Рулетка колдуна

Гейман Александр Михайлович

— Что, не убедил? А давай спросим Вианора.

И он окликнул волшебника у костра:

— Сэр Вианор! Тут молодой человек интересуется, кто победил в нашей с тобой битве!

— Вон то море, — спокойно отвечал маг, показывая на волны. — Да еще, пожалуй, один упрямый мальчишка-оруженосец.

Трор снова рассмеялся:

— В самую точку! Посуди сам, Грэм. За какие-то три дня ты летал на драконе, захватывал корабль корсаров, глядел в волшебное зеркало — в общем, испытал больше, чем иной за всю жизнь. Да ещё отхватил себе в учителя лучшего мага Анорины и не самого

плохого бойца, — неких Вианора и Трора. И самое интересное, что для этого тебе, сказать по правде, не пришлось особенно напрягаться. Ты любезно согласился на путешествие — и только. Так кто же в выигрыше от нашего давнего боя? Мастер Грэм! Вот это победа — не шевельнув пальцем. И когда, когда только, — рыцарь с напускной досадой пристукнул кулаком по колену, — я этому научусь!

— Когда поешь этой рыбы, — отозвался Вианор от костра. — Я думаю, это непременно поможет. Пожалуйте ужинать, сеньоры.

Они ещё не кончили есть, когда Вианор вдруг спросил:

— Как тебе рыба, мастер Грэм?

— У! Вкусно! — отвечал оруженосец с набитым ртом.

— А как тебе понравилась пещера дракона с волшебным зеркалом?

— О! Здорово!

— Ну, а урок рыцаря Трора?

Грэм перестал жевать:

— Я не ожидал ничего подобного, но… Хорошо бы мне когда-нибудь хоть немного научиться тому, о чем рассказывал сэр Браннбог. А почему ты спрашиваешь?

— Да я к тому, — отвечал Вианор, — что если мы застрянем здесь на острове, у тебя будет чем заполнить дни.

— А там, глядишь, — добавил рыцарь, — вылупится дракончик и подрастет. Остается подружиться с ним, — может быть, он-то и унесет нас отсюда на материк… лет этак через десять.

Грэм засмеялся, но двое других оставались серьезны. Оруженосец переводил взгляд с одного на другого.

— Я думал, вы стараетесь скорее попасть в Анорину, — сказал он наконец. — Ведь вы же хотите свергнуть власть Черного Сэпира, так?

— Насчет Сэпира — да, пожалуй, — ответил Вианор. — А насчет поскорее — совсем необязательно. Может быть, лучший путь к нашей цели — как раз оставаться на острове Дракона как можно дольше. И тогда у тебя будет редчайшая возможность пройти школу сэра Браннбога — если тебе это удастся.

— И заодно поучиться кое-чему у сэра Вианора — если удастся, — присовокупил Трор.

— И, возможно, вырастить ручного дракона, — добавил маг.

— Но мне совсем не хочется торчать на острове десять лет! — испуганно воскликнул Грэм. — Мне Эшпор-то опостылел.

Маг и Трор тихо смеялись.

— Я думаю, можно пощадить твоего оруженосца, Браннбог.

— Да, десять лет отпадают, — откликнулся Трор. — Нас как будто уже ищут.

Все замолчали, и вскоре отчетливо послышались шаги и голоса. Еще минута — и к огню выскочил Стагга Бу.

— Ага! — победно вскричал он. — Я же говорил, что это их костер!

Тут же появились капитан Хорс, а с ним — двое матросов и рыжий юнга. Дуанти подмигнул Грэму, и тот улыбнулся — никакой вражды он не ощущал.

— Капитан Хорс обещал доставить вас в Ориссу, — заговорил корсар, — и капитан Хорс берется это сделать. Правда, «Серый кит» разбила

буря, но это пока что не последний корабль на Ай-Крео.

— Милости просим откушать с нами жареной рыбы, — спокойно пригласил Вианор.

— Спасибо, сеньоры, но на корабле я могу угостить вас и чем получше, — отозвался капитан Хорс. — Если вы готовы, то мы можем идти в Ориссу прямо сейчас, ветер попутный.

— А почему нет? — согласился Вианор. — Очень было бы неплохо.

— Это я привел сюда капитана Хорса! — похвалился Стагга, хотя это и так было понятно.

— Ну, Стагга, что бы мы без тебя делали, — признал Трор.

Когда зашло солнце, Грэм уже лежал в трюме на тюфяке со своими друзьями. Он так устал, что почти не замечал качки и скоро задремал. И только перед тем, как заснуть, Грэм сообразил, что за весь этот день он так и не успел расспросить своих спутников ни о Черном Сэпире, ни о его загадочной рулетке.

Глава 5. Выбор Грэма Эрскина

В закатном небе Атлана появилась птица и кругами стала снижаться, все ближе и ближе к башне Сэпира. Впрочем, в городе мало уже что осталось от прежнего Атлана, это был уже иной — Черный — город, и с высоты это было особенно заметно. Пустые мертвые кварталы, какие-то пустыри, усыпанные черным щебнем и камнями, бараки для рабов и солдат, ужасные пузырящиеся трясины вокруг уродливого дворца нынешнего властителя Анорины — и это вместо прекрасного цветущего города с его белыми ажурными замками и дворцами из цветного стекла, с его висячими мостами через весь город, с фонтанами, площадями, садами, со всеми чудесами, простоявшими невредимо не одну тысячу лет. Такое зрелище могло вызвать крик ужаса и отчаянья у самой безмозглой анорийской птицы, но в крике этой серой твари не было скорби о былой Анорине. Скорее, её крик походил на злорадное уханье совы, а сама птица напоминала большого стервятника, и однако же, она не была ни тем, ни другим.

Уорф — а это был он, оборотень по воле Черного Графа, — опустился на подоконник башни, где располагался его хозяин, и вновь заухал. Окно раскрылось, и Уорф влетел в комнату. Он уселся на край стола и подобострастно уставился в лицо своего владыки — Уорф был одним из тех немногих, кто мог видеть настоящее лицо этого Графа-без-лица, — и он видел и ужасался.

— Значит, мой верный Уорф с новостями? — спросил Сэпир, сидящий у стола на жестком высоком стуле. — Ну, рассказывай, рассказывай…

Уорф жалобно вытянул шею и заухал. Черный Сэпир злорадно расхохотался, наслаждаясь мучением своего слуги.

— А пожалуй, тебе идет нынешний облик. Надо бы тебе его оставить. Ну, а голос я тебе подберу — на случай, когда нужно будет передать вести.

Уорф неуклюже слетел на пол и принялся нелепо подпрыгивать, всем своим видом передавая мольбу и отчаянье. Вдоволь натешившись его унижением, Черный Граф, наконец, соизволил вернуть Уорфу его человеческий облик.

— Ваше величество, — угодливо заговорил Уорф, все ещё сохраняя какую-то птичью позу. — Я спешил как можно скорее с важными вестями.