Ромашка с шипами
Шрифт:
— Кофе ночью — к бессоннице.
— Бессоница мне и так обеспечена.
— Ой, да ладно. Только не надо мне тут рассказывать, что ты будешь страдать, думать обо мне и выть на луну. Я не сомневаюсь: упадешь на подушку и вырубишься!
После этих слов я, даже без прощального поцелуя, захлопнула дверь перед его носом.
Артур
— А в чем конкретно проблема? — спрашиваю я племянника.
Блин, ну это надо
Трындец вообще!
Он что, думает, я ему сейчас дам волшебный совет? Щелкну пальцами, и она сама прыгнет ему на шею?
Идиот малолетний.
Не можешь завести девушку — иди соси пустышку и тряси погремушками!
Прямо я это, конечно, не скажу. Но сделаю так, чтобы он понял.
— Да, в общем-то, проблемы нет… — тянет Никита.
И мучает мою кофе-машину, тыкая куда попало, но только не туда, куда нужно.
Я подхожу, нажимаю кнопку, машина начинает урчать, а Никитос падает на стул.
— С ней все не так! — восклицает он. — Я от нее постоянно в ступоре.
Понимаю.
Ты даже не представляешь, насколько хорошо я тебя понимаю, дорогой племянник.
Меня она тоже вводит в ступор. И это касается не только мозга. Но и других частей тела…
Я весь — сплошной ступор!
— И ты пришел с этим ко мне?
— Ну, ты всегда давал мне хорошие советы.
Да, давал. Когда он решил замутить стартап с прокатом и починкой самокатов. Когда не знал, какой факультет выбрать. Когда рассчитывал, как лучше взять машину в кредит…
— Я аналитик. Математик.
— Ну. И это круто! Ты всегда все предвидишь. Учитываешь все вводные и выдаешь результат.
— Дурак ты, Никитос.
— Че это я дурак?
— Математика в таких делах не поможет.
Мне лично не помогает. Только отвлекает ненадолго.
И тут заявляется племянник и снова заставляет меня думать о той, кого я отчаянно пытаюсь выбросить из головы!
— Иди, — говорю я Никите. — Мне работать надо.
— А как же…
— Сам думай!
Мой недовольный племянник убрался, я снова сел работать. Но все застопорилось. Я больше не мог сосредоточиться.
Я с воскресенья не видел Еву. Ни разу. Не пытался с ней встретиться и очень старался о ней не думать.
Но сейчас у меня перед глазами маячат ее пухлые губы и распахнутые глаза. А еще — длинные стройные ноги и умопомрачительные зефирки, которые она прячет под футболкой.
Внезапно я вспомнил ее насмешливые слова: “Чего тебе стесняться, я все видела”. Блин. С самого начала все пошло через одно место!
Она увидела меня голым в день знакомства. А потом она вообще меня раздевала. Пьяного.
Она видела все… а я нет.
И мое оголодавшее воображение рисует очень горячие картинки…
Блин.
Как с этим бороться?
Глава 31
Артур
Дождь
Сегодня вечер пятницы. Завтра у меня должно было быть третье свидание с Ритой. Многообещающее свидаине… Но я улетаю в командировку.
Так получилось.
Новый заказчик хочет, чтобы я побывал на производстве и побеседовал с руководителями. Я и сам думаю, что это будет полезно. Можно было отправить кого-то из ребят… Но все же лучше увидеть все своими глазами.
Так что я написал Рите и извинился. Она отнеслась к новости с пониманием. Она вообще очень понимающая женщина. Спокойная, мягкая, предсказуемая.
Удобная.
Я ценю комфорт и отсутствие нервотрепки. Наверное, Марина права. Рита мне подходит.
Но думаю я сейчас не о ней.
Как и весь последний месяц, сегодня в моей голове хозяйничает Ева. Это какое-то наваждение!
Она и ночами мне снится. И днем стоит перед глазами. И даже когда я погружен в работу, от нее нет покоя. За потоком цифр на экране компьютера внезапно появляются ее насмешливые голубые глаза. А за вереницей графиков мне мерещится дерзкий изгиб ее губ…
Кажется, дождь закончился. Может, пробка, наконец, рассосется.
А, нет.
Небо громыхнуло, и снова полило, как из ведра. Реально, как будто небеса разверзлись! "Дворники" на лобовых стеклах не справляются с мощными потоками воды, и я почти ничего не вижу.
Сижу в машине, как в подводной лодке. И чувствую, что меня затягивает на дно. Во всех смыслах.
Такой бешеный ливень обычно не бывает долгим. И точно, он начал затихать. А через пять минут и вовсе прекратился.
Блин. Снова поток машин встал намертво. До дома осталось совсем немного, а я торчу в пробке…
Так, а это что, снова глюк? Юная длинноногая козочка в мокрой, плипшей к телу одежде, перепрыгивает через лужи. Придерживая сумочку и стряхивая воду с длинных волос.
Девчонка очень похожа на Еву… Да это она и есть!
Я открываю окно и кричу:
— Ева!
Она не слышит. Идет вперед, уже прямо по лужам, обхватив себя руками за плечи. Ссутулилась, дрожит от холода.
Пешком ей до дома минут двадцать. За это время она окончательно продрогнет…
Я глушу машину и выскакиваю на улицу. Бегу за ней. Слышу, как сзади усиленно сигналят — поток тронулся, моя машина мешает движению.
Пофиг. Подождут.
— Ева!
Я опускаю руку на ее плечо. Она вздрагивает и резко оборачивается.