Рокировка

Петров Дмитрий Николаевич

— Вот глупая! — опять засмеялся Сема. — Все же хорошо прошло, чего ты дергаешься? На тебя никто и внимания не обратил. А на меня они как набросились, видела?

Людмила кивнула и поджала губы. Ей до сих пор было страшно подумать о том, что, не ровен час, на месте Семена, среди трех милиционеров, могла оказаться она.

— Ну вот, — сказал Семен, — меня как схватили, так и отпустили. Они меня ждали, оказывается, мне просто чутье подсказало. — Он весело улыбался, показывая белые зубы. — Пойдем вон в то кафе, — указал Семен на какую-то

забегаловку на углу улицы, выходящей к реке. И, не дожидаясь ответа, потащил Людмилу туда. Она не сопротивлялась — настолько была напугана и потрясена.

В забегаловке они сели за столик в углу, туда почти не доставал свет от тусклой лампы, висевшей под потолком. Народу было довольно много, как это часто бывает в дешевых питейных заведениях, но Людмиле и Семену никто не мешал.

— Спасибо тебе, — произнес еще раз Сема, когда она торопливо сунула ему сверток вместе с полиэтиленовой сумкой. Людмиле не терпелось избавиться от опасной поклажи. — Возьми свою долю, — добавил Сема, вытаскивая из кармана приготовленные, видимо, специально для этого купюры. — Тут пятьсот рублей, это тебе за помощь. — Он опять весело улыбнулся, и глаза его хитровато блеснули.

— Я не возьму, — забормотала Людмила. — Я не хочу. Нет, забери их скорее.

— Да ладно тебе, — успокоил ее Семен, запихивая деньги в карман ее пальто.

— Ты же мне помогла. А у тебя и так жизнь тяжелая. Возьми. И вообще, ты мне нравишься, я тебе давно хотел это сказать.

Людмиле стало неловко. Она засунула деньги в карман поглубже и задумалась.

Сбылись ее самые плохие предчувствия — Семен все-таки стал к ней приставать, как она и ожидала. Ни к чему хорошему это не приведет. Вадик, не дай бог, заметит, устроит скандал и выгонит Людмилу. А она решила держаться за эту работу. Дело в том, что заработки на новом месте были довольно приличные. Хоть и каторжная работа, зато платят хорошо.

А остаться одной, без покровителя, без поддержки Людмила не могла. У нее был не такой характер. То о ней заботилась мама, то муж, а теперь вот Вадик.

Конечно, ничего хорошего она от Вадика не ждала, но все же он оказался рядом в трудную минуту и помог устроиться. Ее это успокаивало, придавало уверенности в себе. Ей вовсе не хотелось, чтобы Вадик отвернулся от нее и перестал ей помогать. Как она тогда будет жить?

Людмила поежилась, представив, какой будет скандал, если Вадик заметит, что Семен к ней неравнодушен. От этой мысли по телу пробежала дрожь.

— Я на тебя смотрю и любуюсь, — продолжал Семен доверительным шепотом. — Ты так мне нравишься, даже слов нет.

Он говорил это горячо, нагнувшись к ней поближе через разделявший их столик. Людмила даже ощутила его взволнованное дыхание.

— Но ты же знаешь, что я с Вадиком… — прошептала она и осеклась. Кто же этого не знает?

— Конечно, знаю, — ответил Сема. — Вот я и удивляюсь: что ты в нем нашла?

Он же скотина, животное, ты что, сама не видишь? Неужели не понимаешь, что он за тип?

— А

ты что за тип? — вдруг возразила Людмила. Ей неожиданно захотелось высказать ему все, что она передумала в течение тех часов, пока шлялась по незнакомому городу с пистолетами в пакете. — Думаешь, ты лучше? — возмутилась она. — А это что? — Людмила указала на пакет. — Это же преступление. Тебя сегодня просто чудом не арестовали. А если бы ты не учуял, что тебя могут проверить? Что тогда?

Людмила перевела дух. Что это она так напустилась на него? Он, конечно, не прав, но ведь все закончилось благополучно и она в конце концов даже взяла деньги. Хоть и небольшие, но ведь взяла!

— Да не буду я больше тебя просить, ни о чем не беспокойся, — сказал с досадой Семен. — Я же не об этом. Раз ты так боишься, то не надо мне помогать.

Я с тобой о другом хочу поговорить.

— Вот и я о другом, — подхватила Людмила. — Я спрашиваю тебя: почему ты ругаешь Вадика? Пусть он свинья, я и сама это знаю. Но ты-то чем лучше?

— Я женщинами не торгую, — вдруг строго сказал Семен. — Я девушек под клиентов не подкладываю, запомни это. Хотя бы этим я лучше. У меня честный бизнес. Захотел добрый человек кого убить, ему пистолет нужен. Он у меня его покупает. Все чисто, никто никого не эксплуатирует.

— А кто торгует женщинами? — спросила Людмила, внезапно похолодев.

— Кто торгует? — злобно переспросил Семен. — А ты у него спроси, чем он занимается, паскуда. Спроси у него, спроси! А ты не подумала, зачем ему понадобилась? Пускай он тебе расскажет. Да ты и сама скоро поймешь. Весь поезд давно понимает.

Он не успел договорить, потому что Людмила, не в силах больше слушать Семена, вскочила и торопливо направилась к выходу. Хватит с нее, довольно!

Сначала этот Сема чуть было не погубил своей дурацкой просьбой, а теперь еще говорит такое.

Сема догнал ее, схватил за руку и пошел по улице рядом.

— Ты что, обиделась, что ли? — спросил он.

Людмила не отвечала, а только ускоряла шаг. Он был ей неприятен: и его слова, и его прикосновения. Она будто вновь погрязла в грязи. Что-то часто с ней такое случается за последнее время.

— Ты не обижайся, я же вижу — ты хорошая, — извиняющимся голосом говорил Сема, почти насильно останавливая ее. — Я же вижу, что ты не такая, просто у тебя что-то в жизни не сложилось. Я же, жалея тебя, предупредить хотел, — бормотал растерянно Сема.

— Не надо меня жалеть! — выкрикнула Людмила, расплакалась и ушла. Она брела по улице и рыдала. Несколько раз ее пытались остановить сердобольные прохожие, но она только ускоряла шаг.

Она и сама не ожидала от себя такой реакции. Наверное, подвели нервы — сказывалось и вечное напряжение в последнее время, и события сегодняшнего дня, и эти глупые слова Семена о Вадике. Торгует женщинами!.. Какие страшные и отвратительные слова! Надо же придумать такое! Впрочем, чего еще ждать от такого человека, как Семен.