Рунный камень
Шрифт:
– Кровь только отмыть не забудь, – посоветовал Женька. – Говорю последний раз – если кто-то ещё колеблется, решайте всё быстро. Потом времени передумать уже не будет. Вы точно хотите сунуться в средневековую мясорубку по доброй воле и в трезвой памяти?
– Слушай, Жень, – влез Кирилл. – Вот я одного не понимаю. Ты ж вроде как эгоист, чего ты о наших задницах так печёшься.
– Не о ваших, – ответил Женька. – О своей. Не хочу из-за чьей-то нежной психики пострадать. Меньше новичков – меньше проблем.
– А себя и Дениса ты, стало быть, не к новичкам причисляешь, студент?
– А
На это возразить уже не вышло. Оставалось только ждать, пока люди Готфрида и обоз дойдут до Хюгельдорфа. Удалось даже нормально поспать, хотя казалось бы, какой сон может быть в скрипучей телеге? Но усталость и переутомление взяли своё, и большая часть пришельцев из будущего заснула тяжёлым сном без сновидений едва лишь поняли, что в ближайшие часов двадцать никаких интересных событий не предвидится.
Разбудил их Готфрид, когда отряд глубокой ночью пришёл к Хюгельдорфу.
– Вы готовы? – спросил он без долгих предисловий.
– Да, – ответил Денис.
– Ты можешь сказать, чем они там сейчас занимаются и сколько их?
– Колдуют, – маг на секунду замялся, прислушиваясь к магическим возмущениям. – Пытаются как-то поддержать свои отряды магией. Основная масса крестьян совсем не прочь разбежаться, и только это колдовство ещё удерживает их перед врагом.
– Они собрали верных семь тысяч голодранцев, – сказал Готфрид. – Так говорят слухи, но я уже научился отличать домыслы от правды. В этот раз слухи не лгут. Но всё равно, Трухзес фон Вальдбург перережет этих разбойников как свиней.
– Если маги завершат свой ритуал – крестьяне будут стоять до последнего, – сказал Денис. – Их придётся рубить на куски, чтобы они перестали сражаться. Трухзес не устоит. Даже если он победит – у него останется только горстка калек. Вслед за этим его начнут один за другим предавать недавние союзники. Пополнения отрядов не будет. Очень скоро под знамёна мятежников придут все, кто может держать оружие. Страна утонет в крови, знать вырежут до последнего младенца, а города и замки уничтожат их собстьвенные жители, добровольно и с радостью.
– Это пророчество?
– Нет, конечно. Скорее, это их планы. Заговорщикам нужно стадо, нужно, чтобы люди жили на этих землях, ковырялись в своих наделах и не признавали никакой иной власти, кроме слова колдуна. Если мы не помешаем, у них может получиться.
– У них не выйдет, – отрезал Готфрид. – Мы убьём этих колдунов, ты, и я! Эти земли снова будут моими.
– Будут, – вздохнул Денис. – Куда им деваться? Земли убежать не могут, ног у них нет.
– Верно подмечено! – Готфрид захохотал и хлопнул мага по плечу. – Отдыхай! Я пошлю за тобой, когда будет пора выступать!
– Шутка, прямо скажу, не фонтан, – сказал Женька, вслед бандиту. – Как раз на его уровень. Не замечал за тобой столь глубокого знания дипломатии.
– Будешь приключаться с тобой в одной компании, и не так раскорячишься, – отмахнулся Денис. – Ты мне лучше ответь, сможешь ли сеть завалить, когда мы туда войдём?
– В какой-то мере, –
– Что значит "в какой-то мере"? – подозрительно осведомился Денис.
– Работать она перестанет, – начал Женька и замялся.
– Так и хорошо!
– Но вряд ли надолго, – закончил свою мысль маг.
– Не понял?
– Я лишу её функциональности. Вместо полезного эффекта белый шум пойдёт. А вот ломать можно только после того, как появится возможность толком поковыряться в рунах изнутри. Я не работал с такой энергетикой как там всерьёз, а изображать курицу-гриль как-то не тянет.
– Ладно, разберёмся, – вздохнул Денис. – Никто и не обещал, что будет легко…
Марш основной части отряда к Хюгельдорфу начался часа в четыре утра. Если бы не наколдованное магами ночное зрение, в переходе по холодному тёмному лесу кто-нибудь наверняка сломал бы себе ногу. Большая часть людей, около полутора сотен человек, осталась ждать на краю леса. С магами, кроме Кирилла, Данилы, Валерки и Галины пошли только полдюжины аркебузиров, пятеро мечников и сам Готфрид. Сделать неприметными большее количество людей Женьке не хватало ни сил, ни опыта, даже с помощью книги.
К счастью, деревенские сторожа в столь поздний час уже сдались, не выдержав ночного бдения, так что через поле отряд бежал, не особо скрываясь. В домах у подножия холма не горело ни единого огонька. Столь же тёмной была и церковь над деревней, но и Денис, и Женька чувствовали давящую атмосферу сложного магического ритуала. В церкви работал маг, и не из последних.
Лестница поднималась к воротам церковной ограды по крутому склону холма. У подножия отряд ненадолго задержался. Денис замер, словно прислушиваясь к чему-то, а потом резко взмахнул рукой. Ступеньки покрылись изморозью.
– Идём! – сказал маг. – Надо подняться бегом, пока их сторожевые руны не могут нас почувствовать!
Если бы раньше кому-то из ролевиков сказали, что можно бежать в темноте по обледенелой лестнице вверх, да ещё с такой скоростью, они бы ни за что не поверили. Но сейчас, под воздействием момента, к воротам церкви они просто взлетели.
– Дай-ка я, – Женька положил руки на окованные металлом толстые дубовые створки ворот. За его спиной тяжело сопел после утомительного бега Денис. На другой стороне двери что-то поползло и упало. Ворота отворились. Маги переступили через толстое бревно засова под ногами. Ещё одна короткая пробежка, и они встали перед высокими резными дверями церкви.
– Ну что? – шёпотом спросил Женька. – Входим громко, или…
– Или очень громко! – кивнул Денис. – Давай!
– Стрелков ко мне! – скомандовал Женька. – Оружие на изготовку!
Шестеро стрелков встали около мага. Яркими искорками тлели фитили запалов. Рядом встали с мечами наголо и люди Готфрида. Валерка, Данила и Кирилл с одолженными в лагере аркебузами встали чуть позади общего строя.
– Берегите глаза, – маг поднял руки. – Возможны брызги.
Между ладонями Женьки полыхнула ослепительно-белая огненная дуга и скрутилась в огненный шар. Затем он размытой полосой огня хлестнул по тяжёлым створкам церковных ворот.