Рубин
Шрифт:
Ордерион оторвался от изучения текста и взглянул на фрейлину, уплетавшую рагу.
– И вы одна, без еды и питья, всю ночь бродили по лесу?
Не прерывая трапезы, фрейлина кивнула.
– То есть только наутро через день вас обнаружили?
Она вновь кивнула. Ордерион ничего не стал уточнять и вернулся к тексту. Изучив все требования фрейлины, он дважды пробежался взглядом по последней фразе на листе бумаги и со знанием дела кивнул.
– До момента выяснения всех обстоятельств произошедшего никто с этой заставы никуда не уедет, – предупредил принц. – Все воины заняты охраной периметра и поисками тел членов
Фрейлина прервала трапезу и показала два пальца.
– Я не могу выделить двоих для вашего сопровождения в Турем, – ответил Ордерион.
Она не сдавалась и показала один палец.
– А с одним воином вам ехать слишком опасно. Моего поступка никто не поймет: ни мой король, ни ваш.
Фрейлина закрыла глаза и медленно выдохнула. Каким бы ни был ее план, кажется, он рассыпался.
– Вы хотите занять в казначействе заставы две тысячи седоулов под гарантию их возврата вашим отцом, дером Утом, – продолжал Ордерион. – Это огромная сумма. Я даже не уверен, что здесь есть столько монет.
Фрейлина внимательно смотрела на принца и внезапно ему улыбнулась. Тепло, почти дружески и с каплей нежности во взгляде. Как если бы симпатизировала ему и принимала его ухаживания. Ордерион почувствовал секундное разочарование.
«Не с твоей внешностью, – прошептал внутренний голос. – Вспомни Миру. С чем ты остался после того, как купился на ее красоту?»
Отвлекли от прекрасного лица и весьма приземленных мыслей крики на улице. Воины, что ужинали в таверне, повскакивали с мест и бросились наружу.
Ордерион сел вполоборота на стуле и коснулся пальцами рукояти кинжала, спрятанного в ножнах на поясе. В помещение влетел Хорн. Он был непривычно бледен и как-то странно смотрел на своего принца.
– Там это… – Хорн запнулся.
– Да говори уже! – терял терпение Ордерион.
– Начальник заставы тебя зовет. Иди. Я за ней пригляжу. – Хорн перевел опасливый взгляд на фрейлину, которая уже прикончила рагу и отпивала маленькими глотками горячий напиток из чаши.
Ордерион сразу понял, что друг врет. И что именно фрейлины он по какой-то причине боится. Принц медленно встал, щелкнул пальцами и создал пульсар.
Фрейлина поставила чашу на стол и с интересом взглянула на Ордериона. Принц медленно отходил от нее.
Фрейлина сжала кулак и поднесла его к губам.
– Не шевелись! – приказал Ордерион.
Дера в ответ лишь улыбнулась шире.
– Кто ты такая? – успел спросить принц.
Она разомкнула пальцы, которые внезапно засветились ярко-синим. Провела ими по воздуху. Вокруг деры стал стелиться густой и плотный туман. Принц метнул пульсар в него. Яркая вспышка ослепила на мгновение всех, кто находился в таверне.
– Ерион! – услышал принц голос Хорна в стороне и будто очнулся от забытья.
Туман рассеялся. А вместе с ним исчезла и фрейлина, что только что сидела за столиком.
– Ты испепелил ее? – спросил Хорн.
– Думаю, она успела удрать раньше, чем в нее попал пульсар, – озвучил невеселые мысли Ордерион.
В этот момент подавальщицы, застывшие с мисками в руках, тоже пришли в себя, побросали посуду и с криками бросились наутек. Они обогнули хозяина таверны и скрылись на кухне. Сам хозяин медленно пятился, намереваясь, очевидно, ускользнуть тем же путем.
– Ерион? – позвал Хорн и успел
Ордерион обернулся и в дверях увидел деву с перепачканным лицом и в костюме для верховой езды. Ее бело-золотые волосы были собраны в косу и перекинуты через плечо. Голубые глаза смотрели на всех с опаской, а в руке она сжимала самый настоящий клинок.
Эта дева вне сомнений была точной копией фрейлины, которая только что исчезла у всех на глазах.
Рубин, не моргая, смотрела на пульсар, застывший в сажени от ее лица. Она знала всего двоих повелителей силы маны. Первая владелица таких способностей совершила покушение на отца Рубин, в результате чего принцесса осталась без матери. Вторым обладателем дара был ее отец – король Турема. Рубин и ее сестрам дара не досталось. Кто-то считал это благодатью, ведь обладать силой и уметь ее контролировать – не одно и то же. Но глядя на пульсар, Рубин очень жалела, что никак не могла от него защититься.
Она покосилась на лысого здоровяка, который держал в руке кинжал, и тут же перевела взгляд на длинноволосого инайца. Он стоял поодаль и с опаской взирал на нее в ответ. За его спиной располагался опаленный пятачок пространства с почерневшими стульями и столом. По меткам силы на руках инайца Рубин и определила, что владельцем пульсара являлся именно он.
– Ерион? – спросила Рубин, повторяя имя, которым окликал длинноволосого здоровяк.
– Дер Ерион, – поправил тот, и Рубин прищурилась.
«Кто в здравом уме станет отмечать свой титул в такой щекотливой ситуации? – подумала она. – Инайцы, кто же еще!»
– А вас как звать? – тем временем спросил незнакомец, даже не подумав спрятать свой прелестный пульсар.
– Дера Сурими, – соврала Рубин и мельком взглянула на доску трактирщика, висящую на стене.
Именно именем фрейлины она и представилась, когда вышла с поднятыми руками из леса прямо к заставе. И неважно, что Сурими погибла. Рубин опасно признаваться, что она принцесса Турема. Одна на чужих землях, без протекции и защиты… Слишком влиятельная фигура, которую можно похитить и вымогать потом выкуп. Служанкой тоже притворяться было нельзя. Слишком низкий статус мог поспособствовать искушению местных мужчин воспользоваться ее уязвимостью. Кроме того, любую служанку от деры несложно отличить по одежде и мозолистым ладоням. В такой ситуации выдать себя за фрейлину принцессы – лучшее решение. Фрейлина – это всегда дера, уважаемая дева в обществе, зачастую с состоянием за плечами. Фрейлину вряд ли станут насиловать или пытать, опасаясь возмездия от более влиятельных родственников и друзей деры. Даже если на кону информация о жизни или смерти принца целого королевства…
– Дера Сурими, – повторил инаец – владелец пульсара.
– Сурими, – поправила она. – Если уберете свою «лампу», я спрячу клинок.
Инаец хмыкнул. Видимо, шутка про лампу ему пришлась по нраву.
– Игрушку свою в ножны верните, и я погашу, – он улыбнулся уголками губ, – свою «лампу».
Рубин не спорила. Медленно спрятала кинжал, а инаец, как и обещал, погасил пульсар.
Принцесса только хотела уточнить, чем обязана такому «радушному» приему, как в таверну один за другим начали вбегать воины. Они быстро обступили Рубин и направили в ее сторону острия своих мечей.