Рубеж
Шрифт:
— Да, — ответила Базз. — Брюсс не просто использовал «Синий подъем» для причинения вреда ребятам. Он нашел способ при помощи игры нанести улью какой-то страшный ущерб. Такой страшный, что ты даже не решился сообщить детали собственной тактической группе.
Она пожала плечами.
— Внизу, в камерах меня ждет специалист по перезапуску. Как только вы получите от Брюса всю необходимую информацию, мы с этим специалистом начнем работу и убедимся, что три последних года полностью удалены из памяти. После этого его безопасно направлять на стандартное реабилитационное
Лукас растерянно взглянул на моего психолога.
— Да, после перезапуска памяти Брюс не будет представлять угрозу для улья. Адика только что принес тактикам базу данных «Синего подъема», поэтому тебе можно заняться перезапуском.
— Тогда я иду прямо в камеры. — Базз предупреждающе наставила на меня палец. — Эмбер, дизайнер одежды прислал нам образцы тканей и голограммы рисунков для других платьев. Мы можем посмотреть их на днях. Сейчас же постарайся повесить платье на плечики, а не бросить на пол.
Она вышла за дверь, и Лукас покачал головой.
— Полагаю, мне стоило понять, что нельзя скрыть мой страх перед Брюсом от Базз.
Он любил поговаривать, что лгать телепату непрактично. Сейчас я воспользовалась этой фразой, чтобы его подразнить.
— Непрактично скрывать слепой ужас от пограничного телепата.
Лукас рассмеялся.
— Итак, отклик Базз явно убедил и ее, и тактическую группу не задавать вопросы, а сделать все необходимое, чтобы не дать Брюсу угрожать улью. Теперь давай поедим, а потом мне нужно возвратиться в кабинет тактиков и подготовить все для последних мероприятий «Хеллоуина».
— Перед едой нам лучше переодеться, — сказала я. — Базз не обрадуется, если я пролью дынный сок на свое новое дизайнерское платье.
Лукас кивнул, и мы облачились в обычные костюмы. Я предприняла огромные усилия над собой и повесила платье, прежде чем сесть за стол. Как только мы покончили с едой, Лукас вопросительно посмотрел на меня.
— Хочешь присоединиться к планированию?
— В отличие от Бекета, я чувствую, что в ведении игры мы начинаем немного повторяться, — отказалась я. — Я побуду в парке, а позже приду и посмотрю, как у вас дела.
До лифтов мы с Лукасом дошли вместе, затем он вошел через укрепленные двери в оперативный отсек отдела, а я продолжила дорогу прямо по коридору в сторону парка. Провела обычный ритуал кормления птиц, а потом села за один из столов для пикника и закрыла глаза. Форж, вернувшийся в отдел прошлой ночью, казалось, вел себя с обычной беспечностью, но я беспокоилась, вдруг у него осталась травма от пробуждения в том контейнере.
Проводя переклички, я научилась мгновенно связываться с разумами моих ударников, поэтому мне было достаточно назвать имя Форжа, чтобы очутиться в его голове. Они с Рофэном занимались в спортивном зале. Рофэн поднимал гантели, а Форж стоял и наблюдал за ним. Обследования показали, что ребра целы, но правый бок еще болел после пинка Брюса.
— Ты быстро вернулся к обычному цвету волос, — заметил Рофэн.
Форж широко улыбнулся.
— Базз очень четко выразила свои чувства.
Рофэн положил гантели на стойку.
— Я думал, Базз посмеялась. Это была не шутка, так?
— Не шутка, — подтвердил Форж. — Базз сказала, я должен объяснить тебе проблему с волосами, если альфа-группа начнет ерничать. В раннем детстве она видела убийство, и дикая пчела отличалась очень светлой шевелюрой. Инцидент подстегнул телепатические способности Базз, поэтому ее память нельзя перезапустить и некоторые ситуации пробуждают прежнюю травму.
— Если альфа-группа начнет острить по поводу светлых волос, я постараюсь быстро сменить тему, — пообещал Рофэн. — Знаю, нереально перезапускать память ударников после каждого неудачного опыта, но иногда мне хочется, чтобы после пожара, повредившего мои легкие, была возможность пройти перемотку. Дым заставляет меня нервничать. А что ты чувствуешь в отношении контейнеров и других малых пространств?
— До сих пор не замечал проблем, — ответил Форж.
Я проверила глубинные уровни его разума. Форж говорил чистую правду. Пока он не испытывал трудностей.
Рофэн потянулся и обхватил друга за плечи.
— Нужно время, чтобы убедиться в отсутствии последствий. Мы много лазаем по узким темным местам. Это может улучшить дело, но может и ухудшить.
Форж рассмеялся.
— Базз говорит, у нее есть пара творческих идеи на случай терапии, если мне понадобится.
Рофэн уронил руки.
— От этих идей меня дрожь берет.
Я увидела в уме Форжа мысль о намерениях Базз, поспешно вернулась в свою голову и открыла глаза. Затем встала и двинулась на юг по тропе вдоль ручья, наслаждаясь теплом парковых солнц. Я намеревалась немного посидеть на скамье под кленом, но смущенно остановилась, увидев там Гидеона.
Он уже заметил мое появление, улыбнулся и похлопал по скамье рядом с собой. ягзшуз Я поколебалась, но пошла к нему. Уже несколько дней я хотела обсудить кое-что с Гидеоном. Из трусости я все откладывала этот разговор, но сейчас время пришло.
Глава 40
Мы с Гидеоном немного посидели в тишине, потом я заговорила:
— Разве тактическая группа сейчас не работает?
— Работает, но мне семьдесят лет, — ответил Гидеон. — Я могу уходить с совещаний, как только устану или плохо себя почувствую.
— Так ты болен? — встревожилась я.
— Я почувствовал, что заболел, в тот момент, когда Лукас сказал, мол, мы должны провести оценку опасности каждого из сотен испытаний «Синего подъема», — сказал старый тактик. — И думаю, что внезапно поправлюсь, как только появится более интересная работа.
Я рассмеялась и перевела разговор на тему, которую хотела обсудить.
— Эта скамейка стояла тут во времена Клер.
— Да. Это было ее любимое место в парке, потому что здесь так тихо. Большинство людей любили сидеть в районе для пикников, пока дети работников играли в дальнем конце у озера.