Рикошет
Шрифт:
— Ладно, тогда смотри. В тот день… когда я попыталась сбежать. Знаешь, не было ничего личного. Я бы хотела начать сначала, — я протянула руку, осторожно, чтобы оставаться в пределах комнаты, задаваясь вопросом, откусит ли он ее мне по запястье. — Мир?
Собака подняла лапу, положив ее мне в ладонь, и я пожала ее, давясь смешком.
— Так что, хочешь войти внутрь и побыть со мной?
Его голова склонилась набок.
— Все в порядке. Заходи. Давай.
Опустив голову, он сделал
Оказавшись внутри, он прошел мимо меня, обнюхивая вокруг, казалось, незнакомую ему территорию, судя по тому, как его хвост вилял из стороны в сторону, и сунул нос чуть ли не в каждый угол по пути. Пусть хоть все их обнюхает, мне все равно.
Делая глубокий вдох, я рванула к двери и захлопнула ее за собой прежде, чем зверюга смогла меня поймать.
Пять баллов за гребаную свободу! Ха! Это было почти слишком легко.
Из-за двери послышалось скуление. В буквальном смысле плач пса. Я никогда не слышала ничего подобного, словно ему разбили сердце, и я предала его. Как сумасшедшей суке мне вдруг стало жаль.
Уходи! Уходи! Мысли в голове кричали мне бежать.
Куда, собственно? Если я вызову такси, водитель мог бы узнать меня и вернуть в дом Ада Майкла. Спустя три дня он, скорее всего, уже покрыл всю мебель клеенкой, чтобы по моему возвращению разрубить меня на миллион кусочков.
Кроме этого, у меня не было телефона. Я не знала, где я, черт возьми, находилась. Возможно, в самом центре сраного Детройта, по сравнению с которым воющее создание по ту сторону двери покажется сказкой.
Вздохнув, я открыла дверь, Блу уселся на задние лапы с неким подобием улыбки на морде.
— Прости. Этого больше не повторится, — опустив плечи, я зашагала через комнату и уселась на кровать, опуская подбородок на ладонь.
Блу протопал ко мне, лизнул в щеку и опустил лапу мне на колено. Этот жест вызвал у меня улыбку.
— Так или иначе, как ты вообще здесь развлекаешься?
Я ласкала его добрых пятнадцать минут, пока он в итоге не улегся на полу возле моей кровати. Я взяла книжку и продолжила читать.
Блу вскинул голову, когда щелчок двери внизу привлек мое внимание.
Минуту спустя в дверном проеме появился Ник с коричневым бумажным пакетом в руках, и будь я проклята, если мое сердце не взмыло вверх, как кучка сухих листьев на ветру. С опущенным назад капюшоном, было легко поймать его неумолимый взгляд.
Забудьте. Мужчина выглядел разъяренным, как бык.
— Почему он там?
На этот вопрос я всего лишь пожала плечами.
— Он лежал у двери, так что я спросила не хотел ли он войти.
— Ты разговаривала с моим псом?
— А ты
— Теперь оставь его в покое. — Ник свистнул, но собака не сдвинулась с места. — Прекрати ласкать его. Блу! Ко мне! — И все равно собака лежала возле меня на кровати, раскрывая мне слабое местечко, которое я нашла под его ошейником.
Рычание доносилось из горла Ника, когда он пронесся к кровати и поддел пальцем ошейник Блу. Собака лениво встала с кровати и пошагала впереди своего хозяина в коридор, занимая свое место снаружи комнаты.
— Прости. Я не знала, что дружба с собакой нарушила твои правила.
Ник повернулся всем телом, опустив руки на бедра.
— Он здесь для охраны и защиты.
— От чего? От меня?
Его челюсти задергались, и я увидела, как что-то тревожило его. Наша сцена днем ранее?
То, как его взгляд скользнул вверх и вниз по моему телу, заставило меня почувствовать себя голой, словно я разделась перед ним, и он смог увидеть каждый мой шрам.
Прежде, чем Ник смог убраться из моей комнаты, дымясь и кипя от злости, я встала.
— Эй… если я… пообещаю носить твою… одежду… ты позволишь мне принять душ?
Каждое слово слетало с языка со жжением. Я ненавидела давать ему что-то, но, честно, его одежда пахла в сто крат лучше, чем моя, и плевать на упрямство. Одежда есть одежда.
Он молча уставился на меня.
— Я готова выбраться из своей собственной кожи, — я подняла спутанный кончик жирного локона, который прилип к моему лицу. — И мои волосы… липкие.
Парень вытащил пакет, который теперь держал под рукой, и бросил его на кровать, содержимое затарахтело при падении.
Я мгновение не решалась посмотреть, прежде чем приподнять уголок пакета. Внутри находились альбом и карандаши.
— Спасибо.
— Идем.
Я подняла его футболку и спортивные штаны со стула, куда бросила их ранее, и последовала за ним по коридору в, как оказалось, его комнату.
Помещение было просторным, по большей части пустым, но аккуратным, и пахло его приятным одеколоном. Мебель здесь была темнее, выполнена в более мужских цветах, коричневом и приглушенном синем. Такие же потрепанные стены, как и в моей комнате, но находиться здесь было комфортней.
Я указала на дверь на другой стороне спальни.
— Предполагаю, это и есть уборная?
— Да, — бросил он через плечо.
Когда он открыл дверь, перед глазами оказалась просторная ванная комната с душевой кабинкой из матового стекла и ванной-джакузи.