Рис Инари

Дез Олла

— Может быть. Но тебе могло и повезти! И тогда бы дом тебя принял. Вдруг монстр внутри оказался бы слабее тебя? Терять тебе все равно уже было нечего, — пожала я плечами.

— Верно… — протянула Рен.

— Ну и еще один вариант — заявиться в любой из Замков. Не важно, в какой. В тот, в который бы ноги принесли. Можно было бы и к Владыке Псов-инугами заявиться. Ну, или к нашему Владыке. И устроить там… истерику или дать бой. Тут уж как пойдет. Но в любом случае — бороться! А что сделала ты?!

— Я сидела в спальне и боялась выходить

на улицу, потому что была уверена, что дом меня больше не впустит. А еще плакала. А когда Шиджеру и Сабуро ушли к людям, стало совсем невыносимо. Но они все время ругались. Шиджеру винил Сабуро, а тот кричал на Шиджа. Они только и делали, что орали друг на друга или сидели и смотрели в одну точку. А потом сказали, что так больше продолжаться не может. Что это их разрушает. И ушли к людям, — поведала мне Рен.

— Убью обоих, как вернутся, — пригрозила я, стиснув зубы.

— Правда? — затаив дыхание прошептала Рен.

По всей видимости она тоже, как и Бакэ, посчитала меня всемогущей.

— Правда, — мрачно подтвердила я.

Оставить девочку одну? Она, между прочим, спасла Учителю Шиджеру Дзиро жизнь. А они, видите ли, разрушаются! Зла на обоих не хватает. Ну, от Кио чего-то подобного стоило ожидать. Но Шиджеру!

— Когда они ушли? — спросила я.

— Месяц, — нахмурилась Рен, — Может больше. Я в последнее время все больше спала.

— Кио помирился с Юри? Она стала синей? — полюбопытствовала я.

— Да, — кивнула Рен, — Юри стала синей. Обычно не выпускают на задания с тремя хвостами, нужно ждать пяти, но и Шиджеру и Кио Сабуро ходили к Владыке и взяли всё под свою ответственность. Юри тоже было плохо. Она ушла на испытание сразу за тобой, но вернулась очень быстро. Она плакала, Кио ее утешал. Обещал, что сделает все, что она захочет. И он просто не мог ее оставить тут одну, — и Рен закатила глаза и улыбнулась, — Любовь.

Я же, увидев ее довольную моську, весело расхохоталась. Рен не меняется!

— Не так, Рен! — смеясь поправила я, — Любофффф! И ресничками вот так «Хлоп, хлоп»! — вспомнила я один забавный фильм.

Мы с ней весело покатились со смеху, потому что у меня любви в ближайшее время точно не ожидалось, а по тону, каким говорила об Учителе Шиджеру Рен, я поняла, что когда он ее бросил одну и не пытался бороться за ее жизнь, чувства лисички к нему сильно охладели. И в самом деле! Какая любовь после вот такого предательства?

Многое можно простить. Ошибку или заблуждение. Но предательство? Нет уж! Это без меня! А кроме, как предательством, лично я это назвать никак не могу.

Весь оставшийся день мы с Рен ничего толком не делали. Валялись на кровати, читали книгу заклинаний. И ее и мою. У нее она не слишком, но все же пополнилась, а моя оставалась все это время на той же странице.

Я рассказала Рен про свое испытание. И про помощь Бакэ, и что без него я бы не выжила. Рен все время охала и ахала, округляла глаза и прикрывала ротик ручкой, подавляя вскрики.

— Я

бы не справилась, — сделала она удрученный вывод.

Я ничего не ответила. Потому что была с ней согласна. Она бы не справилась. Да и мне, наверняка, засчитали мое испытание из-за просто грандиозного упрямства и жажды жизни. Я вырвала или, точнее, выгрызла свой третий хвост. Скорее всего и то, что испытание было на терпение, тоже повлияло. Его я проявила в полную силу. Я не жаловалась, не рыдала. Я боролась.

Вечером, смотря в окно на кружащиеся снежинки, я спросила Рен:

— Рен, а откуда ты столько знаешь про ёкай и обакэ? Про монстров и призраков?

— Ну, так в детстве же сказки нам всем рассказывали!

— В детстве? Сказки?

— Ну да! — удивилась она, а потом спохватилась, — Точно. Ты же память потеряла.

— А у тебя где было детство?

— В Замке. Только вот я его плохо помню. Меня принесли туда маленькой девочкой-лисичкой.

— Кто принес?

— Я не помню, — наморщила лоб она.

— И как долго ты там жила? — снова спросила я.

— Пока хвост не появился, и я не стала розовой.

— А до этого какой была? — ничего не понимала я.

— Я не помню. Но, как все, наверное? Черноволосой или шатенкой? Не помню. Но там были разные дети. Мы жили все вместе. Нас было много в тех комнатах Замка. У нас были учителя. Но не такие, как Шиджеру или Сабуро. Девушки и парни. Они были простые. Периодически кто-то из детей исчезал, а кто-то, наоборот, появлялся. Но я плохо помню, что там происходило. А вот сказки, что рассказывали нам учителя на ночь, помню хорошо. Потом были уроки. Нас учили читать и писать. И снова рассказывали сказки. А потом у меня стало все болеть, начался жар и меня унесли в лес. Помню, учителя оставили меня в лесу на траве и ушли, — поведала Рен.

— Это у них хорошо получается, видимо, — саркастически хмыкнула я.

— Что? — не поняла Рен.

— Оставлять.

— Нет, я должна была или умереть или переродиться.

— Отличный план. А помочь? Нет? — снова хмыкнула я.

— А чем тут поможешь? — в свою очередь удивилась она.

А я вдруг поняла причину того, что она так спокойно отреагировала на то, что ее оставили одну, предоставив самой себе. И на Шиджеру она сильно не злилась. Влюблена больше не была, но и злиться тоже перестала. Просто однажды ее вот так уже оставили в лесу на перерождение.

— Спасение утопающих дело рук самих утопающих, — вспомнила я, — Ну, в принципе, знакомо. А дальше?

— А дальше я пришла в себя. У меня были розовые волосы и хвост. И я пошла потихоньку спускаться в Долину из леса. Меня просто очень сильно потянуло в один из домиков. Я вошла и увидала двух розовых лисичек. И комната для меня была уже готова. Ты появилась позже, — продолжила Рен.

— А в каком Замке ты жила? Их же два?

— Я не помню. Не знаю, в каком именно.

— А ты вот этих двух лисичек раньше видела в Замке? А меня?