Руны
Шрифт:
Женщина хмуро посмотрела на нас:
—Что, простите?
—Медсестры, — ответила Кора. — Они на пенсии, мертвы или еще работают?
Дэбби вздохнула:
—Одна Габби Гийом работает в гинекологическом отделении этажом выше, — сказала она. — Но я не уверена, та ли это сестра, что вам нужна.
Улыбаясь, мы направились к лифту. Я не могла поверить, что через пару минут смогу поговорить с одной из сестер, выхаживавших меня.
—Спасибо, что спросила ее.
Кора пожала плечами:
—Волнуешься?
—О, да, — к тому
По указательным знакам мы дошли до входа в гинекологическое отделение. За двухстворчатыми дверями оказался просторный зал ожидания, похожий на спа-салон, с расслабляющей музыкой, удобной мебелью, мягкими подушками и оттоманками. Меня пробрала дрожь. Наверное, кто-то поставил кондиционер на всю мощь, потому что внутри было прохладней, чем снаружи. Через стеклянные стены были видны женщины, отдыхавшие на койках, некоторые с детьми. За большой круглой стойкой сидела молодая медсестра. Она чем-то напоминала мне Мардж из команды по плаванию. На ней была красивая синяя форма с цветочным орнаментом, а волосы собраны в пучок. Мы подошли поближе.
— Здрасте. Мы ищем Габби Гийом.
Она свела брови, ее взгляд забегал от меня к Коре:
—Я Габби. Чем могу помочь?
Мы с Корой обменялись взглядами. Девушка была слишком молода, чтобы ухаживать за мной семнадцать лет назад.
—Думаю, здесь какая-то ошибка. Мы ищем Габриэль Гийом, она работала здесь семнадцать лет назад.
Медсестра нахмурилась:
—Это моя тётя. Меня назвали в честь неё. А в чём дело?
Я объяснила ей историю моего рождения и желание поблагодарить ее тетю. По мере моего рассказа выражение лица девушки менялось от замешательства к удивлению, а под конец стало настороженным.
—Это так мило, — сказала еще одна медсестра, услышавшая мой рассказ. Она была низкой и фигуристой с доброй улыбкой. Третья медсестра сидела к нам спиной и увлеченно стучала по клавиатуре.
— Она хочет номинировать ее на премию, — сказала Кора.
—Премия Дейзи, — объяснила я.
Сестра Гийом улыбнулась, но в ее глазах не было и следа улыбки.
—Ей бы это понравилось, но тетя больше не работает, она переехала в Луизиану. Можете оставить свой номер, я передам ей и объясню, что вы хотите. Если она захочет поговорить с вами, то позвонит.
—Это было бы замечательно. Спасибо, — я быстро записала на бумажке мой номер и имя. — Гм, а вы случайно не знаете Кайлу Джеймисон и Салли Маллин? Они работали здесь с вашей тетей.
Сестра Гийом покачала головой:
—Меня тогда еще не было, но тетя Габби должна знать. Я спрошу, есть ли у нее их контакты.
—Спасибо, — мы вышли из отделения и направились к лифту, но меня не отпускало странное чувство, связанное с этой медсестрой. — Тебе не кажется, что она как-то странно отреагировала?
Кора нахмурилась:
—Что ты имеешь в виду?
—Не знаю. Может я просто параноик, но мне показалась, она не особо хотела нам помогать.
Мы пошли
***
Эрик разговаривал с Торином, когда мы подъехали к моему дому. Когда он направился к нам, мои глаза встретились с глазами Торина. В них был какой-то проблеск. Злости? Суровой решительности? Я не знала наверняка.
—Привет, чего так долго? — Эрик обвил мою талию руками и поцеловал в висок.
Зная, что Торин и Кора наблюдают за нами, я закрыла глаза и попыталась насладиться ощущением Эрика. Мне всегда нравилось, как он пахнет. Но сейчас мне хотелось ощутить другой запах. Я представляла другие руки, обнимающие меня, другие губы, целующие меня. Но разум взбунтовался против таких чувств, и проснулось чувство вины.
Эрик развернул меня к себе, обхватил руками мое лицо и поцеловал. Он наклонил голову и углубил поцелуй. Я не была против, когда его язык скользнул между моих губ, и прильнула к нему, отчаянно пытаясь стереть Торина из своего сознания. Но вместо страсти я нашла покой. А вместо жара получила тепло.
Эрик ослабил поцелуй и посмотрел через мое плечо. Тогда я поняла, что он поцеловал меня, чтобы предупредить Торина или доказать ему что-то.
—Пойдем домой.
Пока мы с Эриком шли к дому, Кора вместе с Торином куда-то исчезли. Как только я закончила с описанием нашего визита в больницу, мы начали работать над фотографиями: загружали их на компьютер Эрика и обрезали. Когда Кора все-таки присоединилась к нам, она была очень тихой. Слишком тихой.
—Ты в порядке? — спросила я, но она только пожала плечами.
Пока они с Эриком заканчивали слайд-шоу, я придумывала речь.
—Я дома, — чуть позже крикнула мама. Запах свежей пиццы мы почувствовали еще до того, как она просунула голову в комнату. — Пицца, напитки и крылышки для моей работящей команды.
Эрик вскочил, взял коробки и чмокнул ее в щечку:
— Спасибо, мисcис К. Я умирал от голода.
—Ты просто растешь, — подразнила она его, затем отдала мне бутылку газировки и пластиковые стаканчики.
—Спасибо, мам.
—Как успехи? — спросила она.
—Посмотрите, — Кора развернула лэптоп и нажала на кнопку. На слайдах были фотографии Кети вместе с другими пловцами: в бассейне, на сборах, болея за команду, на вечеринках и ужинах, которые тренер любил устраивать до сборов, в городе на концертах для сбора средств для команды.
Мама улыбнулась и похлопала Кору по плечу:
—Красиво получилось. Уверена, родители Кети оценят, сколько труда вы вложили в эту работу.
—Да, хотелось бы мне то же сказать о моей речи, — пробормотала я. У меня вышла половина страницы, и звучала она как-то жалко.