Риелтор от бога
Шрифт:
Генрих хотел уточнить, но по тону Варуса понял, что продолжения не будет. Старый военный умел закрывать темы одной фразой, и за эти недели Генрих научился не спорить с этим умением.
Они шли молча ещё несколько минут, пока на боковой стене тоннеля не появилась массивная деревянная лестница, ведущая наверх.
— Пришли, — коротко сказал Варус и погасил факел.
Они поднялись и оказались в небольшом погребе. Пахло сыростью, ржавчиной и старым углём. Сквозь щели в полу над головой пробивался тусклый свет — это была заброшенная
Но едва они выбрались в пыльное помещение, как Варус замер и не двинулся дальше. Его рука медленно легла на рукоять меча, а глаза начали обшаривать каждый угол просторного помещения кузницы.
— Ты чего? — тихо спросил Генрих.
Варус не ответил. Он стоял неподвижно, словно кот, увидевший призрака, — каждая мышца напряжена, каждый нерв натянут до предела.
— Это ловушка, — только и успел сказать он, как гнилая дверь с грохотом разлетелась в щепки и в помещение вывалился десяток стражников с оголённым оружием.
Варус выхватил меч и оттолкнул Генриха в сторону погреба, откуда они вылезли:
— Уходи! Быстро!
Генрих тоже выхватил меч и встал рядом с ним:
— Я буду сражаться.
— Идиот! — рявкнул Варус, принимая на клинок удар первого стражника. — Быстро уходи, нам двоим не справиться!
— А как же тогда ты справишься один? — воскликнул Генрих.
Варус отбил ещё один удар и пинком отшвырнул второго стражника к стене:
— Моя задача — задержать их настолько, чтобы ты смог уйти.
И тогда Генрих всё понял. Он стоял и разговаривал с мертвецом. Это осознание ударило его так, словно ему влепили пощёчину. Перед ним был человек, который не задумываясь готов был погибнуть в богом забытой старой кузнице, лишь бы дать ему шанс выбраться.
— Спасибо… — тихо произнёс Генрих, но в ответ услышал лишь яростное:
— Какое, к чертям, спасибо?! Беги, щенок, пока я держу этих ублюдков!
— Что, опять?! — воскликнула Ари.
— Нет-нет, теперь думаю точно она, — поспешил успокоить её Леон.
— Ты то же самое говорил и в прошлые два раза, — фыркнула она. — Господи, как можно было не запомнить, где тебе назначили тайную встречу?
— Ну на то она и тайная, чтобы её было сложно найти, — резонно заметил он, и мы с Ари синхронно приложили ладони к лицам.
Наш бравый информатор, похоже, так напился, что забыл некоторые детали, указывающие на место встречи с наследником, и теперь мы обходили все кузницы за стеной в поисках нужной.
— Ладно, это опять не та, — грустно сообщил Леон, вернувшись из-за угла. — Дверь заколочена и она вообще заброшена.
— Максимус, можно я стукну ему по голове как следует? — злобно шагнула Ари в сторону всё ещё не протрезвевшего лжерыцаря. — Хуже точно не будет, но может чего вспомнит.
Но я не обратил внимания на их очередные склоки. Всё моё внимание было приковано к грязи на дороге. Здесь недавно прошло множество людей и направлялись они именно к этой заброшенной кузнице.
—
Леон почесал затылок:
— Кажется, я что-то такое припоминаю.
— Припоминаешь, говоришь?! — взвилась Ари и едва не набросилась на него, но я жестом остановил обоих.
Я продолжал осматривать внутренности кузницы через тонкие щели в окнах — одно помещение за другим, тёмные углы, опрокинутые верстаки, пока мои глаза не наткнулись на то, от чего внутри всё сжалось.
Тела. Много тел, наваленных друг на друга в просторном помещении. И тела эти ещё совсем недавно дышали — кровь на полу не успела застыть и потемнеть. Но самое страшное было не это. Среди нескольких заколотых стражников в серых доспехах я увидел знакомое лицо.
Тавернщик.
Я выбил несколько досок и ввалился внутрь, не слушая окрики Ари. Бросился к нему, перешагивая через мёртвых стражников.
— Ну же, пожалуйста, пускай мне хоть раз повезёт, — словно мантру повторял я, подходя к нему.
Но оказавшись ближе, я почувствовал, как внутри всё похолодело. На его животе зияла огромная рана, не оставлявшая никаких шансов. Столько крови я не видел ни разу в жизни — ни в этой, ни в прошлой.
И тут Варус чуть шевельнулся.
Едва заметно, одними губами — но шевельнулся. Я наклонился к нему с отчаянной, глупой, невозможной надеждой, что он жив, что он скажет где Генрих, что ещё не всё потеряно.
Его губы дрогнули, пытаясь сложить слова. Я наклонился ещё ниже, практически прижав ухо к его рту, и тогда Варус едва различимо прошептал:
— Сдохни, предатель.
И в этот момент я почувствовал холод в правом боку, а потом — жар. Такой жар, от которого перехватывает дыхание и темнеет в глазах.
Дальше всё как в тумане. Крик Леона — яростный, звериный. Руки Ари, что схватили меня за плечи и оттащили назад по каменному полу. Я поднял голову и увидел свой правый бок — мокрый, тёмный, с растекающимся пятном крови. Потом увидел Леона, стоящего над тавернщиком с мечом, уже вошедшим в грудь старого солдата, а над собой — ледяной взгляд Ари, в котором не было ни паники, ни слёз, только холодная, сосредоточенность.
— Твою мать, опять что ли? — тихо вздохнул я, глядя на расплывающееся пятно крови. — А я ведь уже начал тут привыкать…
Глава 24
Я открыл глаза и уставился в потолок.
Белый потолок. Ровный, гладкий, с маленькой трещинкой в углу, которую я обещал себе заделать ещё два года назад. Знакомый потолок. Мой потолок.
Я лежал в своей кровати. В своей квартире. Под своим одеялом, которое пахло дешёвым стиральным порошком и кофе, потому что я вечно пил кофе в постели и вечно проливал.