Рис Инари
Шрифт:
— Розовый… — протянула Рен мечтательно.
— Ладно, пусть я буду розовой! — смирилась я, глядя на всю эту красоту.
— Почему тебе так не нравится этот цвет? По-моему, это очень красиво. Кстати, я стала замечать, что он у тебя меняется. Ты раньше была ярко-розовой, почти цвета фуксии. А теперь твой оттенок стал гораздо мягче, — сказала Рен, дуя в воздух и подбрасывая вверх слетающие на нас лепестки.
— Пыльная пудровая роза, — буркнула я.
— Что?
— Да, так ничего, — отмахнулась я.
— К тому же, розовый —
— И маленьких девочек! — фыркнула я, смахивая падающие розовые лепестки.
— Могущественная хозяйка очень красивая! — поддакнул Бакэ.
— Да ну тебя. Вовсе нет. Это просто шанс на выбор. Розовый — это как надежда. Надежда на будущее. Если у надежды и есть цвет, то он — розовый, — заключила Рен.
— Глупость несусветная, — усмехнулась я и пощекотала Рен одним из своих розовых хвостов.
Мы с ней обе захихикали, но тут вдруг за нашими спинами хрустнула ветка.
Я вскочила и ощерилась лисьими дротиками, готовая кинуть их в неприятеля. Я молниеносно приняла боевую стойку, распушив все мои три хвоста и, как никогда, понимая, что хвостов у меня мало. Только то, что я увидела через миг после своей боевой трансформации, заставило меня открыть рот и убрать огненные дротики.
— Ой, Аика! — раздался восторженный писк Рен у моих ног.
Подружка встать не успела. Она только перекатилась со спины на живот и теперь смотрела, так же, как и я, открыв рот, на представшее перед нами зрелище. А посмотреть и в самом деле было на что!
Перед нами стоял во всей красе мужчина, которого природа совершенно точно не обидела, когда раздавала свои дары. Его длинные белые волосы спускались густым снежным каскадом на широкие плечи. Правильные черты лица дополняли чуть узковатые, хитро прищуренные глаза. Но самое главное — у него был идеальный торс со всеми положенными кубиками, как у античной скульптуры, которые так и просились, чтобы их пересчитали шаловливыми пальчиками. В общем, у меня только что слюнки не потекли, и очень сильно захотелось «это» взять себе и никому не отдавать.
«А если я его в свою Инро засуну? Он туда, интересно, влезет? И как бы его, когда я буду оттуда доставать, слюной не закапать?» — мысленно задала я самой себе идиотские вопросы.
На незнакомце были только штаны. Вся остальная одежда отсутствовала.
— Ой, Аика… Это все мне? — вдруг пискнула Рен, а я захлопнула рот, а то и в самом деле слюни потекут на «это».
— Ты кто? — придя в себя, довольно невежливо бросила я.
— А на кого похож? — спросил этот «греко-римский» в ответ.
— Да вот, пока не определились! — выдала я.
— А так? — и на голове у «греко-римского» появились две пары белых лисьих ушек.
— Ой… — снова выдала Рен.
Она вообще, по-моему, кроме как ОЙ, ничего членораздельного сказать была не в состоянии.
Но, как выяснилось, я поторопилась с такими выводами
— Учитель Нобу Итиро!
«Это Учитель!? Да твою ж дивизию! Его же только в борделе за деньги показывать разгоряченным дамочкам. За очень большие деньги!» — продолжала размышлять я, и не думая кланяться.
Я старательно разглядывала Нобу Итиро, начиная от белых пушистых лисьих ушей и заканчивая штанами. А потом и вовсе уставилась в хитро прищуренные лисьи глаза. Хвостов, кстати, он не демонстрировал, что говорило о его самых мирных намерениях… Ну или то, что он сильно выгорел, в чем я определенно сомневалась.
До Рен дошло, что я впала в ступор, и она хвостом отвесила мне подзатыльник. Только после этого я опомнилась и склонилась в поклоне:
— Учитель Нобу Итиро!
— Рад познакомиться, девочки! — дал нам понять, что можно отмереть, веселый голос.
Мы с Рен дружно выпрямились и во все глаза уставились на Учителя Нобу Итиро. До этого Рен, по ее словам, видела его только издалека и, наверняка, в одежде, поэтому сразу и не узнала. А я так вообще столкнулась с ним впервые.
Только вот его следующий жест и слова мне очень не понравились, и я напряглась.
— Это еще что? — и он указал на Бакэ, жавшегося к моим ногам и прячущегося в складках моей одежды.
Я быстрым движением постаралась спрятать Бакэ в Инро, но, неожиданно, у меня это не получилось. И тут вдруг Учитель Нобу Итиро прищурился и выпустил в Бакэ тоненький огненный дротик. Если бы он попал, то непременно спалил бы мою храбрую сандалию. Только я успела выставить щит, заслоняя Бакэ, а потом, подхватив его на руки, переместила на плечо и скомандовала:
— Бакэ, держись! — и почти тут же почувствовала, как меня дёрнули за волосы, это означало, что Бакэ крепко за них ухватился.
Я отпрыгнула в сторону и выпустила в Нобу Итиро точно такой же тоненький дротик.
Даже если бы мне каким-то чудом удалось в него попасть, то он бы не причинил большого вреда. Просто поцарапал, наверняка даже и не до крови.
Но я, разумеется, не попала. Нобу Итиро точно, так же, как и я, ушел от дротика и пульнул в меня следующий. Я отпрыгнула, перекувырнулась и выпустила по нему сразу несколько.
— Ах, так! — послышался довольный голос, и в меня тоже полетело сразу несколько тоненьких стрел.
Я рухнула в свежую невысокую весеннюю травку, перекатилась и, вскочив, выпустила еще несколько стрел. Так мы и пулялись друг в дружку. При этом я ставила щит, а вот он нет. Он каким-то образом все время уклонялся, перемещаясь очень быстро. Далеко мы от расстеленного на земле пледа не отдалялись. Каждый четко понимал, что это всего лишь игра, но выиграть должен был кто-то один.
— Аика! Ты уверена, что это правильно: кидаться дротиками в Учителя? — вдруг прозвенел взволнованный голосок подруги.