Роковое влечение

Лукьянова Виктория

– Думаю, синий костюм тебе больше подойдет, – ободряюще отозвалась Аня, прикоснувшись губами к бокалу. Первый и единственный за весь вечер.

– Но замуж я не пойду!

– Как встретишь того самого, так и вспомнишь, что ты такая же мечтательная девчонка, как и мы. Любви захочется, дом и детей. И даже собаку заведешь или кота.

– У меня есть Иннокентий, – возмутилась я.

– Этот попугай-матерщинник тебе не пара, – хохотнула Ника. Кое-каким словам его научила она. Я лишь продолжила развивать талант у пернатого.

– О! Вот и наши закуски, –

я поспешила перевести тему, пока девчонки не начали подбивать меня на очередную авантюру. Потому что я была рисковой девчонкой и легко велась на слабо. Черт! Да меня можно было запросто развести на самый безумный поступок.

Остальные подхватили тарелки с закусками и тема про свадьбу как-то сразу себя исчерпала. После подоспели напитки, которыми, как оказалось, закидывалась в основном я. Помогала Ника, но каждый раз она утверждала, что это последний бокал. Даже с заплетающимся языком.

Вон и Мара повеселела, заболтавшись с Эммой, а Аня подсела поближе к Лере. Эти две девчонки вздумали обсуждать рецепты запеченного лосося на чертовом девичнике…

Нет! Я готова была взорваться! Все мои усилия по подготовке летели коту под хвост. Хорошо, что на помощь подоспел заказанный Супермен в трико и плаще. Вот его-то кубики растопили мое ледяное сердечко. Девчонки сразу примолкли, прикусив языки, а после вовсе залились румянцем, когда мой герой показал свои шикарные булочки.

– Это не мужчина, а сказка, – протянула я, щупая стриптизера.

И все как-то вышло из-под контроля. Ника хмыкнула, потом прикрикнула на меня, но я уже не могла держать себя в руках. Я же мужика живого полгода не трогала. Чертов кабальный договор с моим продюсером, который каждый шаг контролировал так, что хотелось не петь, а выть голодным волком на луну.

– Я любви хочу, – заныла, запуская руки в стринги стриптизера.

Кажется, у нас проблемы. Потому что товар трогать руками нельзя. Особенно так, как сделала я. Ущипнула мужчину за яичко. Но я же случайно! А он такой там… гладенький и горячий.

– Рокси, отпусти его! – Ника уже вцепилась в мои плечи. Аня расплескала остатки мартини по своему платью монашки.

Мара подоспела на выручку Нике, пытаясь отцепить мои будто парализованные руки от мужчины мечты. Лера обмахивалась ладонью и искала взглядом видимо тех самых секьюрити, которые должны были спасти нашу, то есть мою голову от местных амбалов.

А Эмма? Эмма просто пообещала оторвать мне руки после того, как мы выберемся. Добрейшей души человек.

***

Покидая прохладный салон такси, Йохан втянул становившийся привычным запах города. Пора действительно привыкать. Здесь, на родине матери он собирался обосноваться на годик-другой, пока не завершит задуманное. Так что, рассматривая творение Эрнеста Майера, невольно улыбнулся. Как же ему не хватало всего этого. Даже русской речи.

Пройдя охранный пост и предоставив карточку посетителя, он направился к лифту. Последний этаж.

В этом доме Йохан был впервые, но

знал очень много. Эрнест, конечно же, делился новостями со своей родней, к которой относился и Йохан Ван Ден Брук. Ловя в зеркале собственное отражение, он нахмурился. Нужно было побриться. Заросшее грубой щетиной лицо ни черта его не красило. Как и потускневший взгляд некогда ярких глаз, сводивших девчонок с ума. Обычно про него так и писали журналисты, неустанно следующие за молодым и амбициозным предпринимателем. Вот только если бы они все знали, что большей частью своих заслуг он обязан Эрнесту. Пожалуй, пора было возвращать долги.

Когда створки лифта открылись, Йохан сделал шаг вперед, прислушиваясь к тишине. Тут же должна быть шумная вечеринка? Или он что-то неправильно понял, получая от Эрнеста приглашение на мальчишник?

Пожав плечами, мужчина направился к дальней квартире, в которой жил его дядя со своей женой. Хотя, последний факт нисколько не волновал Йохана. Он даже понимал родственника в поспешности принятого решения. Увидев однажды Веронику, Йохан понял – либо такую сразу нужно окольцовывать и сажать под замок под названием «брак», либо она как ветер в поле умчится, и не поймаешь.

Ну а погулять по-русски шумно, на широкую ногу и от души он был не против. Все-таки вторая родина. Та самая, по которой скучаешь.

Нажав на дверной звонок, он дожидался, когда ему откроют. И кого бы он ни ожидал увидеть с той стороны, так точно не то, что его дядя откроет сам.

– Наконец-то! – Эрнест рассмеялся, обнимая Йохана за плечи. – Я уж подумал, ты заблудился.

– У вас проблематично дождаться такси, – проговорил мужчина, входя в квартиру. – А почему так тихо?

– А чего ты ожидал? – Эрнест изогнул бровь. Точно так, как делал всегда. Что-то все-таки никогда не меняется.

– Чуть больше шума, – хохотнул Йохан, следуя за дядей в гостиную.

Он рассчитывал, что погуляет от души, однако его встретили несколько пар глаз. И судя по лицам, которые Йохан уже успел изучить, потому что он никогда не приходил в гости без подготовки, были сплошь известные.

– Так, знакомьтесь, – Эрнест указал на мужчину, – Йохан. Я вам про него уже все рассказал. А это…

– Не нужно. Я заочно с вами знаком, – Йохан не терпел долгой и бесполезной болтовни.

– Черт, это ты! – откуда-то из глубины гостиной наперебой со словами приветствия послышался смутно знакомый голос.

Йохан повернул голову на звук и встретился с кристально голубыми глазами Кирилла Левина. К этой встрече он тоже был готов, хотя не ожидал, что Левин будет так напуган и удивлен одновременно.

– Я как голос твой услышал еще из коридора, подумал, что это Натан. Черт! Скажи, ты же этого деспота с собой не захватил?

Йохан усмехнулся. И почему его брата считали тираном? Вполне себе молодой и не менее успешный бизнесмен, сделавший имя в мире моды, а теперь уже лично продвигающий новых моделей. Рекламное и модельное агентства, в которых состоял Кирилл, приносило колоссальную прибыль Натану.