халат, надетый на голое тело Ивана, распахнулся, и Алла увидела страшную рану в брюшной полости. Она громко вскрикнула.
Ей удалось вырваться и отпрянуть к стене. Иван, вернее то, что когда-то было им, приближалось. Алла швырнула в него ночник, но это не остановило вампира. Алла снова закричала, но сильные руки обвились вокруг ее тела. Она принялась бить и царапать лицо Ивана. Бесполезно! Алчные зубы вот-вот вонзятся в нежное мясо шеи.
Вдруг дверь с ужасным грохотом распахнулась. Андрей буквально ввалился в номер. Алла предварительно заперла дверь на ключ, чтобы им с Иваном не помешали.
Алла собралась с силами, ей удалось слегка повернуть голову и закричать: — На помощь! На помощь! Андрей! Андрей схватил мужчину в купальном халате за рыжие волосы и оттащил от дрожащей девушки. И тут он узнал Ивана Золотова, разглядел его раны и вспоротый живот.
Пораженный, Андрей уставился на мужчину, которого он в последний раз видел в морге.
Иван Золотое снова предпринял атаку, теперь уже на своего лучшего друга. Андрей инстинктивно провел апперкот, но Иван нисколько не прореагировал. Он подхватил Андрея, как пушинку, и кровожадно залязгал зубами.
Андрей применил прием каратэ, гарантирующий смертельный исход. Шея хрустнула, но и это никак не отразилось на Иване.
Зубы все приближались. Тогда Андрей осуществил бросок, в результате которого Иван врезался в противоположную стену. Всю эту стену занимало огромное окно. Вампир пробил стекло и рухнул вниз с высоты десятого этажа.
Все еще тяжело дыша, Андрей поднялся на ноги. Он высунул голову в разбитое окно и увидел Ивана Золотова. Труп лежал далеко внизу, широко раскинув руки и ноги, у него были переломаны все кости и размозжен череп. Даже, потусторонние,силы не смогли бы заставить двигаться эти останки.
Привратник и два охранника выбежали на шум из отеля. Они наклонились над мертвецом, а затем с изумлением посмотрели на окна.
— По-моему, бессмысленно рассказывать всю эту историю полиции, — промолвил Андрей. — Мы не можем позволить себе попасть под подозрение в убийстве. Я ухожу, Алла. Советую настаивать на том, что в комнате была ты одна, а стекло разбила нечаянно.
Алла Бойко все никак не могла отойти от происшедшего.
— Это… это так ужасно. Я не могу оставаться одна после всего пережитого. Не могла бы я… не могла бы я переночевать в твоей комнате, Андрей? Лишь несколько часов, до рассвета?
— Ну ладно, — кивнул Андрей. — Возможно, это самое разумное решение в настоящий момент.
Остаток ночи Алла просидела на кушетке в его номере. Горел свет. С завистью, сдобренной солидной порцией раздражения, смотрела она на растянувшегося в кровати парня, спящего мирно и безмятежно, как младенец в люльке. Алла же не могла сомкнуть глаз.