Рулетка колдуна
Шрифт:
Верховный Друид стоял в ужасной бледности и ничего не отвечал.
— Дон Эспиро, — сурово проговорил магистр Кардоса, — ты повинен в серьезном государственном преступлении. Я подвергаю тебя аресту и смещаю с должности Верховного Друида, пока не соберется большой синклит Кардоса.
— Наконец-то! — вырвалось у Большого Дэма.
Он прогудел:
— Я правильно понимаю, магистр Аррето, что ты больше не идешь походом на Ардос?
— Правильно, барон Кра.
— И готов заключить мир с Ардосом и Семиленом?
— Правильно.
— И
— Буду, барон.
— Магистр Аррето! — торжественно возвестил Большой Дэм. — Я снова у тебя на службе! Позволь — я лично пригляжу вот за этим, — Дэмдэм с отвращением указал на поникшего Эспиро.
— Лучшего я не мог бы желать до начала переговоров, — произнес маршал Эугидо. — Слава Астиалю, ты наконец разобрался, что к чему, дон Аррето. Боюсь, однако, что все обстоит ещё хуже…
Он посмотрел на магистра Кардоса, на недавних противников, как бы сомневаясь, говорить ли далее. Вианор кивнул:
— Верно, магистр Аррето, твой маршал прав. Внешняя измена — это ещё не все. В Кардосе составился заговор против тебя, дон Аррето.
— Даже так?
Магистр попытался взглянуть в глаза дону Эспиро, но тот опустился в траву и упорно смотрел в сторону.
— Я не буду объясняться перед этими еретиками и колдунами, Аррето. Клянусь, я все разъясню тебе. Я…
— Желаешь ли ты выслушать, что мы имеем сообщить тебе, магистр Аррето? — спросил Веселин. — Как ни противно мне общество дона Эспиро, но лучше, если он останется здесь.
— Договорим уж до конца, — тяжело вздохнул магистр Аррето. — Ну, какие ещё осталось вскрыть гнойники?
— Вскрывать гнойники — к выздоровлению, магистр Аррето, — спокойно заметил Тикей Йор. — Что касается заговора, то, вероятно, тебе и маршалу Эугидо придется большую часть расследовать самому. Мы знаем только, что в нем состоит кое-кто из рыцарства Кардоса и едва ли не все друиды. Их цель — теократия, а не просто орден. Кардос насквозь разъеден этой язвой. Твой маршал — один из немногих людей при дворе, кто не втянут в него. И знаешь, какой у них тайный знак? — «Астиаль алла».
— Признаться, — мрачно отвечал на это магистр Аррето, — я склонялся к тому, чтобы прямо здесь заключить союз с Ардосом и Семиленом для борьбы с Сэпиром. Но теперь, король Веселин, и ты, магистр Тикей, поймите меня правильно, я вижу, что Кардосу не до войны с Черным Сэпиром. Когда я выступал в поход, то думал, что Ардос идет против Кардоса. Теперь же ясно, что на нас свалилось худшее — Кардос против Кардоса.
— Мы всегда готовы помочь тебе, магистр Аррето, — заверил Веселин.
— Благодарю от всего сердца. Что — это, похоже, ещё не все?
— Не все, дон Аррето, — подтвердил Вианор. — пора рассказать о твоей семье. Видишь ли, граф Эспиро Кардиани предал тебя трижды — не только вне Кардоса и внутри его. Он предал тебя и как друг.
При этих словах бывший Верховный Друид попытался вскочить с места, но могучая рука Дэмдэма Кра легко осадила его:
— Сиди,
Вианор продолжал:
— Браннбог Трор говорил тебе, что мы разыскали твоих детей. Твоя дочь Тинция уже замужем — за гарифом вастаанов Данчи, это в восточном Куманчире. Барситам было велено убить детей, но они не привыкли к такому и просто бросили её в степи. Три дня за ней присматривала самка барса, отгоняя стервятников, а потом мимо ехали вастааны, и барсиха привела их к ребенку. Тинция выросла свободной, как член их рода, больше того — как избранная, ведь барс — это сильный зверь и сильный знак. Сейчас она уже не помнит ни своей матери, ни отца, ни того, как их захватили барситы во время набега. Но ты можешь не радоваться этому, друид Эспиро, — вдруг заметил Вианор, — Тинция все вспомнит в свой срок.
— Что же до мальчика, — продолжал Вианор, — то его выходил шаман Цуйчи. Дуанти жив. Ты можешь поговорить с ним прямо сейчас.
Вианор повернулся и сделал знак группе всадников из сопровождения:
— Дуанти!
— Огонек! — прогудел, казалось, на все поле Большой Дэм. — Иди к нам сюда!
Навстречу подошедшему Дуанти поднялся магистр Аррето. Они молча стояли один против другого, молодой и старый, рыжий и седой, пожирая друг друга глазами — и наконец, так же молча шагнули навстречу и обнялись.
— Отец…
— Ничего, сынок, — бормотал магистр Аррето, — ничего…
И вновь будто зашипела гадюка — подал голос друид Эспиро:
— Кого ты слушаешь, Аррето? Да тебя же дурачат, как ребенка. Разве может что-нибудь доказывать внешнее сходство? Они нарочно подобрали этого мальчишку, чтобы водить тебя за нос.
Дуанти отстранился от отца, кинул взгляд на Эспиро — и вдруг побледнел, как полотно:
— Это он!.. Я узнал… я вспомнил! Он велел барситам убить меня и Тинцию.
Теперь побледнел, как смерть, Эспиро, а лицо магистра Аррето будто окаменело:
— Даже так? Даже так, Эспиро?!.
— Кого ты слушаешь, Аррето! — снова попытался вскочить Эспиро — и вновь был перехвачен богатырской рукой.
— Сиди! Сиди тихо, друид!
— Медальон, — напомнил Вианор. — Браннбог передавал тебе медальон.
— Верно, — признал магистр Аррето.
Он полез за пазуху, порывшись, извлек цепочку с медальоном и надел на шею сына.
— Возьмись за медальон указательным и большим пальцем правой руки. Должен прозвучать боевой сигнал нашего рода.
Он уже звучал — тихо, но явственно, будто за металлической скорлупкой был спрятан маленький органчик. Магистр Аррето вновь обнял Дуанти:
— Нашелся! Наконец-то нашелся!
Тут же он повернулся к Эспиро и спросил его голосом тихим, но страшным:
— Где Лоэния, Эспиро?
Эспиро смотрел в землю и ничего не отвечал.
— Этого он не скажет и под страхом смерти, дон Аррето, — заговорил Вианор. — К счастью, она жива, и мы теперь знаем, где она. Жаль только, что не удалось узнать это раньше.