Росич
Шрифт:
Проходя мимо моряков один из пацанов нагло присел за их столик и взяв рюмку Песчанина залпом опрокинул ее себе в рот, после чего нагло ухмыляясь уставился на Антона.
– Хороша?, - поинтересовался Антон у быка.
– Ага, - нагло ответил тот.
– На здоровье. А теперь я попросил бы тебя оставить нас.
– Ты че хочешь сказать мариман.
– То, что у нас с другом серьезный разговор и он не для твоих ушей, - сказано это было столь спокойным и ничего не выражающим тоном, что бык почему-то сразу уверился в том, что с этими моряками не стоит связываться
– Значит базар между братанами, - решил все же сохранить лицо бык.
– Точно, - подыграл ему Песчанин.
– Это свято. Это уважать надо. Отдыхайте.
С этими словами бык поднялся и направился к своим дружкам которые в это время уже привязались к маленькой компании в углу зала. Похоже, что у парней дела шли на лад, да и мужики там были по плюгавей.
– Спасибо командир. Я бы так не смог, - пророкотал Гаврилов, - терпеть не могу эту шваль. Каждый раз как бываю на материке так попадаю в милицию а потом пол отпуска на губе.
– Из-за этого тебя поперли из пловцов.
– В общем и из-за этого тоже. Боевой пловец должен отличаться выдержкой, а я псих.
В это время из угла зала послышались звуки совестной перепалки быстро переросшие в потасовку. Песчанин чисто машинально взглянул в ту сторону и увидел мелькнувшее на мгновение в воздухе барахтающее руками и ногами тело мужчины в костюме. Но как не краток был этот миг, Песчанин все же сумел рассмотреть в этом, совершающем экзотический полет мужчине своего однокашника Звонарева Сергея.
– Не знаю как ты, Гризли, но я пожалуй вмешаюсь.
– Оно тебе надо, Антон. Ведь хорошо сидим.
– Надо Гризли, - поднимаясь из-за стола резюмировал Антон. Гаврилов тяжко вздохнув с сожалением осмотрел заставленный всяческой снедью стол и нехотя двинулся за командиром.
Быков было шестеро. Хороший счет, если учесть, что их жертвы уже были в отключке. То, что произошло дальше буквально заворожило всех находящихся в ресторане. Мелькали конечности, отлетали словно мячи быки, раздавались звуки хлестких ударов, стоны, вопли боли и надсадная брань. Все это продолжалось сравнительно не долго, не больше пары минут, а затем вдруг настала звенящая тишина. В углу зала на ногах оставались стоять только двое моряков возвышаясь посреди хаоса, из бесчувственных тел, лежащих вперемешку с битой посудой, опрокинутой и раздавленной едой, разбитой в хлам мебели.
– Ну что командир пошли?
– Только расплатимся. Официант, счет, - сунув Гаврилову пачку денег чтобы он уплатил и его долю, Антон подошел к приходящему в себя Звонареву. Тот сидел на пятой точке и тряся головой пытался реставрировать произошедшие события. Наконец он сумел сфокусировать взгляд на подошедшем к нему парне в военно-морской форме.
– Антон?
– Здравствуй Сережа.
– Ты как…
– Потом, все потом. Давай быстрее, не-то сейчас менты понаедут и погорел мой отпуск.
Звонарев ни за что не захотел отпускать Своих спасителей и уговорил их завернуть к нему домой.
Квартира была однокомнатной и обставленной по спартански, ничего лишнего, только то, что
После второй рюмки потянуло на разговор. Гаврилов дипломатично налегал на еду, давая возможность старым друзьям наговориться в волю.
– Значит так у тебя сложились дела, Антон. Ну у меня все гораздо проще. Лаконичное название части, куда я попал по распределению, означало всего лишь на всего оборонный завод, при котором имеется секретное конструкторское бюро.
– Ты не много выпил, Сережа.
– Нет. Не переживай никаких тайн я выдавать не собираюсь. Пока я так сказать на ознакомительном этапе. Знакомлюсь с тем, что уже известно, к новейшим разработкам пока не имею допуска.
– А как ты вообще оказался в конструкторском бюро?
– Ну на заводе я работал по командной части. Просто я в этом году заочно закончил радиоэлектронный. Сидел как то ночью и так ради интереса решил покумекать, увлекся и через несколько дней накумекал. Когда однажды ко мне в канцелярию с какой-то жалобой ввалился яйцеголовый кап-два, я сидел над своими чертежами и что то его в них заинтересовало. Он посмотрел, задал пару вопросов и вышел. Я так и не понял зачем он приходил, а через десять минут ко мне ввалились несколько особистов и без лишних церемоний скрутили меня, выпотрошили мои сейф и стол. Такой же погром устроили и дома.
Оказывается я с дуру умудрился набросать принципиальную схему новейшего вооружения, находящегося на стадии разработки. Ну никак особисты не хотели поверить в то, что я ни какой ни иностранный резидент и что сам дошел до этого.
– И как же ты выкрутился?
– Повезло. В общем у них один узел никак не мог склеиться, а в моих чертежах именно с ним то все было в полном порядке. Понимаешь. Даже если я все остальное и сдул с секретных чертежей, то этот узел никак не мог свиснуть, так как его то у них и не было. В общем система сейчас находится в стадии завершения, а меня под подписочку и от греха по дальше в подчинение тому самому кап-два.
– Действительно повезло.
– Чудны дела твои Господи, - вынес свое заключение Гаврилов.
– Ну за благоприятный исход текущего мероприятия.
Выпили. Добавили. Повторили.
– Ты говоришь чудны дела, - пьяно обратился к Гаврилову Сергей.
– Это разве чудеса, вот у нас за городом действительно чудеса происходят.
– Какие такие чудеса?, - не проигнорировал слова Звонарева мичман.
– Аномальная зона.
– Чего-о?
– Аномальная зона говорю. Я сейчас увлекаюсь в свободное время всякими паранормальными явлениями. А что, - на немой вопрос пьяно начал он отвечать, - со всякой электронной лабудой теперь на работе не продохнуть, это теперь не хобби, а просто работа, интересная, но работа, вот и увлекся так сказать в качестве хобби.