Роза с шипами

Якобсон Наталья Альбертовна

– - Как ты посмел оскорбить императора, - накинулся на него со своей стороны Винсент.

– - Императора?
– Ройс непонимающе воззрился на него, даже моргнул от удивления. Он не рассчитывал услышать, что кто-то, пускай даже пьяный, станет приписывать мне, дракону, королевское происхождение. То место, куда так боялась вернуться Роза, он, очевидно, тоже принял за нечто более легкодоступное и публичное, чем лучшие залы дворца ее величества королевы.

– - Похоже, ты не поверишь, пока не увидишь мой трон?
– иронически предположил я, схватил Ройса за шкирку и вытащил из лаборатории. Роза и Винсент вышли следом. Я запер своим обычным методом дубовую

дверь, благодарно улыбнулся, взглянув на перстень с печаткой, который перенес нас троих сюда и потащил своего пленника не в тронный зал, а на кухню. Я понял, что он голоден, как волк и продрог до костей. Одним мановением руки я разжег фаянсовую печь в углу кухни, заставил Ройса сесть на табурет, а сам уже решил было направиться в кладовку, но вспомнил, что даже там жесткой корки хлеба не найдется. Ройсу, по моему мнению, сошел бы любой заплесневелый бульон, но единственное, что я ему мог предложить это ароматную похлебку, булочку или марципан.

Пока я размышлял, также проголодавшаяся Роза уже лазала по кухонным шкафам в поисках пирожных, плюшек, слоек, пирожков или любых других кондитерских изделий, но нашла только коробочку шоколадных конфет и половинку ватрушки. Все остальное находилось как раз в том отделении шкафа, куда она побрезговала заглянуть. В обеденном зале нас давно ждал накрытый стол со всеми ее любимыми яствами, но не подозревающая об этом Роза вздохнула и изрекла:

– - Что ж, сегодня можно попоститься?

Она заметила в углу стола блюда с засахаренными фруктами и графин с сидром. И то, и другое показалось Розе весьма соблазнительным, но, сделав шаг по направлению к столу, она удивленно вскрикнула.

– - Опять вы?
– Роза подозрительно смотрела на Камиля, который с унылым видом сидел на низкой тумбочке. По его настроению и позе сжавшегося в комочек бродячего щенка можно было сказать, что наступил конец света. Каким образом Камиль пробрался ко мне в замок? Почему пренебрег своим обычным страхом вновь занять место в одном из лошадиных стойл в конюшне? Почему его не прельщали ни сладости, ни шербет, стоящие прямо у него под носом. Возможно, он, правда, впал в депрессию. Ведь вполне, может быть, что он уже привык к Ротберту и даже любил его.

– - Ну, спасибо!
– злобно прошипел он, заметив меня.
– И куда я теперь пойду, Эдвин? Назад в твои конюшни?

– - Но ты свободен, - произнес я, само слово "свобода" показалось мне волшебным, но Камиль не разделял моего восторга, похоже он привык влачить рабское ярмо.

– - Будь ты проклят, - вместо благодарности за ободрение прошептал он.
– Зачем тебе понадобилось лишать меня рабочего места?

На миг ему удалось смутить даже меня.

– - Князь использовал тебя и пренебрегал тобой, - слабо начал защищаться я от его упреков.

– - Он был не такой уж эгоист, - смело возразил Камиль.
– Он разрешил мне сторожить одну реку. На жемчужины, которые я в ней находил мне удавалось купить приличную одежду и еду. Ты никогда бы не стал так обо мне заботиться.

– - Я никогда и не приглашал тебя на службу, - возразил я и тут же понял, что одной этой репликой мне удалось ранить его еще больнее.

– - Тебе хорошо, - взорвался он.
– У тебя столько сокровищ, что ты мог бы скупить полмира, и еще бы осталось на карманные расходы. А куда теперь прикажешь идти мне? В театр, где у меня уже кончился срок контракта? На подмостки, с которых ты увел единственную звезду?

Бесполезно было объяснять Камилю, что я переманил Розу к себе не чтобы досадить ему, а совсем по другой причине.

Он вбил себе в голову, что я во что бы то ни стало решил увести у него единственную актрису, посланную ему самим провидением специально для того, чтобы помочь достичь громоподобного успеха. Даже если бы я попытался растолковать Камилю, что все обстоит несколько иначе, он бы все равно упорно продолжал верить в собственную версию.

– - Ее высочество тоже оказалась довольно жестокой, - разочарованно подметил Камиль.
– Еще два-три месяца назад она была такой отзывчивой доброй девушкой, а ты внушил ей интерес к колдовству, испортил такой покладистый характер. Внутренне она стала походить на тебя, смело сбежала от родителей, в надежде, что такой негодяй, как ты раздобриться и защитит ее. Она даже не пожалела того, кто приходиться ей дедушкой. Видишь, как дурно ты влияешь на всех, кто с тобой поведется.

– - Мой дедушка, наверное, со стороны матери, - глаза Розы вспыхнули живым заинтересованным огнем.
– Это правда?

Я уныло кивнул в ответ, не зная, какой реакции ожидать на такое нечаянное откровение.

– - Почему ты мне раньше не сказал, я бы потребовала с него приданое, - Роза обиженно прикусила нижнюю губы, ровные жемчужной белизны зубки прокусили тонкую кожицу до крови.
– Он ведь был князем и содержал всех этих теней.

Роза явно жалела, что упустила такой шанс.

– - А ведь если связать все ниточки твоего рассказа и того, о чем говорила мне мама, то получается, что мы прогадали, не признавшись твоему наставнику во всей правде. Выходило же, что я его единственная наследница.

Мне не нравилось, что Роза становиться такой же меркантильной, как Одиль, хотя я и понимал, что требовать приданое она собиралась не из жадности, а ради забавы. Ей интересно было хоть чем-то досадить чопорной родне, а потом посмеяться над ними. Я сам со смехом представил, как вытянулась бы помолодевшая физиономия Ротберта, если бы Роза объявила себя его единственной наследницей и потребовала бы из наследства небольшой аванс, чтобы хоть как-то покрыть расходы на свадьбу и праздничные гуляния в честь такого события для моих подданных.

Роза разочарованная тем, что упустила свой шанс нахулиганить, выронила из рук обитую розовым шелком коробочку в форме сердечка и конфеты с начинкой, как шарики раскатились по всем уголкам кухни. Откуда не возьмись резво выпрыгнул любимый питомец Розы и стал шарить лапками по полу, срочно спасая то, чем в противном случае могли полакомиться мыши или те же самые вылезшие из подвала химеры, которые когда-то обижали Розиного гремлина.

– - Ты даже в ущелье его таскала за собой?

– - Он прятался сначала у меня в кармане, а потом в волосах, - призналась Роза.
– Он даже пытался оцарапать духов, которые напали на меня.

– - Смелый малыш, - заметил я без иронии, раз Роза любит эту необычную зверушку, которая, задрав хвост, лазает по всем уголкам замка, то и мне она должна стать симпатична.

Гремлин успел подобрать одну из конфет, разгрыз ее острыми зубками и прожевывал. Его глазки-бусинки с уважением смотрели на меня. Кажется, с тех пор, как он смог понаблюдать за моими колдовскими маневрами в зале под куполом, я стал для него настоящим героем.

– - А что мы будем делать с ним?
– осторожно спросила Роза, указывая на Камиля. После того, как она поверила все-таки в его литературные призвания, то стала относиться к нему более уважительно. Еще бы, ведь он может сочинить еще какую-нибудь пьесу, в которой сделает саму Розу знаменитой героиней.