Рискованная игра
Шрифт:
Виктор Алексеевич, глубоко затянувшись, вдруг закашлялся и, резко затушив папиросу в пепельнице, громко выругался:
— Чертовы папиросы! Не табак, а опилки и дерьмо одно стали класть! Этих бы сволочей — бизнесменов и директоров табачных фабрик — самих заставить курить, посмотрел бы я тогда на их лица!
Полковник Перов понял, что крепкие слова были направлены в первую очередь в сторону руководства ГРУ и Вооруженных сил, которые не обеспечили техникой оперативную группу Митрича.
Впрочем, недовольный взгляд Сергей Дмитриевич ощутил
— Что замолчал? — недовольно бросил генерал полковнику. — Продолжай радовать больного человека.
Митрич смущенно почесал лысину.
— Радовать больше нечем, — вздохнул Перов, — но и расстраиваться не стоит!
Хозяин кабинета откинулся в своем кресле и укоризненно покачал головой.
— Начал за здравие, — грустно подытожил доклад полковника Перова генерал-майор, — а закончил за упокой!
Сергей Дмитриевич не стал спорить и возражать «сбежавшему» из госпиталя начальнику, хотя и не был согласен с оценкой ситуации, которую озвучил генерал-майор.
На мгновение в кабинете повисла тягостная пауза, и собеседники, задумавшись, отвернулись друг от друга. Виктор Алексеевич взял со стола пепельницу, медленно встал и не спеша пошел к урне. Выбросив окурки в мусорницу, хозяин кабинета в том же темпе вернулся к столу и сел на прежнее место.
— Одним словом, — нарушил паузу Константинов, — вопросов много, а ответов нет!
Полковник Перов неопределенно пожал плечами.
— Да… есть такое, — согласился с Константиновым бывалый оперативник, — но самый главный вопрос в этом ребусе, который не дает мне покоя, это…
Генерал с интересом повернулся в сторону собеседника.
— И какой, позвольте узнать?
Перов выпрямил свое массивное тело.
— Сколько заинтересованных группировок приняли участие в этой детективной истории? — ответил Митрич и добавил: — На кого работал снайпер? Кто любитель ребусов, который спутал все карты, думаю, не только нам, но и всем участникам спектакля?
Генерал Константинов молча смотрел перед собой, по-видимому, стараясь найти ответ на поставленные вопросы.
— И кто был на светлом «мерседесе»? — в добавление к сказанному задал вопрос то ли себе, то ли невидимому собеседнику озадаченный следопыт. — А в том, что это были ребятки из силовых ведомств, я почти уверен! Вот так-то, Виктор Алексеевич, вопрос на засыпку!
Генерал-майор провел рукой по усталому лицу: Константинов чувствовал себя не лучшим образом.
— Это, Митрич, уже не вопрос, — многозначительно заметил хозяин кабинета, — а целый пакет вопросов! И этим пакетом, как ты уже надеюсь, догадался заниматься не кому-нибудь, а лично тебе.
Сергей Дмитриевич удивленно поднял голову.
— А генерал Чернышев?
— А что генерал? — недовольно фыркнул Виктор Алексеевич. — Генералов у нас, как кур нерезаных! Он, в отличие от нас, без наград и работы не останется.
— Да, но… — попытался возразить Перов, — пойдут разговоры…
Константинов недовольно стиснул зубы, понимая, что отстранить
— Мы подыщем ему более «ответственную», но бумажную работу с секретными документами, — нашел выход Виктор Алексеевич. — Пусть перекладывает их с полки на полку и пишет аналитические заметки, разрабатывает план операции.
Митрич энергично запротестовал.
— Так он мне все дело завалит! — заявил полковник.
— Не завалит, — заверил генерал–майор. — Пока он план разработает, мы с тобой десять раз этот холдинг «Витязь» по кирпичикам разберем.
Сергей Дмитриевич понял намек генерала и самодовольно расплылся в добродушной улыбке. Он одобрительно хмыкнул и хотел было предложить некоторые условия для успешного хода операции относительно оперативной группы и технического обеспечения, однако не успел: по селектору раздался приятный женский голос старшего лейтенанта Зубовой:
— Виктор Алексеевич, вас спрашивает генерал-полковник ФСБ Беспалов Иван Васильевич! Соединить?
Хозяин кабинета удивленно посмотрел на полковника Перова, словно тот был в чем-то виноват.
— Хорошо, Наташа, соедини! — разрешил своему секретарю генерал-майор.
Полковник Перов проворно встал, готовый покинуть на время разговора с важным чиновником кабинет своего начальника, однако генерал махнул рукой, чтобы тот оставался на месте.
— Сиди! — приказал он.
Митрич молча сел на стул и, достав из пачки сигарету, медленно и чинно закурил. Виктор Алексеевич снял трубку с аппарата и, прикрыв ее нижнюю часть, тихо прошептал сослуживцу:
— На ловца и зверь бежит!
Полковник, не зная, что отвечать, только молча кивнул. Генерал-майор ГРУ бодрым голосом произнес в трубку:
— Константинов у аппарата!
— Добрый день, Виктор Алексеевич, — раздался знакомый мужской голос.
— Добрый!
— Это беспокоит тебя Беспалов.
— Я это понял, Иван Васильевич, — весело ответил генерал-майор ГРУ. — Рад тебя слышать, дорогой. По делу звонишь или так, по-приятельски?
В трубке раздался глухой смешок.
— Одно другому не помеха, Виктор Алексеевич, — ответил Иван Васильевич, — хотя скорее по делу.
Генерал Константинов приосанился.
— Я весь внимание, Иван Васильевич, — серьезным тоном сказал разведчик.
На связи возникла небольшая пауза, но если бы собеседником Беспалова был кто-нибудь другой, а не опытный разведчик, то, по всей вероятности, не заметил бы некоторого замешательства звонившего.
— Мне кажется, мы могли бы быть полезными друг другу, — сказал фээсбэшник, — точнее, одно ведомство другому.
Генерал Константинов недоуменно нахмурился и, чтобы выиграть время для размышлений и анализа ситуации, простодушно сказал: