Рикошетом

Коттон Л. А.

– Что?

– Ты еще не знаком с Хавьером, – этот парень был страшен как черт.

– Хавьер? Кто, черт возьми, такой Хавьер?

– Владелец байкерского бара на окраине города. Калли и Джози тусуются там иногда.

– Моя сестра тусуется в байкерском баре?

– Да. И как я понял, он очень привязался к ней.

– Я... Я даже не знаю, что сказать.

– Это хорошо, – я усмехнулся. – По крайней мере, я так думаю, – у Калли были свои люди. Джози. Хавьер. Фрея. Она нашла свою компанию

людей, на которых можно было опереться, и я очень гордился той девушкой, которой она стала.

– И все же мне не нравится, как это звучит. Байкерский бар... – он выругался себе под нос.

– Тебя не будет здесь в следующем году, и кто знает, где я окажусь в конечном итоге. Ей нужны люди рядом, Кэл. Люди, которым не все равно.

– Оуч.

– Это не... ты же знаешь, я имел в виду не то, как это прозвучало, – я тяжело вздохнул. – Но после смерти вашей мамы и после отъезда Мэдисон, которая живет своей жизнью, Калли приехала сюда сама...

Выражение его лица вытянулось.

– И мы оба подвели ее.

– Да, подвели.

– Так что нам лучше подумать, как, черт возьми, загладить свою вину перед ней.

– На самом деле, у меня есть идея.

– Есть идея?

Я кивнул.

Но сначала мне нужно было кое о чем позаботиться.

_______

– Зак, вот так сюрприз, – Виктория улыбнулась, но я увидел проблеск страха в ее глазах. – Ты хочешь...

Я протиснулся мимо нее и вошел в ее комнату в доме сестринства. Конечно, у нее была самая большая комната, переоборудованная из чердака. Из окна дома открывался великолепный вид на кампус, но я был здесь не для того, чтобы любоваться видом.

– О чем, черт возьми, ты думала? – рявкнул я в ту же секунду, как она закрыла дверь.

– О чем ты говоришь?

– Прошлой ночью, когда я принимал душ...

– О, ты об этом, – она откинула волосы с плеча. – Да пустяки. Я знала, что ты не захочешь, чтобы Кэсси вынюхивала что-то после того, что случилось с твоим отцом, поэтому я избавилась от нее, – она пожала плечами. – В этом не было ничего особенного.

– Ничего особенного... – я сделал прерывистый вдох. – Ты действительно такая гребаная мстительная сука, которая позволила ей уйти, заставив подумать, что мы трахнулись?

– Я никогда этого не говорила, – она надулась, хлопая своими длинными ресницами, как будто это сработало бы.

– Ты открыла дверь в моей рубашке и больше ни в чем. Я знаю тебя, Вик. Я знаю, что ты разозлилась на Калли в ту же секунду, как поняла, кем она была для меня, – я направился к ней, мои глаза сузились до опасных щелочек. – Ты ревнуешь, но чего я действительно не могу понять, из-за чего? Потому что ты переживала обо мне как о друге или ты настолько больна и извращена, что трахнулась бы с братом своего парня.

Хлопок. Звук ее ладони на моей щеке заполнил пространство между нами.

– Как ты смеешь? Я просто

пытаюсь защитить тебя. Ей наплевать на тебя, она просто...

– Она единственный человек, который заботится обо мне. Калли не охотница за хорошенькими спортсменами, Вик. Ей плевать, играю ли я в баскетбол или никогда в жизни больше не буду играть в него.

Она видела меня.

Не имя.

Не майку.

Не талант.

Она видела только меня.

– Зак, да ладно, – ее холодный фасад растаял, когда она попыталась дотянуться до меня. – Мы же друзья? Мы нужны друг другу.

– Нет, Виктория, – отмахнулся я от нее. – Мы не друзья. Мы никто. Держись подальше от меня и держись, блядь, подальше от Калли. Потому что, если ты этого не сделаешь, я позабочусь о том, чтобы все узнали, какая ты на самом деле коварная, эгоистичная сука.

Ее вздох заполнил комнату, но я не стал задерживаться, слушая ее мольбы.

Я покончил с ней.

И если бы она знала, что в этой жизни для нее будет лучше, она бы тоже покончила со мной.

_______

– Спасибо, мужик, – я чокнулся своим пивом о пиво Каллума. – Я бы не смог этого сделать без тебя, – мы стояли на террасе крыши моего дома. Она была небольшая, там было несколько горшков и старых садовых стульев, но вид был довольно милым.

– Я просто удивлен, что у моего старика все еще валялось все это.

– Как ты думаешь, они когда-нибудь разберутся во всем? – Калли и ее отец были разными мирами, и он действительно не заслуживал второго шанса, но, с другой стороны, и я тоже.

– Случались и более странные вещи.

– Как эта? Мы сидим здесь, пьем пиво и порем всякую чушь? – я улыбнулся.

– Да, именно.

Уютная тишина повисла над нами, пока Каллум не спросил:

– Как ты собираешься со всем справиться? Ну, знаешь, команда, нахождение в СУ?

– Я ни за что не уйду сейчас, – Калли была здесь, и я только что вернул ее назад.

– Я думал, ты скажешь, что...

– Пока я рос, я никогда этого не хотел. Я часто смотрел на Деклана и так восторгался им, его страстью к игре... но я ни разу не подумал о том, что хотел того же. Потому что в глубине души я знал, что никогда не буду светить также ярко как он.

– Да, понимаю.

– Но в одиннадцатом классе, когда я присоединился к команде, я был удивлен, как легко мне давалось это. А может и не был удивлен. Это было странно, знаешь ли, преуспевать в том, от чего ты отказывался всю свою жизнь. Честно говоря, я не знаю, чем сейчас забита моя голова.

– У тебя есть время. Но знаешь, что я думаю?

– Продолжай, я посмеюсь.

– Я думаю, ты этого хочешь, – сказал Каллум. – Ты просто слишком боишься того, что это значит.

– Ты говоришь как она, понимаешь? Ты говоришь совсем как Калли.