Рикимару
Шрифт:
«Он еще жив, ракшас еще сможет срастить кость».
Может быть Рикимару хотел чтобы дэв выжил, может наоборот, а может просто предупреждал меня, но я поступил по своему.
Рука все еще сжимаемая челюстями совершила поворотное движение и я даже присел на колено чтобы увеличить давление.
Разрывая сухожилия и кожу, стараясь не думать что это живая плоть я оторвал голову и отпихнул дергающееся тело копытом подальше. Запах крови и смерти мгновенно наполнил воздух вокруг.
Вынув
— Сееееееержжж — я надрывал глотку и мои слова разносились над ареной не хуже чем речь Глааза, — я победил. Я прав. Сколько еще крови нужно пролить чтобы ты поверил?
Тягучая и вязкая тошнота толчками подкатывала к горлу. Я шатаясь крутился рядом с безголовым телом, ища глазами воротаря.
По толпе зрителей прокатился шепот, быстро переходящий в рокот. И вот в море человеческих тел зазияла брешь. Люди подались назад открывая мне Сержа в человеческом обличии у ног которого тревожно глядя на меня стоял Волчок.
Лениво и устало воротарь поднялся на ноги. Он смотрел на меня оценивающе, без эмоций, словно прикидывая убивать меня или нет.
«Может кинем в него башкой? — Рикимару озвучил мою мысль, — или слишком пафосно будет?»
Но тут начальник охранки сделал неожиданное действие. Подняв правую ладонь он с яростью ударил ей о левую. Затем еще и еще наращивая темп. И вот уже повинуясь наидревнейшему эффекту — эффекту толпы, вся арена улюлюкая и крича начала мне аплодировать.
— Игорь, Игорь — лилось над ареной.
С разных сторон полетели букеты цветов и даже звонкие монеты. Я отыскал глазами десятилетнюю девочку и увидел счастливую улыбку на ее лице.
— Козленок победил злую собаку, все в мире правильно, — я все же спрятал голову дэва за спину, переживая за детскую психику.
«В сущности, твои мечты сниматься в сериалах и писать книги ведут ведь именно к этому, — в голосе Рики мне даже почудились нотки поучения Драг Улана, — к славе».
Устало улыбаясь я отвесил поклон глядя прямо в глаза воротарю. Затем такие же поклоны я отвесил на оставшиеся три стороны.
Чувство зарождавшееся где то внутри разливалось приятным теплом по всему телу, заставляя щурится от удовольствия. Приятные ощущения надо сказать, пожалуй даже приятней чем секс.
— Сгинь с глаз моих плешивая собака, — пьяный Шамма в очередной раз плюнул в сторону Глааза, который не унимаясь просил меня подписать с ним контракт.
— Золото, девушки, юноши — в очередной раз увещевал дэв.
— Пшел проч. — тридижжин вскочил и грубо пихая руками выставил Глаза за дверь, — это частная территория, блохастый трупоед..
Почти
— Что-то джинном быть совсем не в кайф, — я плюхнулся на лавочку прямо под двумя гербами Маркуса — как же обычный досуг? Исполнение желаний, и тысячелетний покой в лампе?
— Денек у тебя и вправду выдался напряженный, — поддержал меня шатающийся тридижжин, еще раз крепко приложившись к бутылке.
— Денек? — я вяло всплеснул руками и слабо улыбнулся, — мне кажется что прошла уже сотня дней.
— На восточном побережье калифорнии сейчас шесть вечера, — сообщил со знанием дела Шамма, глядя в опустевшую бутылку через горлышко, — ну а если по вашему то пять утра.
— А часов в десять нам в храм. — я даже не спрашивал, а просто констатировал.
— Угу, — джинн выкинул бутылку через перила, — кстати, нашей юной джинии Кристине давно следовало бы появиться, неровен час Серж на ней отыграется.
— Ваша юная джиния уже давно тут — успевший позабыться голос Кристины заставил меня встрепенутся, — И что с Сержем? Я итак ним на ножах, а вы еще что то натворили?
Девушка быстро шагала из дальней комнаты, одетая в веселенькую пижамку нежного, розового цвета.
— Оп-па, розовый зайчик и вправду здесь. Может у тебя и выпить найдется? — Шамма развел руки в наигранно удивленном жесте, а Томас под его ногами требовательно хрюкнул, — а ну да и поесть чего-нибудь.
— Неужели за тысячу лет не надоело пить? — Кристина смешно уперла руки в бока, еще больше напоминая варливую жену или мать — с ума же сойти можно.
— Как раз таки с ума сойти можно, если не пить, — Тридижжин сел на перила и начал раскачиваться, — ну раз, у вас ничего не осталось и кроме промывки мозгов ничего не светит — покандыбаю я домой.
— Пошкандыбаю, — поправил я Шамму.
— Ну да, ну да. В общем оревуар, — джинн словно заправский водолаз перекинулся спиной через перила, и за ним визжащей стрелой кинулся Томас.
Еще секунд сорок мы наслаждались видом улетающего толстого беса который вовсю голосил песню Пугачёвой про айсберг. И когда только успел услышать и запомнить?
— Не пойму я тебя Игорь, — поучительность Кристины не исчезла, а перекинулась на меня, — ты сейчас на пороге удивительных свершений. Неужели тебе не жалко терять время на тупые попойки?
— Ну почему тупые? К тому же у нас не только попойка была, — я решил не рассказывать джинии про сегодняшний день, особенно про вторую его оловину, — мы еще стриптиз смотрели.