Роза с шипами
Шрифт:
– - Не смеши меня, Ройс, - оборвал я ход его догадок.
– Что за нелепые предположения, ты же не считаешь, что я всегда мечтал о том, как бы в течение своей долговечной жизни остаться несчастным, одиноким и спать на горе сокровищ. Мне ведь тоже нужна была императрица.
– - Поздравляю, Эдвин, - Винсент крепко пожал мне руку.
– Это по-настоящему благородный поступок. Не могла же Роза вернуться домой, после того, как столько времени прожила у тебя. Если бы даже ты дал ей сундук драгоценных камней в приданое, то все равно при дворе со скоростью лесного пожара распространились бы малоприятные слухи о том, что она якшается с нечистью.
– -
– я вопросительно посмотрел на Винсента.
– Уж не причисляешь ли ты себя или меня к лику святых?
– - Ну ты же знаешь какие злые языки у этих светских сплетниц, - попытался отшутиться он.
– Они бы раздули из искры пожар. Со мной -то случай особый, я не мог заработать на жизнь иначе, как чернокнижием, а вот за дружбу с тобой в человеческом обществе кого угодно отправили бы на костер.
Я представил Розу, вынужденную вернуться домой. Упала бы Одиль в обморок, увидев на пороге свою дочь в бесстыдном для такого возраста декольтированном вечернем платье, с гремлином на плече, который по-хозяйски держится за локон Розы и шипит на всех посторонних. Розу, которая в одной руке непременно бы сжимала корзинку, полную драгоценных камней, а в другой бережно несла колдовские книги. Прибавить к этому всему еще единорога, который охраняет в лесу повозку, груженную золотом, Ройса, ищущего рабочее место, и великолепные ожерелья и диадемы на Розе, которым позавидовал бы любой монарх. Для меня картинка получалась комической, но вот сочла бы Одиль все это смешным. У Розы бы конечно не за что не хватило духу продать украшения и купить себе на вырученные деньги небольшое поместье там, где никакая родня ее не отыщет.
– - Почему ты смеешься?
– удивился Винсент.
– - Так представил кое-что.
От нечего делать Роза рассматривала рисунки на изразцах, которыми были отделаны стены и печь.
– - Все картинки разные, - с видом первооткрывателя заявила она.
– Здесь изображены русалки, сирин и алканост, левиафан, медузы, а вот эта виньетка больше похожа на арабеску.
– - Ты всю ночь собираешься сидеть у печи?
– - Нет, - Роза поднялась от предохранительной решетки, над которой грела руки.
– Пусть Ройс отправляется в конюшни, а мы поднимемся наверх.
– - А можно мне с вами, - начал клянчить Ройс.
– Всего лишь небольшая экскурсия по замку и я ваш должник на всю жизнь.
– - Ты и так должник Розы. Если бы не она, лежать бы тебе уже давно на дне той реки, по которой мы плыли к ущелью.
– - Но здесь столько редкостей, я хотел бы все увидеть для расширения кругозора, - Ройс изо всех сил вцепился в последнюю возможность побыть еще немного в тепле и роскоши.
– - Пойдем, я покажу тебе самые интересные помещения, - худые цепкие пальцы Винсента, как наручник сомкнулись на запястье Ройса.
– Мы начнем с цокольных этажей. Я объясню тебе предназначение каждого хитроумного изобретения, которое мы найдем в пыточной, в первую очередь Железной Девы. Ты знаешь как она работает?
Ройс попытался вывернуться, но не смог. Винсент держал его крепко, как мошку, застрявшую в паутине и беспощадно продолжал.
– - Там есть специальный рычаг, палач крутит его и иголки со всех сторон жалят того, кто заперт внутри станка. Знаешь, почему Железная Дева носит такое название? У этой хитроумной машины форма женской фигуры, более грубая, чем та, которой ты пленился, но все равно небезынтересная. Оказаться внутри нее правда не очень приятно, но для тебя это было бы познавательно.
– - Так вы палач?
– взвизгнул Ройс.
– - Я сын виконта, - парировал Винсент.
– Причем старший, а не младший, - это уже был камешек в мой огород, точнее в сторону того беспечного принца Эдвина, который сотни лет назад захлопнул дверь перед носом у Винсента.
– - Мой папаша был волен на язык, точь-в-точь как ты и жестоко поплатился за это, - назидательно объяснил он Ройсу.
– Однако все к лучшему, если бы не столь болезненное падение и не жажда мести, то я может быть и не взялся бы вовсе за колдовские книги. В таком случае, как это не прискорбно, мы бы сейчас с тобой не познакомились.
Я со своей стороны предполагал, что Ройс предпочел бы никогда не знакомиться с Винсентом. Каким бы покладистым и работящем ни стал мальчишка, Винсент бы вечно обзывал его лентяем и предлагал вздернуть на дыбу.
– - Прекрати, Винсент, - приказал я.
– Давай покажем ему музыкальный салон, а потом уже препроводим на конюшню.
– - Я сыграю на лютне, - предложила Роза. Так она и сделала. Играла Роза не ради того, чтобы блеснуть музыкальным талантом, а в своей обычной колдовской манере. Когда ее пальцы касались струн, то гасли, то загорались свечи, какие-то тени проворно, но бесшумно отплясывали в полутьме. Вокруг исполнительницы летали яркой стайкой разноцветные бабочки, появившиеся из ниоткуда.
Несколько рядов кресел, обитых лиловой парчой пустовали. Винсент сам присел на краешек софы, а Ройса заставил слушать музыку стоя.
– - Ты, возможно, еще сделаешь карьеру солдата, поэтому должен привыкать к по стойке смирно, - объяснил Винсент.
Ройс не унывая разглядывал музыкальные инструменты: клавесин, гармонику, клавикорды, прикидывал сколько они стоят и думал, что неплохо было бы стащить потом одну из скрипок или арф. Зеркала в золоченых рамах и хрустальные люстры под потолком тоже привлекали его, но он уже в уме прикинул, что они легко могут разбиться, к тому же слишком тяжелы. Осколки дорого не продашь, заключил про себя Ройс и переключил внимание на тонкие пальчики Розы, легко порхающие по струнам. Бабочки, порхавшие по воздуху им в такт из разноцветных всем скопом окрасились в черный, потом в лазурный цвет. По тому, как довольно улыбается Роза, каждый раз когда веселая стайка изменяет окрас можно было сказать, что это ее волшебство.
Я опустился в глубокое кресло и чуть было не задремал под музыку. Гремлин легко запрыгнул мне на колени, отгрыз несколько пуговиц с камзола, чтобы тот немного распахнулся и свернулся клубочком у меня на груди. Очевидно, прикасаясь к моей холодной коже, он чувствовал тепло драконьего огня, пульсирующие внутри и чуть ли не урчал от удовольствия. Почему-то мне он уже не казался таким облезлым. Я только надеялся, что он не захочет почесать свои коготки о мою кожу точно так же, как о камзол.
– - Я бы спела еще кантату, но не хочу отнимать у Ройса то время, которое должно уйти на полезные дела, - игриво заявила Роза. Она закончила играть и салон стал прежним, никакой игры то вспыхивающих, то гаснущих свечей, ни вальса призраков, ни цветных бабочек, возвращение из иллюзорного мира в реальный.
– - Марш в конюшни, - Винсент подтолкнул Ройса к выходу.
– Надеюсь, теперь ты понял, что никто из твоих знакомых и даже твоих бывших начальников не смог бы заложить фундамент такого замка и не остаться после этого без гроша в кармане.