Рисуко

Кудлер Дэвид

Сердце успокоилось, я перевела дыхание и услышала низкий голос лейтенанта Масугу.

– Уверяю вас, леди, это была не она.

Голос леди Чийомэ был холоднее обычного.

– Рискуете честью из-за крохи? Той, чья честь не сравнится с вашей?

Тишина, мое сердце снова забилось быстро, ведь она оскорбляла мою семью.

А тихий голос Масугу-сана прозвучал резко, как крик сокола:

– Это не Мурасаки. Она спасла наши жизни.

– Хмм, - она цокнула языком. – Пока вы думаете, что это проделки

духов, кто-то пролезает в вашу комнату, Масугу.

Он фыркнул.

– Думаю, духам мои бумаги не нужны. Братишки сказали, что врагов в округе видно не было.

– Может, да. Может, нет. Но я не хочу, чтобы привязанность к девочке ослепила вас.

Масугу пробормотал что-то, что я не услышала.

Мои плечи дрожали из-за усилий удержаться на месте, но я не могла двигаться. Мне нужно было знать, в чем меня подозревали. Внизу я увидела Фуюдори у ствола дерева, ее белые волосы напоминали снег, сияли, и она еще сильнее, чем раньше, напоминала призрака.

– В любом случае, Чийомэ-сама, - сказал Масугу-сан, - это не найдено. Оно надежно спрятано в дымоход.

– Хорошо, - проворчала леди Чийомэ. – Планы лорда Такеды нельзя отдавать, лейтенант. Не забудьте. Мой юный друг, вам ведь еще нужно побыть среди леди, да?

– Да, госпожа, - ответил Масугу, но без особой радости.

– Возвращайтесь в комнату, Масугу, дайте старушке поспать.

– Да, госпожа, - сказал он, и я услышала его ровные шаги по ступенькам.

Я не успела спуститься, как услышала голос Чийомэ-сама:

– Заходи, Рисуко. Ты простудишься, если будешь так висеть на окне.

19

В паутине

Мои дрожащие руки застыли, словно заледенели. Опустив голову, я увидела, что Фуюдори исчезла. Я одна попала в ловушку.

– Поспеши, Рисуко-чан, - сказала леди Чийомэ тихим пронзающим голосом. – Не хочу звать Ки Сана охотиться на тебя. Он тебя сбросит, и все будет только хуже.

Руки задрожали, спина болела от усилий и холода. Я втянула себя в окно комнаты Чийомэ-сама.

Она была меньше, чем я ожидала. Почти все место занимала большая черная кровать, похожая на огромный паланкин, вычурный, как и Чийомэ сама, у входа туда были кресло и стол. Оставшееся место занимали татами, посреди которых был маленький столик, за которым она и сидела, скрестив ноги. На столе было много разноцветных вещиц.

– Доброе утро, белочка, - сказала, фыркнув, леди Чийомэ. – Мило, что ты решила присоединиться. И таким необычным путем. Даже Миэко не сделала бы так во время обучения без помощи. Я впечатлена.

Я рухнула на колени, потрясенно глядя на татами.

– Спасибо, Чийомэ-сама.

– Хмм, тебе ведь не помогали?

Никто?

Я подумала о Фуюдори, что уговорила меня подняться и исчезла.

– Никто, - сказала я.

Она коснулась пальцем носа и сказала:

– Да, - сказала она. – Впечатляет, - расправив плечи, она посмотрела на меня. – Что ты услышала, Рисуко?

– Н-ничего, госпожа, - пролепетала я.

– Не ври мне. Ты была у окна до того, как ушел Масугу.

Я знала, но не могла не смотреть на старушку.

– Как…?

Она зловеще улыбнулась.

– Девочкам любопытство не к лицу. Скажи, Рисуко, что ты слышала?

Желудок сжался, но мне словно придал сил Ки Сан.

– Я…

Она ждала, не мигая.

Я глубоко вдохнула:

– Вы говорили с Масугу-саном обо мне. Можно ли мне доверять. О том, что я сделала… что-то. Не понимаю, о чем это. Он говорил что-то о духах?

Она фыркнула.

– И ты решила сыграть в духа-лиса, Рисуко-чан?

Я растерянно моргнула.

– Заходила, как кицунэ, в комнату Масугу-сана? Кто-то играл там.

– Нет, Чийомэ-сама! – потрясенно вскрикнула я. – Нет!

Мы сидели и смотрели друг на друга, сердце грозило взорваться в груди. Наконец, старушка кивнула и сказала:

– Может, нет. Может, нет, - она покрутила пальцами одну из цветных вещиц на столе, это оказались камешка разных размеров, выкрашенные в яркие цвета и расставленные на бумаге, испещренной линиями и каллиграфией. Наверху было написано Страна восходящего солнца. Ухмылка вернулась. – Знаешь, что это, белочка?

Я хотела покачать головой, линии вдруг обрели форму, и я узнала их.

– Это карта. Японии?

Она хлопнула в ладоши, радуясь.

– Ах, молодец. Твой отец не потратил твое детство зря. Можешь найти нас на карте?

Хмурясь от концентрации, я смотрела на карту. Я нашла родную провинцию Чистоты на востоке. Много красных камней было севернее, слева, а на юге – много синих, и один большой зеленый камень по центру, где был мой дом. Я коснулась камешков, а потом последовала по синей ленте реки к Сосновому берегу, темная линия показывала дорогу Восточного моря, по которой мы шли, и это было всего недели назад? Казалось, это было в другой жизни.

Отслеживая наш путь по провинциям, среди моря красных камней больших и маленьких, к горам, я нашла южный край провинции Темного письма. Там было больше красных камней, это напоминало гарнизон в рисовых полях. А еще была крохотная отметка полной луны. Камешки там напоминали острые пики, такими булавками мама иногда пользовалась, когда чинила нашу одежду. Края булавок были красно-белыми.

– Вот, - указала я.

– Отлично, моя исследовательница. А что здесь? – она коснулась пальцам большого скопления возле Императорского города.