Рыцарь Мечей

Муркок Майкл

– Остановитесь! – вскричал он вдруг. – Остановитесь! Хватит! Больше не убивайте!

Мертвый король Темголь-Леп посмотрел на него сверкающими глазами. Тело его было насквозь пробито тяжелым копьем, но он этого даже не замечал. Его мертвые губы шевельнулись:

– Но ты обещал нам эту цену, повелитель! Теперь мы не можем остановиться.

– Это же вадхаги! Они такие же, как я! Это мой народ!

Ганафакс положил руку ему на плечо.

– Теперь они все уже мертвы, принц Корум.

Рыдая, Корум бросился к поверженным

вадхагам, заглядывая им в лица. У этих людей был тот же удлиненнный череп, такие же огромные миндалевидные глаза, такие же плотно прижатые к черепу уши, лишенные мочек…

– Как же вадхаги попали сюда? – прошептал Ганафакс.

Темголь-Леп уже волок куда-то один из трупов; ему помогали двое слуг. Покрытые бронированной чешуей животные, лишившись седоков, скакали вокруг, порой небрежно ступая прямо в огненные ручьи и расплескивая вокруг себя лаву.

Глазом Ринна Корум видел, как рагха-да-кхета перетащили трупы вадхагов к себе в темную пещеру… Он не стал смотреть дальше и прикрыл глаз повязкой. От вадхагов, населявших Огненные Земли, не осталось ничего, кроме обломков оружия и разорванной одежды. Ездовые животные постепенно разбегались.

– Я уничтожил последних вадхагов! – воскликнул Корум. – Собственными руками я отправил их в тот ужасный мир, в небытие!..

– Колдовство часто и всегда неожиданно обращается против того, кто его использует, – тихо сказал Ганафакс. – Я ведь уже говорил, что силы магии капризны…

Корум взвыл от негодования и весь свой гнев обрушил на Ганафакса.

– Прекрати свои умствования, мабден! Неужели ты не понимаешь, ЧТО я наделал?

Ганафакс мрачно кивнул.

– О да, прекрасно понимаю. Но ведь это уже сделано, не так ли? А наши жизни спасены.

– Теперь ко всем моим преступлениям прибавилось и братоубийство! – Корум, в отчаянии рухнув на колени, уронил меч и заплакал.

– Кто плачет там?

Голос был женский и очень печальный.

– Кто оплакивает Сира-ан-Ванл – Земли, Ставшие Огнем? Кто вспоминает эти дивные, прекрасные луга и холмы?

Корум поднял голову и встал рядом с Ганафаксом, который во все глаза смотрел на женщину, возникшую на краю скалы прямо над ними.

– Кто плачет там?

Она была стара. Суровое, бледное, морщинистое лицо ее еще хранило следы былой красоты. Седые волосы густой волной окутывали плечи. Плечи ее окутывал красный плащ, точно такой же, как у тех воинов, и сидела она верхом на таком же рогатом чешуйчатом звере. Эта хрупкая женщина безусловно принадлежала к племени вадхагов, однако там, где некогда сияли ее прекрасные глаза, теперь стояли озера боли, подернутые непроницаемой белой пленкой.

– Мое имя Корум Джаэлен Ирсей, госпожа. Но скажи, что случилось? Отчего ты слепа?

– Это мой собственный выбор: я не захотела видеть того, что стало с моей любимой страной, и выдавила себе глаза. Я – Ооризе, королева

Сира-ан-Ванл, и в подчинении у меня всего два десятка человек.

Губы у Корума пересохли.

– Я только что убил всех твоих подданных, госпожа. И поэтому плачу.

Выражение ее лица не изменилось.

– Они были обречены на смерть, – сказала она. – Даже лучше, что они уже умерли. Умерли быстро. Ты освободил их, чужестранец, и я благодарю тебя за это. Может быть, ты и обо мне позаботишься? Освободишь и меня от постылой жизни? Я ведь живу только для того, чтобы не умерла память о Сира-ан-Ванл. – Она помолчала. – Судя по твоему имени, ты тоже ведраг?

– Да, я тоже из племени вадхагов – «ведрагов», как ты их называешь. Но моя родина далеко отсюда, на юге…

– Значит, ведраги все-таки пошли на юг… Красива ли твоя страна?

– Очень красива.

– А счастлив ли твой народ, Принц в Алом Плаще?

– Мой народ уничтожен, королева Ооризе. Все вадхаги до одного погибли.

– Все? Кроме тебя?

– И тебя, моя королева.

Улыбка тронула ее губы.

– Он сказал, что все мы должны умереть, в каком бы Измерении мы ни пытались спастись. Но было и другое пророчество: если мы умрем, то и он тоже умрет. Он решил сделать вид, что ничего об этом пророчестве не знает, как бы забыть о нем…

– Кто, госпожа?

– Рыцарь Мечей, Ариох. Повелитель Хаоса. Тот, кто унаследовал эти Пять Измерений после давней войны между силами Порядка и Хаоса. Тот, кто, явившись сюда, пожелал, чтобы гладкий твердый камень скрыл под собой наши прекрасные холмы, чтобы кипящая лава текла в наших тихих ручьях, чтобы пламя стеной вздымалось там, где когда-то шумели зеленые леса… Это он предсказал нашу смерть, принц. Он, Ариох. Но, прежде чем отправиться в ссылку, побежденный Лорд Аркин успел предсказать нечто совсем иное…

– Лорд Аркин?

– Да, Хранитель Закона, что правил здесь до того, как был изгнан Ариохом. Он успел сказать, что, уничтожая древние расы, Ариох уничтожит и свое господство во всех Пяти Измерениях.

– Хорошо сказано! – прошептал Ганафакс. – Но я сомневаюсь, что это правда.

– Может быть, мы и обманываем себя порой тщетной надеждой на справедливость, о говорящий на языке мабденов, но это означает только одно: ты не ведаешь того, что знаем мы, ибо все мабдены – дети Ариоха.

Ганафакс рывком вскочил на ноги.

– Может, мы и дети Ариоха, королева Ооризе, но не его рабы! И я оказался здесь только потому, что пошел против воли Ариоха.

И снова королева улыбнулась печальной своей улыбкой.

– А кое-кто утверждает, что постигшая вадхагов кара есть плод их собственных деяний. Что это они затеяли войну с нхадрагами и нарушили установленный Лордом Аркином порядок вещей…

– Боги мстительны, – прошептал Ганафакс.

– Но я тоже способна на месть, господин мабден, – сказала королева.