Руны везде
Шрифт:
Пока я любовался картой, стукнули в дверь, и вошёл давешний молоденький сержант с подносом, на котором стояли стаканы крепкого чаю. Он шустро подал всем чай, вышел и снова зашёл, только на подносе расположилось блюдо с бутербродами. На аккуратно порезанный хлеб навалили ломти копчёной колбасы. Боец к первому подошёл ко мне.
Я взял с тарелки самый аппетитный на вид кусок и кивком его поблагодарил. Он поставил блюдо на карту – прямо на наше расположение – и вышел. Впрочем, вряд ли сержант разбирался, он поставил тарелку просто возле
Я протянул тарелку Косте и Паше. Дёмин проворчал:
– Дай сюда. Я тоже ещё не евший… – и забрал блюдо к себе. Поставил где-то на вражеской территории.
Мы вдумчиво жевали бутерброды, запивая крепким чаем. Надо же, комполка призвал нас до завтрака! Видимо, дело предстоит серьёзное. Дёмин пережевал очередной кусок, хлебнул из стакана и молвил:
– Тёму решено запустить первым. Кем решено, не ваше дело, просто знайте, что я не возражал. Итак, после обеда батальон Артёма должен прорвать фронт.
– Вот дела! – воскликнул Костя. – Столько времени не прорывали, а тут Артём!
– Да, чудеса, – кивнул майор. – Но они просто объясняются, – он юмористически посмотрел на сурового Пашу и перевёл взгляд на Костю. – Вот ты прямо сейчас сядешь в танк и поедешь в усиление обычной атаки.
– Слушаю! – вытянулся в струнку боярин Гаев.
– Ну и побежал, – буднично сказал майор.
Капитан Гаев бодрым шагом вышел из помещения. Я проводил его глазами, открыл рот и посмотрел на Дёмина.
– Гаев ещё вчера получил технику, – проговорил майор. – Так что он в курсе, что всё не просто так.
Но даже если ты боярин и друг хрен пойми кого, ты всё равно маленький офицер и подчинённый, майор мне сказал:
– А ты за ними. Пойдёте после обеда!
– Поесть дадите? – буркнул я исподлобья.
– Конечно-конечно! – широко улыбнулся Дёмин.
– Ну ладно, – взял я с тарелки новый бутерброд. – Тогда трынди дальше.
– Чего тебе? – растеряно переспросил майор.
– Излагай теорию, – подсказал Паша. – Один пень боярину до обеда нечего делать.
Дёмин растерянно посмотрел на меня.
– Да проще всё, майор, – ухмыльнулся я. – Ты забыл поставить нам задачи.
– А! – воскликнул Дёмин. – Вы после обеда должны навалиться на врага, прорвать фронт и в ночь пройти по его территории, чтобы создать угрозы!
– Пообедать успеем? – спросил я серьёзно.
– Сказано же – «После обеда», – сурово молвил майор. – Успеете нажраться!
– А чего тогда вызвал до завтрака? – удивился я, закусив четвёртый кусок хлеба с колбасой.
– Ты же друг Кости? – уточнил Дёмин. – Вот чтоб знал, какой оно ценой. И учти, что поддержат Костю мои батальоны. Все до единого. Тоже прям сейчас пойду, хоть я тебе и не друг…
– А Ваня Котов где?! – всполошился я.
– Точно не друг, – сказал майор. – А Ваня пойдёт с тобой к врагу… – он вздохнул или охнул и едко проговорил. – Ну, пошли все по боевым частям! – Андрей Дёмин извиняющимся тоном проговорил нам в спины. – Мне тоже надо
Дальше ничего интересного. Всегда забавлял вопрос, на что же тратят время командиры? А его всегда есть, на что потратить. Всегда ж не уверен…
Обошли с вепрем Ваней машины своего батальона, тут нарисовался Иван Котов. Очень рад видеть и почему я сразу к нему не пришёл? И очень вовремя я с тотемным кабаном, а то у него тотемные только рыси близнецы, Миша и волк Вася, а прочувствовать танки некому.
Обнял я братишку, насмотрелся на его весёлое лицо и пошли мы к его машинам. Ну, двигатели не снимали и серьёзных работ не устраивали, вепрь говорил только о ходовой, пушках, да каких поломок нужно ждать в ближайшее время. Ваня Котов мрачнел, а я лишний раз убеждался, какая отдача даже от одного кабана в батальоне. А у меня их, слава всем богам, аж шестеро, да пятеро у Кости Гаева!
И ни одного больше не отдам даже Ване Котову – парни не мои, а боярина Алексея Плохих, он за каждого кому угодно порвёт зубами глотку. На том и стоим. Иначе, кому нужны даже очень сильные маги?
Получил Ваня на время моих рысей, только потому, что учился с ними и со мной в Корпусе, и хватит. Не станет Вани, не будет у батальона рысей, сразу отзову. И каждый боец это отчётливо понимает. Берегут Ваню.
Ну, что ещё я могу сделать для него на войне? Обо мне бы кто так беспокоился! Покормили обедом славно – спасибо Родине и народу – и полез я в это железо. Дождался команды по рации, поехали на предварительную позицию, и по зелёной ракете я сказал мехводу Ване:
– Вперёд, – и скомандовал беру Стёпе. – Фугасный, а наводчику Ильюше. – Цель – окопы. Как всегда…
Вторая у всякой порядочной войны проблема – когда уже всё это закончится! Нанёс я руны на броню, отчётливо чувствую командиров. Зашибись! А что командиры почувствуют все враждебные взгляды через прицелы и что они просто увидят все снаряды, которые летят в них, чтобы их убить, я мог предположить?
Хоть в прицел не смотри! Но я же сам хотел вывести войну на другой, магический уровень! Вот и кушайте, не хнычьте. Оно вот так в реальности, просто люди всего этого не видят. А ты сука маг, чувствуешь, как они пугаются, для них оно тоже необычно!
Ничего ж хорошего, когда тебя хотят убить! И стреляют из пушек – натурально летят снаряды. Само собой я сразу озверел и отметил как-то отстранённо, что маги почувствовали моё зверство.
Отлично понимаю, что моя способность обо всём отвлечённо думать – плохой психический симптом и мешает мне в жизни. Но тут она проявилась очень вовремя. Сам себе испытатель!
Сразу нащупал «ручку громкости», то есть степень, с которой я обменивался эмоциями. Интересно, что задавалась громкость настроения лишь одним регулятором – «громкость» парней убавлялась, но и сам им тогда не заорёшь.