Руны везде
Шрифт:
– Славно, – сказал я. – Тогда назови координаты, куда мне править, – и подсказал. – Посмотри по карте, там всё просто.
– Угу, – сказали мне и рассеянно добавили. – Кстати, не рассчитывайте на внезапное появление, немцы слушают эфир. Для проверки пошлют самолёты.
Это осложняет ситуацию, но не делает её критичной. Говорю раздражённо:
– Координаты давай.
Уже хорошо понимаю, что держать в голове всю карту просто для меня, мага и военного, а обычные люди так не могут.
Я врага ещё видеть не мог, а мне подсказали, что пора готовиться. Приказал десанту пока спешиться, а машины развернуть в боевую линию. Всего через четверть часа движения увидел в оптику линию вражеских машин, что нас поджидали. У противника тоже есть авиаразведка.
Европеец вынужден разделиться, сотня танков встречает меня, да ещё сотня где-то за горизонтом бабахает пушками вместе с танками Кости. Вполне ожидаемое решение противника: одна половина должна сдерживать меня, пока вторая разбирается с батальоном Гаева. Даже у половины европейцев перед ним численное превосходство – сотня четвёртых «панцирей» против шестидесяти трёх «рысь-2».
Нас же больше заботит другой вопрос – кто со своими справится быстрее и будет помогать товарищу. Мои враги стоят на позициях, им спешить рвать дистанцию ни к чему.
Такое поведение многое усложняет, но кое-что делает проще. Нашим проще целиться в неподвижные машины. Командую в рацию:
– Косая атака. Авангард батальон капитана Котова.
– Слушаю! – отозвался Ваня.
Самое оно для реализации численного превосходства, у меня ведь сто сорок машин против сотни. Метод, придуманный в моём мире прусским королём Фридрихом, а тут просто приём без чьего-либо авторства. Суть простая, навалиться основными силами на вражеский фланг, прорвать фронт и охватывать, стреляя вдоль построения.
Тут главное не спугнуть раньше времени, потому едем на врага всей линией со средней скоростью и стреляем, только танки Вани чуть-чуть быстрее. И часть моих сил, словно уклоняясь от выстрелов, берут немного правее.
С дистанции в километр ускоряемся. Всей бандой мой батальон присоединиться к атаке Вани не может, кто-то должен сковывать неприятеля. Немец почуял недоброе, стал отползать задним ходом. Но это точно не решение проблемы, тут поможет лишь контрудар, а для него необходимы резервы. А они сейчас воюют с Костей Гаевым.
Машины с правого фланга ворвались в европейскую линию, теперь для них весь вражеский строй удобные мишени. Да я успел сократить дистанцию до трёхсот метров, на немца действует рысье подавление.
При таких делах европеец попытался убежать от этого ужаса, куда глаза глядят и облегчил работу. Стёпа без устали подаёт бронебойные снаряды, Илья отстреливает врагов, ставших мишенями.
Победу праздновать не стали, выстроились в линию и поехали на помощь своим, лишь по дороге постреляв по живым ещё немцам фугасными снарядами и из пулемётов.
Ха! Мысли сходятся
Устроил он свалку, сам пошёл в ближний бой, тут только успевай поворачивать башню. В этом опытные танкисты разбираются намного лучше недавних выпускников европейских училищ. Главный плюс, основные вражеские силы практически выведены из боя, они не могут стрелять без риска задеть своих.
Немцы от русских такой подлости не ждали и даже растерялись. Вот же рядом самая настоящая война, а они никому не нужны. Танки врага потерянно водили стволами пытаясь поймать в прицел русские танки, и тут такие мы. Чисто чтоб не обижались больше.
Удачно мы атаковали, враги хорошо стояли, и все наши снаряды нашли, кого пробить. Немногие враги успели повернуть к новой опасности, но ведь и мы не спешили. Ближний бой вполне предсказуемо закончился победой батальона Кости Гаева, и он сразу атаковал случившегося рядом врага. Немецкие танки оказались под огнем с двух сторон и быстро закончились.
Мы основательно добили неприятельских танкистов и взяли на броню своих парней, кто потерял машины. Вместе с Костей остались ещё без сорока танков, двадцать пять парней убиты, тридцать ранены. Пр-р-роклятай война!
Я по рации доложил о результатах боя и нам приказали ехать в близлежащий посёлок на отдых, и чтоб обустроить раненых. Больше всех потеряли практикантов. А Петя так гордится, что он стал отдельным батальоном при армии, и его вообще направили на практику к самому боярину Большову.
Наверное, уже не рад. Само собой я пообщался с парнем, поговорил о его службе и жизни. Так этот удивительный человек как-то умудрился дорасти до старлея и не участвовать в чисто танковых боях.
Встретил он войну командиром «ратник-28», потом переучился на «рысь», но так же поддерживал пехоту, просто тащил войну вместе с солдатами без подвигов и рейдов. Спокойный и уверенный облик Пети прямо говорил, что он не представляет себе, зачем ещё нужны танки. Вернее не нужны, а что на них можно вытворять.
Из Петра должен получиться хороший командир БМП или БТР. В принципе вполне нормальный взгляд на танки. Они же как слоны – каждый видит своё применение, что кому ближе.
Но специализированные машины пока не придумали, так что попал Петя ко мне на стажировку. И хоть встречные танковые бои дело для него непривычное, парень не растерялся и хорошо сделал свою работу. Не боги горшки обжигают, и цели везде – просто цели. Или ты или тебя, ничего нового.
А потери на войне неизбежны и всегда у кого-то их больше. Я всё сделал, чтобы в нас стало трудно прицелиться, но ведь все к тому приложили всё умение, а танкисты Пети это умеют ещё хуже всех.